Валера Васильев – Паладин. Том 3 (страница 28)
От испуга я оттолкнулась от панели, и прижалась к противоположной стене. И только сейчас я поняла — никого нет. И ведь даже на панели нет царапины от меча! Это была иллюзия? Морок? Но как с этим справиться, если опять повторится?
Рука сама собой коснулась нагрудного кармана. Точно! Мама дала мне плеер, с какими-то песнями. Как там она говорила? «будешь в отчаянии, рядом враги — бери пятую песню.». Я успела лишь додумать это, как из пола вновь полезли трупы. Почти не глядя нажала на кнопку… Звук буквально разорвал иллюзию. Послышались слова, спетые грубым, будто бы мужским голосом. Но я точно слышала — это Игла!
— Die, die, die my darling! Don't utter a single word[17]!
Я не понимала слов, однако возникло чувство, что она со мной. Она всегда со мной. И я просто пошла к пилотскому креслу. На пути ко мне тянули руки лживые иллюзии, но… я просто била кулаком, и они рассыпались. Простите, мои дорогие, но умрите!
— Чудо на связи, готова к работе.
— Принято. Враг приближается. Семь часов, угол минус восемьдесят, три челнока.
— Принято.
Я дернула руль, попутно развеяв очередную иллюзию Аннабель. Причем, я заметила, как иллюзии начали меркнуть. Как будто они подпитывались моим страхом. Ну ничего. Я еще покажу, кто такая — Кассандра, Вестница Апокалипсиса!
Титул активирован. Амбиция активирована. Расчет эффективности… Выполнен. Необходимые усиления выполнены.
Корпус корабля побелел, и приобрел мои любимые красные полосы. Пламя на кончиках стволов превратилось в белые шары. Пойдет. Пара нажатий на клавиши — турель сама целится и берет упреждение. Поправляю, разрешаю огонь. Вместо стальных болванок космос пронзают белые трассера, буквально в пару выстрелов разнося летящий в самом хвосте челнок. Прости, что решила твою судьбу.
Турель стрельнула еще четыре раза, и вдали вспыхнуло два огненных шара. Я огляделась — остальные тоже вступили в бой, причем с разным успехом. Например, Болту было тяжко. Перенаправила одну из турелей, и прикрыла механика. Стоп… мне кажется, или сфера уменьшилась? Как будто нас сгоняют в одну точку. Как крыс.
Я только подумала о перемирии, чтобы договориться с другими пилотами и просто пережить эти тридцать минут… Однако как я не пыталась, никто не отвечал, или посылали к черту. Сопровождая это очередью из пулеметов.
— Каси! Ты сейчас самая свободная! Ёске окружили, он не справляется!
— Поняла.
Небольшое нажатие на рычаг — и корабль рвется вперед. В рации звучит озадаченный голос Болта.
— Странно, у этих кораблей три двигателя… Но почему у нее хвостов девять?
Кое-как найдя корабль Ёске, я сверкающей кометой помчалась в стычку.
Кое-как отбившись от образа фонаря, Ёске пытался маневрировать. Турели автоматически поливали свинцом его противников, но противников было шесть, а турелей у Ёске — всего три. Но тут сбоку что-то засверкало белым, быстро разрушая противников. Хотя один корабль, чуть больше чем другие, явно так просто не взять. Но даже так, Ёске смог лучше уклоняться. Он уже уверен, что быстро летать не сможет — выбит один двигатель. Но воевать это не мешает! Он чувствует себя каким-нибудь великим флотоводцем… Но имена забыл. Неважно!
— БАНЗАЙ!!!
С этим криком Ёске начал кружить вокруг враждебного корвета, пытаясь нанести хоть какой-то урон. Белый корабль постоянно лез под пули, будто пытался оттолкнуть Ёске. «Застилить мой килл хочет», понял Ёске. Ну уж нет, он не уступит идиотке со скинами[18]! Рывок вперед, подрезать эту дуру, и полный залп по корвету! Да когда он взорвется?
Со стороны основной группы прилетел тяжелый снаряд, заставивший корвет покачнуться. А белые снаряды Каси довершили дело, и огни корвета померкли, а сам он отправился в вечный дрейф. Ёске скрипел зубами. Да как его союзники могли так поступить?! Но поднимать на них стволы не стоит. Он им потом припомнит.
В какой-то момент, когда обиженный Ёске просто курсировал вокруг основной группы, перед лицом всех участников возникла табличка: «Все противники уничтожены. Можете быть свободны.», и зеленая сфера исчезла. Ёске ждал упоминания какой-нибудь награды, возможно, пары десятков талонов… но ничего. Абсолютно.
— Нет, ну что это за событие? Воевать заставили, патроны потратили, а восполнить потери?
При этом корабли союзников окружили его, еще и что-то показывают, явно оскорбительное. Ёске и ответил средним пальцем. Кстати, куда делся скин у девчонки? Вся белизна будто растворилась, оставив на корпусе лишь следы. Так это еще и временный скин? Вот дура.
Однако насмехаясь над союзниками, Ёске не учел, что этот мир несколько более реален. Со скрипом открылась дверь, и Ёске увидел радужную прическу. «О, видимо, опять объятий хочет. Ну смотри у мен…» — додумать он не успел. Кулак Радуги, прилетевший в челюсть, заставил Ёске совершить несколько оборотов, прежде чем удариться спиной о кресло и разбить лоб об пол.
