Пятнадцатилетняя девочка Влада живет в Петербурге после того, как почти все люди застряли в одном и том же майском дне. Они ходят по улицам, разговаривают и улыбаются, но не замечают ни разрухи, ни мертвецов и не чувствуют боли. Оставшиеся в здравом уме называют их шизиками. Таких в городе остаются считанные десятки. Улицы зарастают, по ним рыщут одичавшие собаки, а в квартирах лежат непогребенные тела.
Влада держится ради матери и младшего брата Антошки. Оба стали шизиками. Мать без конца жарит блины на пустой сковороде, а Антошка разговаривает с пустотой. Влада привозит им еду и не может их бросить, хотя все вокруг уверяют, что спасать тут нечего.
Взрослый мужчина Максим Сусанин когда-то пытался собрать всех уцелевших в общую общину, но из этого ничего не вышло. Его жена Дашка тоже шизик. Однажды в отчаянии он принялся ее душить, но не смог довести дело до конца, потому что жалость оказалась сильнее ярости. Теперь он много пьет и остается рядом с женой, считая ее своим крестом.
Рядом с Владой держатся двое. Худой четырнадцатилетний мальчик Кир любит водить друзей по достопримечательностям и панически боится одиночества. Богатая блондинка, которая нашла утешение в нарядах и бриллиантах, ходит с ними за компанию. К ним прибивается байкер Даниил и начинает ухаживать за Владой.
На общих собраниях уцелевшие спорят, как жить дальше. Кавказец Султан с целым гаремом женщин зовет всех сбиться в крепкую общину и предлагает продолжить род. Сусанин когда-то мечтал о том же, но теперь угас и смотрит на всех равнодушно. Собрания кончаются ничем.
Скоро в городе появляется снайпер. Он убивает уцелевших одного за другим. Погибают пожилая кассирша, бездомный и несколько стариков. Каждый раз пуля попадает в голову, а следов не остается. Тогда уцелевшие решают устроить на убийцу охоту.
Приманкой становится Кир. Ночью раздается выстрел, но киллером оказывается Вера, беременная любовница Султана. Ее ловят и запирают у одной старухи, чтобы она родила, а после решают ее судьбу. Большинство голосует за то, чтобы сохранить ей жизнь. Вера не дожидается родов и вешается в своей комнате, потому что не хочет производить на свет ребенка в этом мертвом мире.
Но убийства не прекращаются. Кир снова получает пулю, на этот раз в грудь, и выживает только чудом. Влада в панике везет его к Сусанину, потому что не знает, к кому еще обратиться. Тот вытаскивает пулю и выхаживает мальчика. Вскоре находят убитыми двух местных пьяниц, а потом за несколько дней снайпер выбивает почти всех стариков. Местный могильщик, который хоронил мертвецов в братских могилах, странно себя ведет и исчезает. Земля в его могилах остается теплой.
Однажды Влада и Сусанин знакомятся с отшельником Германом. Он живет у залива и ухаживает за целым двором шизиков. Герман объясняет, что произошло. Наш день умер и теперь висит в небе вверх ногами. Там, наверху, жизнь продолжается, а уцелевшие случайно застряли в мертвом дне. Так бывает всегда, потому что мир каждый день отщелкивает один день. Герман называет это рандомом.
Потом выясняется, что Дашка беременна. Ребенок был зачат еще до конца, поэтому роды начинаются неожиданно. Сусанин не выдерживает и падает в обморок. Влада сама принимает роды. Дашка умирает, а на свет появляется мальчик Костик. Он тоже оказывается шизиком и навсегда остается младенцем.
Спустя время убийца добирается и до одного из немногих уцелевших мужчин. Перед смертью тот снимает с убийцы маску и понимает, кто это. Сусанин решает уехать из города вместе с Костиком, чтобы растить сына вдали от всех. Влада тайком забирается в его трейлер, потому что не хочет оставаться одна.
Только в дороге Влада понимает страшную правду. В ее тайнике лежит снайперская винтовка, подогнанная точно под нее. Это она в каком-то другом времени суток выходила на охоту и убивала уцелевших, а после забывала об этом. В ее памяти всплывают лица тех, кого она застрелила.
В тряской темноте грузового отсека Влада нашарила в сумке бутылку с водой. Рядом с водой лежал холодный металл. Детали сами собой прыгнули ей в руки и собрались в одну винтовку. Винтовка подмигнула ей единственным глазом. Влада попыталась зажать себе рот рукой, но смех все равно вырывался наружу. Под мерный шум дороги она смеялась и не могла остановиться.
Комментарии