Владимир Андрейченко – Умереть вчера (страница 50)
– Земля пухом. Жалко парня, молод еще совсем. Правда, он Михея к праотцам отправил. Постой, а крысаки тут откуда взялись? Ведь в Чащобе псевдоволков и мимикримов много, а крысаки их как огня боятся! Странно…
В это время в чаще леса послышалось завывание своры псов и рыки аасменов, а через несколько мгновений мимо ошеломленных друзей пронесся кабан с такой скоростью, будто проехал не делающий нигде остановок литерный железнодорожный экспресс. Друзья, схватившись за оружие, переглянулись и тут только обратили внимание, что связанный по рукам и ногам Галям извивается как червь, пытаясь что-то сказать. И вдруг до Рекса дошло.
– Где коробочка управления мутантами?! – на что Галям интенсивно закивал головой. – Вот ведь идиот! – воскликнул сталкер и подскочил к бандиту, выдернув из его рта кляп. – Ну, где?! Быстро!
Галям на время потерял возможность разговаривать. Рекс встряхнул его, но увидев выразительную жестикуляцию, снова бросил на землю и достал пульт из своего кармана. Одного взгляда хватило, чтобы понять – прибор включен.
– Ден, выключай! Я его еще не успел обследовать…
Плакса подскочил и, не обращая внимания на завывания подонка, щелкнул тумблером. Затем, перевернул пульт, подцепил заднюю крышку, вытряхнул батарейки и вернул прибор Рексу. Галям взвыл еще сильнее, но при этом частично вернул себе речь, поэтому кое-что разобрать удалось:
– Идио-оты-ы! Не-зя вы-у-лютять! На-о ы-о наст-оить! Се-тя-с тесь на-се-ся у-узас! А-А-А!
До друзей наконец-то дошло, что имел в виду бандит, так как гомонящих мутантов вокруг заметно прибавилось. Рекс тут же открыл огонь по зверью, а Плакса, рванувший было к Галяму, остановился под окриком отступающего напарника:
– Ден, назад! Я знаю, что это неправильно, но деваться некуда! Тут или его, или его вместе с нами! Он сам виноват, запустив прибор! А про человечность могу сказать одно: он давно перестал быть человеком! Даже безобидного Мохнатого и его зверя не пожалел. Собственноручно обоих отправил на тот свет! И то же самое собирался сделать с тобой! Давай, брат, ноги в руки и – айда!
Побежавший за Рексом Плакса все еще колебался, порываясь вернуться. А на слабо освещенной разгорающимся рассветом поляне разыгралась настоящая трагедия. Поначалу сталкерам еще были слышны крики Галяма, но потом до слуха долетали лишь рыки и визг зверья, грызущегося на месте пиршества.
Сбоку из темноты на Плаксу внезапно налетел аасмен, сбив сталкера с ног. Два борющихся тела покатились по земле. Автомат выпал из рук, Плакса выхватил нож и яростно отбивался от насевшей на него твари. Рекс рванул на помощь другу. Резко выстрелил в другого мутанта, оставив от его головы только кровавые ошметки, рывком перевесил автомат за спину и тоже выхватил нож. В этот момент позади раздалось рычание, и он, предчувствуя, что не успевает обернуться, плашмя бросился в траву, выставив остро заточенное лезвие. Пес, промазавший по цели, завизжал. Брюхо его оказалось распоротым, а Рекса оросил веер кровавых брызг.
Перекатившись, сталкер вскочил на ноги. Плакса продолжал бороться с аасменом и никак не мог скинуть его с себя. Хлесткими ударами когтистых лап тварь разорвала в нескольких местах комбинезон на его груди. Увидев, что происходит с напарником, Рекс ринулся через небольшую стаю крысаков, с силой пиная легкие тела бронированными ботинками. Подскочив к рычащему аасмену сзади, жестко вбил стальной клинок в зияющую глазницу противогазной маски. Зверь завизжал, забился в агонии, отцепился от жертвы и завращался на одном месте. Прицелившись, Рекс полоснул лезвием по шее твари. Новый веер кровавых брызг окатил обоих напарников. Монстр забулькал и, захлебнувшись, протяжно захрипел. Освободившийся от хватки Плакса вскочил на ноги, бросившись к лежащему автомату. Кувыркнувшись, тут же начал стрелять в увеличивающуюся стаю зверья.
– Вот уроды! Погулять спокойно не дадут! Воздухом подышать…
– Отходим! – Рекса трясло, как в лихорадке. Понимая, что терять время нельзя, и спастись можно только бегством, толкнул друга в спину. – Скорее! Или останемся здесь навсегда!
