Юлия Амусина – Наедине (страница 86)

Поправив на плече мешковатую сумку, я опускаюсь на корточках рядом со сладко зевающим Панком и почесываю его между ушками, на что кот лениво приоткрывает один глаз и издает короткий одобрительный звук. Из-за приоткрытой двери Клуба доносятся отголоски гремящей музыки, в которых я, прислушавшись, различаю песню из репертуара Misfits. Вообще-то, я уже здорово опоздала к началу своего рабочего вечера, но возрастающий в последнее время оптимизм позволяет мне надеяться, что Стевич этого не заметит. Тщетно. Едва я успеваю выпрямиться, как хозяин Клуба появляется на пороге и приветствует меня легким взмахом увешанной железом руки. Распознав его присутствие, Панк вскакивает с места и вальяжной походкой плывет прямо в распахнутые объятия своего хозяина.

Подхватив любимца на руки, Стевич исхитряется постучать по циферблату наручных часов, и я тотчас принимаю покаянный вид.

— Одна минута, — обещаю ему, проскальзывая мимо Стевича внутрь здания.

— Тридцать секунд, — несется мне в спину.

— Заметано.

— И самое почетное место на вашей свадьбе! — сразу прибавляет Стевич, поглаживая ящерообразную спинку Панка.

— Это само собой, — соглашаюсь на автомате. Мимо пробирается парочка — длинноволосый парень и девушка с ярко-фиолетовыми дредами — я прижимаюсь к стене, пропуская их.

— Ну вот, — довольно кивает хозяин Клуба. — А этот оболтус все пытается убедить меня в том, что ты категорически против свадьбы.

— Какой оболтус? — оборачиваюсь я к Стевичу.

— А у тебя их много? — отвечает он вопросом на вопрос, беря меня под руку и ведя подальше от входной дери. — Ну, скажем, вот этот.

И по его наводке я самом деле вижу стоящего к нам спиной Мишку, который с самым серьезным видом разъясняет притихшему Гоше об особенностях силовых тренировок и еще что-то о технике защиты и нападения при выкручивании противником рук или ног…. Судя по озадаченному лицу нашего охранника, вся эта странная информация оказывается как нельзя к месту. А главное, недавние терки между этими двумя вроде как вовсе позабыты, в Мишкином голосе сплошное дружелюбие, а Гоша смотрит на моего ненаглядного так, точно обрел в его лице лучшего друга. Стевич рядом со мной негромко фыркает:

— Похоже, мне-таки придется оформлять этого парня к нам на работу.

Мишка оборачивается. Заметив меня, скромно прижимающуюся к стене рядом со Стевичем, он отталкивается от Гошиного рабочего места и идет к нам.

— Я не против, — говорит он Стевичу, приобняв меня за плечи и целуя в волосы у висока. — Пока моя девушка торчит тут ночами напролет, мне абсолютно нечем заняться, — и обнимает меня уже обеими руками, притиснув спиной к своей груди.

Стевич обращается к Игорю:

— Гош, он тебя подсидит, не будь так наивен, не пускай эту лисицу в свой курятник.

Не бойся, друг, я не настолько коварная лисица, — подмигивает Гоше Мишка, и тот в ответ начинает громко хохотать. Стевич посматривает на нашу компанию с ехидным интересом.

— Ладно, — наконец, выражает он, поглаживая щурящегося у него на руках Панка, совершенно равнодушного ко всему, что тут происходит. — Пойду отнесу кота домой, нечего приличным мальчикам слушать всякие глупости.

И только он, развернувшись, уходит вглубь Клуба, как входная дверь за нашими спинами хлопает, являя нашим взглядам графиню Батори, как всегда, эффектную и безумно яркую в своем алом корсете и на умопомрачительно высоких каблуках.

— Всем салют, — Елизавета улыбается, за секунду просканировав взглядом всех присутствующих. — А Стевич…

— Ушел наверх, — отвечает за всех нас Гоша. Кивнув, графиня проскальзывает мимо нас в том же направлении и вскоре исчезает за дверью.

— Не догонит, — выносит свой вердикт Мишка, имея в виду ее каблуки, Гоша согласно кивает.

— Никогда не догоняет. Он быстрее спустится сам.

— Так, ладно, — я аккуратно высвобождаюсь из Мишкиных объятий, вспомнив о своих рабочих обязанностях. — Мне тоже пора внутрь.

— Тогда и мне тоже, — Мишка разводит руками, обращаясь к Гоше.

— Давайте, — отмахивается тот, возвращаясь к своему рабочему месту.

— Тебе вовсе не…

— Мне тоже, — настойчиво повторяет он, пользуясь эффектом неожиданности, притягивает меня к себе за руку и целует в губы, постепенно углубляя поцелуй, стирающий из моей памяти все, что касается насущных дел. Да и вообще — все.

