18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Слушать книги Дмитрий Мамин-Сибиряк (20)

На этой странице Вы можете бесплатно слушать аудиокниги Дмитрий Мамин-Сибиряк онлайн. Также Вы найдете и других авторов книг схожих с Дмитрий Мамин-Сибиряк

Последние
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Малиновые горы
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Малиновые горы
«Сохач сидел на корточках около огонька и наблюдал, как в чугунном котелке, подвешенном на рогатке над костром, быстро таял снег. Старик любил пить воду, добытую именно таким способом, как делают башкиры, – и вода вкуснее, и для здоровья пользительнее. Весенний лед, чистый, как слеза, и дробившийся на отдельные кристаллы, как стекло, быстро таял в котелке, и получившаяся вода покрывалась пеной…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Говорок
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Говорок
Что может быть лучше светлого озера, когда оно летним утром окутано радужным туманом? В глубине величественно поднимаются горы, за которыми скрываются Чудские заводы – старый и новый; направо к озеру подступили камыши и заливные луга, а налево, словно шелковая скатерть, простирается башкирская степь. На выступающем в озеро мысу, словно мохнатая шапка, растет сосновый бор, а за зелеными лугами рассеялись березняки. На откосе, где песчаный берег погружается в воду, словно осиное гнездо, расположилась деревня Кучки со своими сотней избушек. Даже летом эта деревня выглядит красиво, словно сушится на своем откосе, а последние избушки почти подошли к воде и отражаются в озере, как в зеркале…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - «В худых душах…»
Дмитрий Мамин-Сибиряк - «В худых душах…»
Рассказ был написан в пору тяжелой реакции, наступившей в стране после убийства народниками Александра II. Изображение трагической судьбы талантливых и самоотверженных детей матушки Руфины являлось резким протестом против полицейского бесчинства, гневным осуждением атмосферы тягостной подозрительности, политических доносов, слежки и преследований.
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - В ученье
Дмитрий Мамин-Сибиряк - В ученье
«Наступал уже дождливый осенний вечер, когда Сережка с мамой впервые подошли к фабрике. От вокзала до Невской заставы они шли пешком. Мать едва передвигалась, так как страдала от одышки. Кроме того, ее мучила дорожная котомка, сделанная из простого мешка. На улице уже зажигались фонари, несколько раз мимо пронеслась „паровая конка“, оставляя за собой клубы дыма; фабрики смотрели на улицу сотнями ярко освещенных окон… Это было фабричное предместье Петербурга, вытянувшееся вверх по Неве на десять верст…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Старый шайтан
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Старый шайтан
Осип Максимыч Чебаченко, по слухам, „ушибленный женой“ доктор, как его называли недоброжелатели, обычно молчал, в то время как его супруга Дарья Гавриловна, бывшая акушерка, радовалась. – Это будет разумно… – повторяла она безо всякого повода. – Да, разумно… Мадам Нансен каталась на лыжах со своим мужем по всей Швеции, а потом и по Шпицбергену; миссис Пири также на лыжах путешествовала со своим мужем, капитаном Пири, по всей Гренландии… Ты слышишь, Осип Максимыч?..
