Валера Васильев – Паладин. Том 3 (страница 24)
— Дурак совсем?
— Нет, семпай! Я хочу испытать свои силы.
Сзади подключился Селик.
— Я бы тоже посмотрел на это.
Ладно, видимо, тут без шансов. Я развернулся, и вернулся в разграниченную зону. По сути, это белый круг на полу, но во время боя нельзя за него заходить.
— Ну давай, Ёске. Показывай.
Я допустил одну чудовищную ошибку. Я расслабился. Это чуть не стоило мне жизни, потому как Ёске не соизмерял силу. Удар ураганной скорости чуть не снес мне голову, но я успел подставить клинок. Дальше я ушел в защиту, понимая, что не могу контратаковать. И это все после всех этих тренировок?! Селик ходил вокруг нас, иногда пригибался и уворачивался от меча Ёске, и присматривался. Вдруг он сказал:
— Физ, разрешаю использовать стиль.
Оу… Поясню — во время тренировок Селик запретил мне использовать техники Меча Хаоса, и другие мои способности. А сейчас у меня полный карт-бланш.
Резкий уход назад, мгновенная смена траектории пирокинезом. Ёске растерялся, что дает мне пару секунд. Круговой взмах — за спиной повисает кольцо Знамения. Активирую Следы Хаоса, а Амбиция усиливает мою атаку в счет урезания элементальных навыков. Теперь можно и вперед.
Ёске развернулся, и бросился на меня. Хм, странно. Он очень хорошо фехтует, однако… это будто все, что он умеет. Бросился безрассудно, наступив на пару моих следов… И ему не повезло — сработала кислота, и расплавила ему подошву ботинка. От этого он пошатнулся, и я обозначил удар… Однако Ёске его заблокировал, но как-то неуверенно. А если я буду бить немного чаще? Удар тысячи порезов, разумеется.
Мои прыжки вокруг окончательно сбили Ёске с толку, и спустя пару мгновений, он, отбиваясь от моих атак, вышел за круг. Селик свистнул в свисток, заканчивая бой. После чего начался разбор полетов.
— Физ, неплохо, однако техники слишком медленные. Нужно их ускорить. Ёске, полное отсутствие тактики. Его не восполнить простым мастерством. Ищи нормальный боевой опыт.
Я кивнул, и мы вместе с Ёске покинули тренировочный зал. Стоит похвалить, что ли, парнишу за старания. Не знаю, к какому тренеру он ходил, но видно, это было усердно… Хотя кто знает, как это работает с его ускорением развития.
— Ёске, ты молодец. За неделю очень хорошо вырос.
— Аригато, Физ-семпай.
Вот мне сейчас спасибо сказали, или нафиг послали? Хороший вопрос. Я только собирался его задать, как меня за рукав кто-то схватил. Внезапно это оказалась Альма. Она тяжело дышала, да и в целом у нее был взбудораженный вид. Что-то случилось. И видимо, что-то страшное, раз Альма забыла про телепатию.
— Докладывай!
— Я… Фух… Физ, пойдем! Там Дурман…
Дурман. Похоже, доэкспериментировалась. Нужно выручать.
— Ёске, иди без меня.
Я подхватил Альму за талию, и полетел на реактивной струе. Будь у меня ноги, сгорели бы. А так всего лишь оплавились. Летел под потолком, чтобы не мешать людям, но все равно рев пламени и резкие хлопки от смены направления пугали народ.
До научного отсека я добрался в рекордные полторы минуты. Двери, даже раздвижные, открывал с ноги, и спустя пару секунд вломился в лабораторию. В абсолютном спокойствии все девчонки сидели за столом, и попивали чай. Даже Немая была тут! Эм…
Дурман с легким недоумением смотрела на меня и Альму под мышкой.
— Что-то ты больно быстро. Ты же в тренировочном отсеке был?
— А… где авария?
— Какая авария?
— Альма прибежала, явно напуганная…
— А-а-а! Да я Альме рассказала о новом препарате. Он, кстати, как раз связан с тобой.
— Препарат?
Я аккуратно поставил Альму на пол, и внимательно посмотрел ей в глаза. Она смутилась.
— Ну… Физ, понимаешь… ну не могу я довериться обычному человеку. Есть в этом… что-то неправильное. А вот будь ты нашим братом…
Ага. Я помню этот разговор. Как раз Альма об этом и говорила в подземелье. То есть, уже две сестры — Разум и Альма, сходятся в этой мысли. Я развернулся к Дурман.
— Я так понимаю, ты смогла создать желанный ими препарат?
— Ну, не один препарат. Бы же хотим стабильных мутаций, да? То, что я делала во время экспедиции, были так, времянки. Они быстро выветриваются, да и по наследству не очень передаются.
— Даже смена пола Ёске?
— Да. Лишняя комбинация генов там была закреплена очень плохо, и после первого же деления клеток развалилась бы на белки, которые сожрало бы тело. В общем, через месяц мои мутации отваливаются сами собой. Ну а над этим препаратом мне пришлось работать около четырех дней, при поддержке местных ученых. Скажем так, сильно помогли исследования Дуси, и я теперь знаю, какие гены тебе нужно пришить. Проблемой было разработать состав, который сделает изменения перманентными. Ну и у меня получился комплект препаратов. Их нужно медленно вводить через капельницу. Займет это все примерно неделю. Но, Физ…
— М?
