Валера Васильев – Паладин. Том 3 (страница 19)

— Прекращай мямлить, а?

— Да, семпай! Это… подарок! От разума роя!

— Подарок?

— Ну да.

Хм. Учитывая, что крейсер ведет себя странно, я не удивлен. В этот момент раздался голос Грома.

— А ну ка, братцы-карапузики, вылетаем домой. Больше нам здесь делать нечего.

Все облегченно выдохнули. Наконец-то! Оказалось, спокойная неделя в космосе — это ужас! Хотя Дурман не давала нам расслабляться.

Корабли синхронно нырнули в варп, унося нас от чертового крейсера. Меня вновь терзали мысли. Мы ведь были не единственным крейсером. Таких ученических кораблей была целая куча. И кто может гарантировать, что эксперименты Терры по созданию супер-солдат не приведут к подобному? Ведь этот корабль уже получил свой разум улья, и научился выживать в космосе! Что начнется, если это научится летать? Или того хуже, использовать Варп?

Аист выпал из варпа, и спокойно направился к своему ангару. Наконец-то, мы вернулись. Но тут меня пробрала дрожь. Если Гром еще знал, зачем мы туда лезли, то как объяснить появление Дурман Лиху… Кажется, меня ждет очередная головомойка.

Оказалось, я ошибался. Лих сразу понял, зачем мы летим к крейсеру. Поэтому появление Дурман воспринял спокойно. Он окончательно простил меня, когда ученые предоставили ему результаты исследований. Оказалось, они нашли какие-то хитрые биологические алгоритмы, которые при какой-то там адаптации улучшат встроенный ИИ станции. И это результаты только за первые полчаса. В общем, всей экспедиции была обещана повышенная награда. Ну а пока мы ждали этой самой награды, можно было посидеть в каюте.

Вот вроде каюта, а приятно. Почти что дом. Только в пространстве. Да и антураж неплох. Стены и пол я выровнял, используя геокинез, а Игла, решив поэкспериментировать, попыталась что-то нарисовать… Но её кракозябры рисунками не назовешь. Зато вот Немая расстаралась. Пока мы были в экспедиции, она разрисовала стены, в основном используя образы трав и цветов. Получилось приятно. Я даже протравил металл, чтобы этот рисунок не пропал.

Вот и сейчас я лежу на койке и лениво осматриваю комнату. Немая со свойственным ей спокойствием намешивает чай. На соседней кровати лежит и читает какие-то ноты Игла в одних шортиках и маечке. Где нашла — не знаю. Но смотрится… Ланс бы одобрил. Да и я тоже. Кхм. Хм, не думал, что у Иглы дергается хвост, когда она на эмоциях. А ведь по лицу и не скажешь. Вроде бы я должен был это заметить раньше… Но Игла всегда за спиной. А там у меня глаз нет. Кстати, о запасных глазах и подобном мутанизме. А куда пропали после высадки Дурман и Ёске? Альма!

«Чего надо?»

Где Дурман?

«В лаборатории»

Ага… А Ёске?

«Где-то в драконе…»

Чт… что?!

«ой… Жив он, жив!»

Спелись.

— Игла, как на счет прогуляться до лаборатории?

— Да.

Стоило мне подняться и накинуть плащ на плечи, как Игла тут же оказалась за спиной. За время путешествия мы с Иглой заметили, что ей в мешке удобнее, чем просто на плечах. Меньше держаться. В общем, теперь у меня в плаще есть большой карман сзади, куда и забирается Игла.

Как тайфун, я влетел в лабораторию, довольно резко открывая двери. Не с ноги, но все равно. И пожалуй, впервые, я не видел снующих ученых. Научный отсек был пуст! Кроме одного места, откуда доносился гомон… Дай-те угадаю…

— И дракон превращается… превращается… В дракона с рогом. Угу. Ого. Не, ветвящиеся рога я не планировала… Ёске, ну потерпи, ну будет у тебя деревце во лбу, ну что тебе, жалко что ли? На вот, выпей вот это… Епт! Отвалились… ну упали твои рога на хвост, что реветь то… Не реви! Не реви, говорю! У тебя же слезы кислотные! А-а-а… На, пей! Все. Теперь у тебя нет слезных желез! Так… пу-пу-пу… Слушай, Ёске, а хочешь стать мамой?