Повторять команду не пришлось. Кивнув, Плакса потрусил впереди напарника, стреляя в стороны и изредка прикладывая руку к израненной груди. Рекс, хрипя от сбитого дыхания, озабоченно уточнил:
– Что у тебя там? Сильно?!
– Нет! Пара царапин! Комбез жалко! Опять ремонтировать… – отозвался напарник.
– Слава всем богам! А я уж подумал, что не успею…
– А что там Галям говорил о приборе? Почему его выключать было нельзя?
– Вот, кто о чем, а вшивый – о бане! Нашел время разбираться… У Хромого проверим! Специалисту виднее… Вон – справа опять крысаки! Перезаряжаюсь…
Чем больше друзья отдалялись от места схватки, тем меньше становилось мутантов. И, когда боезапас обоих автоматов подошел к концу, вокруг спешащих напарников стало тихо. Пробежав еще с километр легкой трусцой, они с облегчением перешли на шаг.
– Стой, Макс… я… больше не могу… Давай немного передохнем… – Денис едва держался на ногах.
– А я вот совсем не устал! – Рекс удовлетворенно улыбался и смотрел на друга свысока. Тут только Плакса заметил, что надето на напарнике.
– Ёлы-палы! Купил-таки! Офигеть! Ничего, со следующего рейда вернемся, я себе тоже такой возьму.
– Не-а! Не возьмешь, на что спорим?
– Возьму, хоть разорви на части, а возьму!
– Насчет разорвать на части – это не ко мне. Это тебе надо было там – на поляне остаться! А вот на базу вернемся, у Хромого и «Специфик» твой, и оптика к «винторезу», и патронов к нему пару сотен!
– Макс, да я тебе теперь по гроб жизни должен!
– Нет, не должен. После того, как я узнал о смерти жены и детей, у меня на этом свете, кроме тебя, больше никого не осталось. А после родных, кто еще может быть ближе для человека? Только настоящий, проверенный во всех ситуациях друг. А настоящим друзьям долги прощают всегда! Помнишь? «Ты – пиф, я – пиф-паф, в унисон!».
Над равниной взметнулся смех. Глядя на двух, запрыгавших по полю, словно дети, сталкеров, никто не сказал бы, что буквально недавно они могли хладнокровно убивать.
Солнце еще только начинало подниматься из-за горизонта огромным, почти малиновым шаром, а жаворонок где-то в вышине уже пел свою песню. День разгорался. Интересно, какой по счету на этой горемычной планете, за которой пристальным взглядом в данный момент наблюдало НЕЧТО, удивляясь жизнелюбию, вере и наивности населяющих ее существ?
Наверное, не так важен порядковый номер. Главное, чтобы этот день не стал в жизни последним. А они действительно свято верили только в самое лучшее.
Глава 3
– Вас послушать, так поневоле поверишь в колдовство! Последний раз я нечто подобное от Щедрого слышал, когда он с напарниками на Маяке, в бункере ученых, побывал.
– Ты, Верста, не о Сокровищнице толкуешь? – уточнил Плакса.
– Ну, да. Это давно легендой стало. Когда про Щедрого рассказывали, никто поверить не мог, что он действительно ее нашел. Что там, прямо посреди болот, островок был, где он гору артефактов собрал, среди которых оказался один… Говорят, ученые его потом долго обследовали и в итоге изобрели несколько видов лекарств. А главной сенсацией века стало лекарство от рака. Я слышал как-то, что вся фармацевтика тогда прямо перевернулась.
– Про Сокровищницу мы все знаем. И про Врата, ведущие в беззаботный Рай, тоже не раз слыхали. И даже Щедрый, якобы разглядевший тогда на болотах эти самые Врата, позже подтвердить свои слова ничем не мог. Да и мало ли отчего могло скопиться столько артов в одном месте? Может, просто никто раньше туда не попадал. Обстоятельства сложились удачно, и не более того. Это ж не значит, что и Сокровищница, и Врата там находились. Сказки это все. А вот что вы, мужики, про какой-то таинственный телепорт возле Лесхоза можете сказать? Знать бы еще, куда он ведет… Но, по моему разумению, куда-то за пределы Зоны. Это сколько же сил можно сэкономить! Набрал хабара и через портал сиганул к магазину или на рынок, чтобы без посредников сбагрить товар. Кайф! Мы с Рексом обязательно его поищем.
– Не знаю уж… Только вы про него и рассказали. Никто эту диковинку раньше даже не поминал. Ну а ты, Рекс, чего все молчишь? – повернулся к задумчивому сталкеру Верста. Попытался сфокусировать на собеседнике мутный взгляд, но это у него опять не получилось.