— Это нечестно, — сообщаю, забрасывая ладони ему на плечи. — Мне нужно торопиться, а ты меня отвлекаешь. Это нечестно.

— Кто бы говорил о честности! — его ладонь скользит по моей талии. Спиной я чувствую стену возле двери в беснующийся под ломаными красными лучами зал. А здесь довольно темно, и никому нет до нас никакого дела.

— Стевич рассказывал мне о какой-то свадьбе… — вспоминаю некстати, но эта информация не производит на Мишку никакого впечатления.

— Угу, — соглашается, ловя губами мои губы.

— Угу? И все?

— Можем поговорить об этом, если хочешь.

— Можем. Но только не сейчас, — говорю с сожалением, выворачиваясь из-под его руки и машинально приглаживая волосы на один бок. — Сейчас мне надо работать.

— Отличная мысль. Давай я тебе помогу, — он улыбается, неотступно следуя за мной в глубь ревущего музыкой зала.

— Пожалуй, мне лучше справиться в одиночку…

— Фим, — он хватает меня за руку.

— Позже! — кричу, приблизившись к его уху и, прежде чем он успевает ответить, смешиваюсь с посетителями Клуба, моментально теряя Мишку из виду. Не слишком удачно лавируя между изгибающимися в танце телами, продвигаюсь к подсвеченной барной стойке, где вижу очень занятого Никиту, а рядом, на крутящемся барном стуле, и Катерину в черной кожаной юбке. Вчера она тоже была здесь. И позавчера. И, кажется…

— Привет! — кричит она, заметив меня. Я останавливаюсь с ней рядом, перебрасываюсь приветствиями с Никитой, который тут же отворачивается к двум девчонкам с другой стороны, и очень стараюсь выглядеть в ее глазах по максимуму открытой.

— Как дела? — спрашиваю, избегая натянутого молчания.

— Нормально, — она пожимает щупленькими плечами под черной обтягивающей кофточкой. Никита бросает на нас взгляд украдкой, как бы проверяя, все ли тут в порядке, и это меня почему-то смешит.

— Ему все еще кажется, что мы можем вцепиться друг другу в волосы, — замечаю я, Катя в ответ весело ухмыляется:

— Странно, с чего у него вообще возникают такие мысли?

— Ну да. Странно, — я улыбаюсь, машинально ведя глазами по залу за Катиной спиной в поисках ее испарившегося братца.

— Хотя однажды ты, пожалуй, была близка к тому, чтобы вывести меня на что-то подобное, — добавляет Катя, помахав обернувшемуся к нам бармену.

— Это когда Ник просил меня ему подыграть? — задумчиво хмурю лоб.

— Ага. Я думала, что сойду с ума от злости, — отмахивается Катя, пододвигая к себе бокал с замысловатым коктейлем. — Вы реально здорово рисковали, в гневе я бываю очень… непредсказуемой. Кстати, а где мой любимый братец?

— Где-то здесь. Найдется, — убежденно говорю я.

— Конечно, найдется, — Катя быстро оглядывается по сторонам и, приблизив ко мне лицо, подмигивает заговорщицки. — Возьмешь меня свидетельницей на свадьбу?

— Что это за загадочная свадьба, о которой известно всем, кроме меня? — искренне возмущаюсь, второй раз за вечер уловив эту тему.

— Так ты не знаешь? А, ну еще узнаешь, — и Катя с беспечным видом возвращается к своему коктейлю, я же в который раз забываю о своих рабочих обязанностях и, покинув ее, возвращаюсь обратно ко входу, надеясь уловить где-нибудь здесь ее брата. Мишка стоит на прежнем месте, рядом с Гошей, но безошибочно распознав мое присутствие, оборачивается, тотчас расплываясь в сладенькой улыбочке:

— Уже соскучилась?

— Отойдем на минуту? — предлагаю, вызвав любопытный блеск в глазах обоих переговорщиков.

— Давай хотя бы на полчаса? — вносит Мишка встречное предложение, за что удостаивается легкого толчка в бок, пониже травмированных ребер. Мы выходим на освещенное крыльцо Клуба, где Мишка сразу же предпринимает попытку притянуть меня к себе, но я остаюсь начеку.

— Михаил Алексеевич, о какой-такой свадьбе мне люди рассказывают?

— Ты все-таки хочешь об этом поговорить, — смеется он, старательно испытывая мое терпение.

— Миш, — поднимаю на него взгляд.

— Что, Фим? — он хлопает кристально честными глазами.

— Откуда у них такая информация, а?

— У кого — у них?

— У всех, — я упираю одну руку в бок, принимаясь подсчитывать вслух. — Стевич, Катя…

— Это не все, — резонно замечает Мишка.

— Те, с кем я сегодня успела пересечься, — поправляюсь.

— Понятия не имею. Возможно, им просто нужен повод для праздника?