Вот последнюю дверь я открыл с ноги. Чем мгновенно привлек внимание всего научного отдела. Тааак, и кто тут у нас…

В небольшом зале с кучей ретортов, в каждом из котором бурлила какая-то жидкость, буквально толпой стояли люди в белых халатах. У дальней стены, пытаясь стать незаметной, притихла Дуся. В толпе ученых я заметил шевелюру Альмы. И красный зонтик. А между ретортов сновала Дурман, иногда подбегая к чудовищу, лежащему посреди зала. Я… не знаю, как это описать. Четыре крыла, два плавника, жабры, био-солнечные рецепторы, три пасти, шесть глаз, два из которых на кончике хвоста, куча когтей и шипов, шесть лап, каждая кончается лапой с шестью когтями.

— Дурман, это что?!

— Это Ёске. Правда, красивый?

Со стороны красного зонтика раздалось одобрительное «невероятно красивый…».

— А можно его… в человеческий вид?

— Ну… Хм. Это может быть интересно. Приступим! Так, это нафиг, это тоже…

Дурман начала перемещать и смешивать какие-то реагенты с чудовищной скоростью. Тем временем существо подползло ко мне, и во все три пасти просипело:

— Аригато, семпай…

Должен сказать, Дурман справилась. Она смогла убрать все навязанные мутации, но довела Ёске до женского тела. С которым, к счастью, справился его симбионт. Наконец, парниша лежал перед нами, завернутый в лабораторный халат. Из толпы ученых вышел Николаич.

— Молодой человек, я вам безмерно благодарен! Ваши подчиненные просто нечто! Что Дусенька, что Дурманочка! Пообещайте мне, что в своих операциях не будете их калечить!

— Эм… Ну…

— Молодой человек?

— Да, хорошо. Обещаю.

— Вот и чудненько! Дурманочка, милочка, вторая лаборатория в нашем отсеке полностью в вашем распоряжении! Людей под опыты предложить, простите, не можем… но там целая колония лабораторных крыс!

Я увидел, как Дурман хищно улыбнулась.

— Больше мне и не надо. И-хи-хи-хи…

Не нравится мне это. Не успела Дурман рвануть в нужную точку, как я поймал её за шкирку.

— А? Пусти!

— Что-то при нашем знакомстве ты была… более серьезная.

— Я почему серьезная и злая была? У меня лаборатории не было…

Я тяжело вздохнул, и отпустил экспериментаторшу. Спустя пару мгновений мне в спину кто-то ткнул острием зонтика. Маднесс с ехидным выражением маски смотрела на меня снизу-вверх.

— Что хочешь делай, а её под мою веру подведи.

— А сообщение, как мне, отправить, не судьба?

— Отправляла. Не читает. Ей вообще в принципе неважна Сима, да и наша жизнь. Была бы лаборатория, и верные друзья. Так что теперь это твоя проблема.

— Понял. Слушай, а зачем тебе использовать именно этот облик?

— Мадлен-то? Знаешь, меня часто рисуют и изображают шутом с окровавленным кинжалом в руках. Я всегда зло. Но вот этот образ, образ простой аристократки… он милый. И еще милее его делает то, что его создал не мой последователь. Я точно знаю, что такой образ создан не для того, чтобы ублажить меня или наоборот, унизить. Он создан от души.

— А ничего, что… многие теперь будут смотреть сверху-вниз?

На маске появилось ехидное выражение, и Маднесс крутанулась на месте. В конце оборота она стояла в том же платье, и с тем же зонтом. Но будто выросла, став на голову выше меня.

— Во-первых, это не проблема.

Она вернулась к прошлому образу, и раскрыла зонтик.

— Во-вторых, глуп тот, кто смотрит на рост тела. Наивен тот, кто смотрит на рост ума. И обманут тот, кто смотрит на рост души.

В глазах на мгновение потемнело, а когда все вернулось, Маднесс уже не было. Я огляделся, и вдруг заметил, что никто из ученых не смотрит в нашу сторону. Они занимались своими делами, общались…

— Игла… Ты тоже это видишь?

— Да. Работа Маднесс. Они не слышали ваш разговор.

Я пожал плечами, поднял Ёске (он все еще валялся на полу), и понес его в каюту. Пусть переодеться и в себя придет. Кстати, пока идем. Система, что там по заданию?

«Сбор Сестер»

Маднесс считает проект «Сестер» очень перспективным. Ваша задача — найти всех и любыми средствами подчинить себе или другому последователю Маднесс. За каждую вы будете получать индивидуальную плюшку.

Прогресс: 3/9

(+) Игла верит вам, как самой себе.