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Новичок
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Новичок
«Детский мир, как я уже сказал, расширяется концентрическими кругами, и самые сильные привязанности помещаются ближе к центру, каким является родное гнездо. Первой ступенью после него являются друзья детства, а следующей за ней – школьные товарищи…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Дорога
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Дорога
Идея создания книги воспоминаний уходит корнями в 1891 год. «Необходимо будет на всякий случай записать воспоминания о всех… простых и добрых людях, с которыми прошло мое детство»…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Лес. Психологический этюд
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Лес. Психологический этюд
Когда я приезжал летом на Журавлевский завод, первым делом направлялся к дьячку Фомичу, который жил неподалеку. Обычно я шел через огороды: перепрыгнув через невысокое "прясло", я сразу оказывался на территории Фомича. Здесь сразу же бросалась в глаза старая, покосившаяся баня, вся испещренная пулями и дробью, словно покрытая оспой. Особенно пострадали двери бани, на которых было нарисовано черное пятно, тем более что в трудные моменты Фомич выковыривал застрявшие в них пули и снова использовал их. Стоит отметить, что эта несчастная баня находилась прямо на границе с нашим садом, и пули Фомича без труда могли залетать в чужой огород, но на это никто не обращал внимания, особенно учитывая, что Фомич славился на весь завод как отличный стрелок…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Таинственный незнакомец
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Таинственный незнакомец
«Откуда он явился на Симские промыслы, так и осталось неизвестным… А всякая неизвестность пугает, как пугала она и обитателей знаменитых золотых приисков. Ясно было одно, именно то, что он бессовестный и нахальный человек. Достаточно было взглянуть на это круглое, румяное лицо с выкаченными серыми глазами, на вечную улыбку жирных, чувственных губ, на легкую лысину, говорившую о бурной молодости, на подкрашенные усы, вытянутые шильцем, на эти перстни и булавки, которые блестели самым подозрительным образом, – словом, все в нем располагало к недоверию, и сам он являлся диссонирующей нотой в сложившейся мелодии приисковой жизни…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Самородок
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Самородок
Знаете ли вы, что происходит, когда паровая машина останавливается, водяное колесо перестает вращаться, и тысячи колес, валов и шестерен замолкают? Недавний гул мощного производства сменяется мертвой тишиной, остывшие горны печей открывают свои черные пасти, бесконечные приводы бессильно висят на своих местах, как тяжёлая паутина какого-то скрывшегося гиганта-паука. Вас охватывает ужас смерти именно здесь, под этими высокими закопченными сводами, где даже камни дрожали от тяжёлой работы машин, а весёлое пламя вырывалось из горнов снопами ослепительных искр, и темные клубы черного дыма день и ночь валили из высоких заводских труб…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Майя
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Майя
В произведениях писателя герои – это сильные и яркие личности, в которых торжествуют благородные чувства.
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Дедушка Семен Степаныч
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Дедушка Семен Степаныч
Замысел книги воспоминаний восходит к 1891 г. «Нужно будет написать на всякий случай воспоминания о всех… простых и хороших людях, среди которых прошло мое детство», – писал Мамин-Сибиряк в письме к матери.
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Богач и Еремка
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Богач и Еремка
«– Еремка, сегодня будет пожива… – произнес старый Богач, прислушиваясь к завывающему ветру в трубе. – Вон какая погода разыгралась. Еремкой звали собаку, потому что она когда-то жила у охотника Еремы. Какой у нее была порода, – трудно сказать, хотя на обыкновенную деревенскую дворняжку она и не походила. Высокая на ногах, с широким лбом, острым носом и большими глазами. Покойный Ерема не любил ее за то, что одно ухо у нее «торчало пнем», а другое висело, и еще за то, что хвост у нее был совсем необычным – длинным, пушистым и болтавшимся между ног, как у волка. К Богачу она попала еще щенком и вскоре проявила необыкновенную умность…»
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - В глуши
Дмитрий Мамин-Сибиряк - В глуши
«Деревня Шалайка засела в страшной лесной глуши, на высоком берегу реки Чусовой. Колесная дорога кончалась в Шалайке, а дальше уже некуда было и ехать. Да никто и не приезжал в Шалайку, за исключением одного священника, жившего в Боровском заводе, до которого считали тридцать верст. Когда он приезжал, то постоянно удивлялся, что у всей деревни одна фамилия – Шалаевы. Собственно, даже фамилии не было, а только прозвище по деревне…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Крупичатая
