Ах, в мыслях у тебя царила я бессменно!
Ужели это все умчалось так мгновенно,
И я разлюблена?.. Иль ты Блуа забыл,
Смиренный мой приют, где ты со мною был?
Так мы любили там в тиши благословенной,
Как будто бы одни остались во вселенной.
Но ты, мой милый друг, ты мрачен был подчас.
Я думала: никто, никто не видит нас.
Чудесно было там. Погибло все мгновенно.
О, как ты клялся мне, что буду неизменно
Любовию твоей, все тайны мне вверял
И, что ты мой навек, так нежно уверял!
Я ни о чем тебя ни разу не просила,
Все помыслы твои всегда с тобой делила,
Но нынче уступи! Дидье, близка беда.
С живым и с мертвым я останусь навсегда.
Все с вами, мой Дидье, мне будет наслажденьем,
Побег иль плаха... О, с каким он нетерпеньем
Вдруг оттолкнул меня!.. Оставь хоть руку мне.
Не сбрасывай с колен мой бедный лоб в огне.
Бежала я сюда и до смерти устала...
О, что сказал бы тот, кто видел, как блистала,
Как веселилась я! Все изменилось вдруг.
Сердит ты на меня, скажи мне, милый друг?
Дидье, у ваших ног мне хочется остаться.
Но как мне тягостно — я в том должна признаться, —
Что слова не могу добиться я от вас.
Что с вами, наконец? Скажи мне иль сейчас
Убей меня!.. Ну вот, я более не плачу,
Я улыбаюсь вам, глубоко слезы прячу.
Ну улыбнитесь мне, а то я разлюблю.
Я слушалась всегда, послушайся — молю!
Но холодом оков душа твоя объята.
Зови меня Мари, мой милый, как когда-то...
Мари или Марьон?
О, милосердным будь!
Сударыня, сюда ведет не легкий путь,
И тюрьмы королей не строились из глины;
Здесь стража грозная, здесь стены-исполины.
Чтобы открылось вам все множество дверей,
Кому вы отдались, признайтесь поскорей?
Дидье! Кто вам сказал?
Никто. Я догадался.
Клянусь создателем, — чтобы ты жив остался,
Чтобы ты мог бежать — я правду говорю, —
Чтоб палачей смягчить, поверь...
Благодарю.
Дойти до этого — вот ужас, в самом деле!
Ведь это срам, еще не виданный доселе...
Торговец этот где, позорный и срамной,
Что продал голову мою, прельстясь ценой?
Тюремщик где? Судья? Где человек презренный?
Его я раздавлю, как образ ваш растленный
Я раздроблю...
Судья! Пишите ваш закон!
Пусть на весах у вас — я этим не смущен —
Фальшивой гирею, склоняющей судьбины,
Лежит честь женщины иль голова мужчины!
Ступайте вновь к нему!
Молю, не будь таким!
Мне твой презрительный ответ невыносим.
Я трепещу, Дидье, и мертвая паду я...
Пойми, что здесь любовь пылает, торжествуя,
И если некогда был человек любим,
То это мною ты...