— За… что?!
— Мало того, что ты, придурок, на связь не вышел, и решил действовать обособленно, так еще и Каси корабль помял! Она тебе уже довольно жестко намекала — отступи, не твой враг, перегруппируемся и уничтожим всем, что есть. Но нет, ты мозги выкинул где-то еще, и практически на таран лез! Тебе совсем жить не хочется?!
Следом в двери появился Гром. Он отловил Радугу за плечи.
— Кири, спокойно, он еще живой нужен. Потому как возродится в случае чего где-то хрен знает где.
— Да пошел он в сраку! Раз такой наглый — пусть сидит в своем инкубаторе, или где он там в крейсере сидел, и не высовывается! У нас чуть потеря двух кораблей не произошла!
— Согласен. Но ломать челюсть… А, не сломала. Даже зубы не выбила.
— Ща исправим…
— Стой-стой-стой! Давай просто настроишь связь, доведем корабли до станции, а там на дуэль его вызовешь и отметелишь!
— Ха. Хороший план.
Тихо ругаясь, Радуга настроила связное устройство, и вышла. Ёске все еще лежал на полу, держась за челюсть. Его… его ударил нип. Причем явно предназначенный для романтической линии. Более того, чуть не убил! Что с этой игрой не так? Или… это не игра? Но откуда тогда инвентарь, система, все это? Нет, это точно игра. Иначе как это все стыкуется? Корабли и существа, знакомые на его родине. Та же нэко. Технологии и принципы их работы — это точно было в книгах! Но почему… его бьют? Он что, не главный герой этой истории?
Какие же чудеса с мыслительным процессом человека творит один-единственный удар. Столько мыслей, и столько вопросов. Жаль. Потому что Радуга ждала, что её удар даст Ёске ответы на некоторые вопросы, а не добавит непоняток.
Следуя указаниям Грома, корабли вновь выстроились клином, и прыгнули в варп. Спустя несколько секунд они вылетели около родной станции. Основной сложностью для новых пилотов было припарковаться, поэтому Гром сказал оставить корабли рядом, и просто дождаться более опытных пилотов. Хоть это и замедлило процесс, зато никто не пострадал. Ёске вышел из корабля, и ждал, когда Радуга подойдет к нему, и скажет что-нибудь про дуэль… однако она явно остыла. Более того, Радуга не согласилась бы на дуэль, даже если Ёске предложит. Она считала разницу в силе слишком большой. А избивать младенца… как минимум не интересно, как максимум — идет против её кодекса чести. Поэтому команда Аиста просто ушла докладываться к Лиху. Ёске остался один. И он просто направился в свою комнату.
Я бежала к научному… как его? Отсеку, вот! Я хочу точно проверить, все ли в порядке. Люди передо мной расступались, видимо, настолько бешенной я выглядела.
В лаборатории было довольно тихо. Я свернула к одной из дверей, и постучала. Спустя пару секунд она открылась. За дверью стояла полусонная и растрепанная Дурман в лабораторном халате и кружкой чего-то резко пахучего в руке.
— Ну привет. Что-то нужно? Или добровольцем на эксперименты?
— Нет-нет… Я проверить Иглу.
— Может, все же Физа?
— И его тоже.
Не знаю, не чувствую каких-либо особых чувств к Физу. Ну Физ и Физ. Зато вот Игла… она по сути меня воспитала. Научила преодолевать препятствия.
Дурман шагнула в сторону, и показала на отгороженную тканью область. Я немного отодвинула ткань и заглянула.
На койке лежит Физ, и к его телу тянется множество каких-то прозрачных прутиков. По прутикам текут разные жидкости. Рядом на стуле сидит Игла, и держит Физа за руку, и напевает что-то успокаивающее. От это даже меня морить начало. На мое появление она отреагировала минимально — дернула ухом. В остальном она была как статуя. Я плавно закрыла штору и отошла.
— Дурман, а… у них все нормально?
— Ну, в принципе, лучше, чем могло бы быть. Физ сейчас испытывает адскую боль, а Игла всеми силами это гасит. Не знаю, как она это делает, но рубит даже меня. Вон, кофе пью. Хотя чую, скоро придется переходить на адреналин… А ведь это только первые сутки! А вы там как?
— Я… хотела бы об этом поговорить серьезнее.
— Ну так говори, как будто я не выслушаю!
— Я встретила там Иглу, Когтя и… еще одну Дурман.
Дурман замерла, забыв отпить напиток из кружки.
— Еще одна Игла? И еще одна я?
— Ну… голос был похож.
— Хм. Что же они там делали?
— В смысле?
— Ты не знаешь, а здесь, в лаборатории, об этом много документов. Отряд Сестер создавался как особое подразделение, или что-то типо того. Фишка в том, что тот крейсер, откуда мы пришли, был не единственным. И хотя утверждалось, что большая часть крейсеров провалилась или отказалась от экспериментов, мы не можем быть уверены, что такие тесты не проводились на самой Терре. Тем более, я уверена, что информацию передали кому нужно, когда мы все уже сидели в инкубаторах.