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Крупичатая
Вечер. Небольшой осенний дождь падает, словно просеянный через тонкое сито. По дороге медленно движутся обозы. Бедные лошади застревают в липкой глине и с трудом тянут тяжело нагруженные телеги…
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Ак-Бозат
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Ак-Бозат
Бухарбай был молод и наивен, и когда человек наивен, его легко обижают. Так и случилось с Бухарбаем. После смерти отца у него осталось достаточно имущества: новая кибитка, целый косяк лошадей и много баранов. Юный Бухарбай полагал, что сможет безбедно прожить на отцовское наследство, и начал веселиться с друзьями. Пока другие трудились, Бухарбай развлекался и говорил: „Зачем мне работать, если у меня все есть? Пусть работают бедняки“…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Под землей
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Под землей
Солнце стремительно опускалось за лес, и июльские ночи в горах наступали мгновенно – как только солнце скрывалось, сразу же становилось темно, словно какая-то незримая рука задергивала занавес. С озера, окруженного высокими синеватыми горами, потянуло прохладной сыростью. Летние вечера быстро заканчиваются, и я увеличил шаги, чтобы успеть вернуться на заимку «брата Ипполита» до темноты. Издалека за мной наблюдал мой преданный пес Орлик, который не решался подойти ближе – он держался на почтительном расстоянии, так как съел молодого зайчонка и ждал заслуженного наказания. Пес был в целом никудышный и хитрый, но что поделаешь, когда нет ничего лучше. В моем ягдташе болтался один несчастный чирок – результат целого охотничьего дня. Тем не менее, наступающая темнота скроет все недостатки в охотничьих трофеях…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - О книге
Дмитрий Мамин-Сибиряк - О книге
«В снах, как обычно считают, отсутствует логика; однако, по моему мнению, это не так – логика должна присутствовать, просто мы ее не понимаем. Возможно, это логика какого-то другого, более высокого порядка…»
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Кормилец
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Кормилец
Маленький Прошка всегда спал, как убитый, и утром его сестра Федорка долго тянула его с полатей за ногу или за руку, прежде чем Прошка открыл глаза. – Вставай, отчаянный!.. – ругала Федорка, стаскивая с полатей разные лохмотья, которыми накрывался Прошка. – Недавно оглох, что ли? Слышишь свисток-от!.. – Сейчас… Привязалась! – бормотал Прошка, пытаясь укатиться в самый дальний угол…
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Дорогие гости
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Дорогие гости
Впервые опубликован в газете «Русские ведомости» (1898, № 241, 1 ноября). Автор включил его в сборник «Сибирские рассказы» при их издании в 1905 году. Публикуется по тексту: «Сибирские рассказы», т. III, М., 1905.

Электронные книги (10)

Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Лев и собачка. Рассказы и сказки русских писателей о животных
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Лев и собачка. Рассказы и сказки русских писателей о животных
Сборник рассказов и сказок русских писателей с красочными иллюстрациями для детей среднего школьного возраста.
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Уральские рассказы
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Уральские рассказы
Детские стихи/проза/литература
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Серая Шейка. Сказки и рассказы для детей
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Серая Шейка. Сказки и рассказы для детей
Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк (1852–1912) – русский прозаик и драматург, автор повестей, рассказов и сказок для детей.В книгу вошли сказки и рассказы, написанные в разные годы жизни писателя.С детских лет писатель горячо полюбил родную уральскую природу и в своих произведениях описывал её красоту и величие. Природа в его произведениях оживает и становится непосредственной участницей повествования: «Серая Шейка», «Лесная сказка», «Старый воробей».Цикл «Алёнушкины сказки» писатель посвятил своей дочери Елене. В этих сказках живут и разговаривают звери, птицы, рыбы, растения, игрушки: Храбрый Заяц, Комар Комарович, Ёрш Ершович, Муха, игрушечный Ванька. Рассказывая о весёлых приключениях зверей и игрушек, автор учит детей наблюдать за природой, за жизнью.Особое отношение было у писателя к детям. Книгу для них он называл «живой нитью», которая выводит ребёнка из детской комнаты и соединяет с широким миром жизни.