— Лично я тебя не знаю, но девочки рассказали о тебе. Часть из них против операции. Потому что в любом случае тебя ждет буквально адская боль. Препараты будут переписывать само свое существо. Причем шанс смерти тоже довольно высок. Из десяти крыс выжила всего одна. Вот, глянь.
Она показала белую крысу, с необычно желтыми глазами с вертикальным зрачком. В целом, выглядит нормально… только взгляд у нее несколько безумный. Будто пережила ад. Дурман продолжила.
— За счет меньшего объема тела на крыс потребовались всего сутки. Ну так вот… Очень хорошо подумай. Потому что назад пути уже не будет. Если остановить процесс посередине, ты умрешь гарантированно.
Так вот почему Альма так испугалась и побежала за мной. Превращение в брата…
Я внимательно посмотрел на сестер. Игла, первая из встреченных, более того, еще и моя жена. Так уж сложилось. И сейчас она смотрит на меня с опаской. Я понимаю — она пойдет со мной хоть в сам ад, но здесь она не уверена, что сможет помочь. Дуся, наша беззаботная дурочка. Но даже она сейчас явно на нервах, и задумавшись, пытается пить из печеньки и грызть стакан. С её зубами и пищеварением получается вполне успешно. Видимо, она как раз и против. Она не любит боль. Альма, самая радикальная из всех сестер. С ней труднее всех общаться, так как она пытается быть самостоятельной. И она явно за операцию. Ей неприятно, что над ней стоит какой-то простой моторист, а не элитный эксперимент правительства. Разум, самая рассудительная. И она тоже за, но по другим причинам. Видимо, операция даст мне множество преимуществ, на которые Разум рассчитывает. Призрак, сейчас буквально побелевшая от страха. Она знает, что такое быть мертвой, и видимо не хочет подобной судьбы для меня. Поэтому она тоже против операции. Итого, двое за, двое против, один всегда за меня.
— Девочки, вы же знаете, что я вас не брошу. Я и так уже для вас как брат, разве нет?
Дуся и Призрак начали расслабляться, посчитав, что я собираюсь соскочить с операции.
— Однако, быть «как брат» и быть братом — разные вещи, м? Дурман, я согласен.
— Ты помереть можешь.
— Мы в космосе. Тут любая неисправность — путь на тот свет. Но мы же еще живы?
— Хм. Девочки не ошиблись в тебе. Тогда прошу в операционную, пациент, будем красить вам глазки и выкручивать мозги.
Я шагнул вперед, чувствуя, как перешагнул незримую черту. Ведь буквально несколько месяцев назад я был Филей, обычным пареньком, будущим мотористом на каком-нибудь зачуханном торговом судне. Однако судьба сплела все иначе. И я не собираюсь её винить. Последнее, что я помню — это как Дурман надевает на меня кислородную маску, и я проваливаюсь в долгий, и очень, очень мучительный сон.
Ёске приходил в себя. Он готов поклясться — его семпай только что перешел звуковой барьер! С таким мощным ревом умчался вперед! Это просто невероятно. Стоило бы его найти… В этот момент Ёске замер. Он запамятовал, что именно после этой фразы с ним и начинал происходить полный алес. Так что будет самым логичным? Зайти в кают-компанию. Там должен сидеть Гром, и либо выдать сайд-квест, либо дать информацию. Все логично!
Путь до кают-компании не занял много времени, и пройдя сквозь раздвинувшиеся двери, Ёске вдруг неожиданно почувствовал себя зажатым.
— Жамкать…
Штурман команды Грома, Радуга, страстно обнимала Ёске. Причем так, что у него практически хрустели кости. Неужели… обещания богини, что он сможет исполнить все свои желания, наконец сбываются! Хоть Радуга и не тянет на главную героиню по внешности… да и характер у нее странный, нетипичный такой… но зато сама лезет на руки… Эм, точнее, отрывает с руками. Ёске уже начал погружаться в грязные мечты, как его идиллию оборвал голос Грома.
— Да ну ё-мое! Ёске, ты вовремя! Она уже последнего медведя разорвала! Кири, прием! Это все еще не Роза!
— Жамкать…
— Понятно… Ну, это ненадолго. Тем более, что это первый приступ после перерыва. Ёске, ты чего хотел?
Ёске попытался что-то сказать, но стальной захват Радуги выдавил весь воздух из легких. В голове самурая начала зарождаться паника. Неужели он умрет от любовных объятий[15]?
— Радуга, отпусти его, сдохнет!
— Жамк…
Ёске опустил взгляд вниз… и столкнулся со взглядом Радуги. Он хорошо запомнил глаза штурмана во время экспедиции. Спокойные, волевые, немного жесткие. Сейчас же это были глаза человека, попавшего в безысходную битву. Боль, страдания… но несокрушимая воля все исправить. Сам того не понимая, он погладил Радугу по голове. Давление на его ребра тут же выросло, но вскоре пропало совсем. Радуга выскользнула, и встала недалеко от дивана.