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Таинственный незнакомец
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Таинственный незнакомец
«Откуда он явился на Симские промыслы, так и осталось неизвестным… А всякая неизвестность пугает, как пугала она и обитателей знаменитых золотых приисков. Ясно было одно, именно то, что он бессовестный и нахальный человек. Достаточно было взглянуть на это круглое, румяное лицо с выкаченными серыми глазами, на вечную улыбку жирных, чувственных губ, на легкую лысину, говорившую о бурной молодости, на подкрашенные усы, вытянутые шильцем, на эти перстни и булавки, которые блестели самым подозрительным образом, – словом, все в нем располагало к недоверию, и сам он являлся диссонирующей нотой в сложившейся мелодии приисковой жизни…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Самородок
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Самородок
«…Знаете ли вы, что происходит, когда останавливается паровая машина, водяное колесо перестает вертеться и тысячи колес, валов и шестерен безмолвствуют? Недавний трудовой гул громадной производительной силы сменяется мертвой тишиной, похолодевшие горны печей смотрят раскрытой черной пастью, бесконечные приводы бессильно висят на своих местах, как тяжелая паутина какого-то спрятавшегося гиганта-паука, и вас охватывает ужас смерти именно здесь, под этими высокими закоптелыми сводами, где даже камни вздрагивали от грузной работы машин, а веселое пламя вырывалось из горнов снопами ослепительных искр, и темными клубами день и ночь валил черный дым из заводских высоких труб…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Любовь куклы
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Любовь куклы
«Пароходный повар Егорушка волновался. Он, вообще, считал себя ответственным лицом за порядок на пароходе „Брат Яков“, делавшим рейсы (по Егорушкину – бегавшим) по р. Камчужной, между уездным городом Бобыльском и пристанью Красный Куст. Ниже пристани начинались пороги, которые начальство старалось уничтожить в течение ста лет, собирало на это предприятие деньги, получало какие-то таинственные субсидии и отчисления из каких-то еще более таинственных „специальных средств“. На этих порогах воспитался целый ряд водяных и „канальских“ инженеров…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Главный барин
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Главный барин
«Каждый раз, подъезжая к лесной деревушке Грязнухе, засевшей в глухом лесном углу, я испытывал особенное чувство, которое трудно назвать: это был край света, совершенно особый мир, страничка из русской истории XVII столетия. Где-то там далеко творились чудеса цивилизации, где-то складывались громадные промышленные центры, открывались новые пути, делались великие открытия, совершались страшные кровопролития, а Грязнуха оставалась все такой же Грязнухой, чуждая и чудесам, и открытиям, и кровопролитиям…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - На заимке
Дмитрий Мамин-Сибиряк - На заимке
«Солнце быстро спускалось над лесом, а июльские ночи в горах без сумерек – как солнце сядет, так и сделается темно, точно какая-то неведомая рука задернет занавеску. С озера, которое обступили высокой рамой синеватые горы, потянуло холодной сыростью. В летние дни солнце садится быстро, и я ускорил шаги, чтобы засветло добраться до заимки «брата Ипполита». Издали за мной следил мой верный пес Орлик, не смевший подойти ближе, – он держался на почтительном расстоянии, потому что съел молоденького зайчонка и ожидал соответствующего наказания. Пес был вообще дрянной и лукавый, но что поделаешь, когда нет лучше. В моем ягдташе болтался один несчастный чирок – добыча целого охотничьего дня. Впрочем, надвигавшаяся темнота скроет все недочеты по части охотничьих трофеев…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Сестры
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Сестры
«Во время моей службы в …ском земстве меня командировали в Пеньковский завод со специальной целью собрать некоторые материалы по статистике; срок для моей поездки не был определен с точностью, и, смотря по обстоятельствам, я мог растянуть его в несколько недель, особенно если бы пожелал для собирания статистического материала к Пеньковскому заводу присоединить все заводы Кайгородова…»
Классика
0
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Хищная птица
Дмитрий Мамин-Сибиряк - Хищная птица
«Погоня висела уже на хвосте. Слышен был топот приближавшейся бешеной скачки. По ходу догонявшей лошади старик догадался, что кучером у ревизора сидит Исайко, – так никто не проедет на сто верст…– Ох, смертынька! – причитала толстая, закутанная в платки женщина, со страхом оборачиваясь назад. – Ох, у смерти конец…– Молчи! – крикнул на нее старик, посылая лошадь одним движением вожжей. – Поменьше бы ела пирогов, так в жисть не догнать бы Исайке…»