Вадим Кузнецов – Хроническая болезнь (страница 18)
Потом картинка дернулась, и показался другой цех. Длинный перфорированный конвейер, заполненный металлическим хламом. Люди перебирали мусор в ящиках и выкладывали ржавые железяки на движущуюся ленту. Все рабочие в красной одежде, принадлежащей неизвестной Коврову касте. На улице он такой расцветки не видел. И тут Владимир понял, почему эти люди работали на тяжелом производстве. Лица многих покрывали безобразные язвы, некоторые рабочие имели по шесть пальцев на руках, другие еле передвигались, с трудом приволакивая уродливые ноги. Мутанты! Тут трудились люди любых возрастов, включая детей. Один мальчик показался знакомым. Да, темная лысая голова, а вот и бородавка на губе…
– Володя! – выплыло из забытья. Ковров открыл глаза и увидел, что вновь сидит на кухне у Стива. Светлана склонилась над его лицом и беспокойно смотрела прямо в глаза.
– Извините, я, видимо, уснул, – прогнал наваждение Владимир. – Где кот?
А зверек исчез. Воинственный кошак отправился по своим делам. Наступала ночь, время настоящей охоты.
– Я думаю, что все уже устали, – замялась Джина. – Нам пора расходиться. Спасибо, мальчики, за прекрасный вечер.
– Джина, куда спешить? Посидите еще, – попросил Стив. Глаза парня светились, а язык заплетался.
«Да, злоупотреблять алкоголем дальше ему не следует. Нам со Светой надо уйти, тогда Стив останется наедине со своей подружкой. И все у них, наверняка, получится».
– Светлана, давайте я вас провожу, если вы спешите и не возражаете. Джина, задержитесь ненадолго, у Стива есть небольшой сюрприз. Лично для вас, – с этими словами Ковров незаметно подмигнул лаборанту и, не дождавшись ответа, решительно встал из-за стола.
– Да, Джина, останься, пожалуйста, – робко попросил лаборант, незаметно показав Владимиру большой оттопыренный палец.
– Ну, раз ты так просишь… – Джина томно прикрыла глаза.
Глава 13
Светлана встала с кровати. Удивительные события прошлых дня и ночи еще раз пронеслись перед глазами. Неприятный случай на площади, вечеринка у Стива Хагена, таинственный незнакомец Владимир Ковров. Впрочем, какой он теперь незнакомец? Владимир остался безмятежно спать в постели, которую только что покинула сама Колыванова.
Светлана, испытывая неоднозначные чувства, вспоминала прошедшую ночь. Владимир… Они вместе покинули гостеприимного лаборанта, беззаботно гуляли по улицам без респираторов, прыгали через грязные кислотные лужи, вызывая удивление у редких прохожих, много разговаривали, шумно и заразительно смеялись. Потом Владимир потащил девушку на крышу гостиницы, где при лунном свете читал ей стихи и шутливо признавался в любви. Живая гвоздика, вино и ночь… В темном небе лишь звезды и маленький лунный рогалик… Светлана зачарованно слушала красивые лирические стихи, и ветер ласково играл ее русыми волосами.
Она размышляла о жизни, пространстве, времени. Постепенно Светлана поняла, что в этот вечер ее догнала судьба в образе Владимира. Общаясь с ним, она чувствовала, что с каждой следующей минутой все больше и больше влюбляется в этого необычного человека. Ковров рассказал ей, что там, в прошлом, он оставил свою девушку, похожую на Светлану, как две капли воды. И с таким же именем! Как такое возможно? Но она – не «попаданка»! Ведь Светлана помнила себя с самого детства. Была уверена, что родилась здесь, в Новой Европе.
Непостижимо, но Владимир привлекал Светлану все сильнее. Он казался странником, затерянным во времени и пространстве, который никак не может найти спокойную гавань. И она влюбилась без памяти! Каждый жест, каждый запах, каждое слово, – казались родными, близкими и знакомыми.
Все ее женское существо рвалось наружу из тесной телесной оболочки навстречу неотвратимым неожиданностям.
Они стояли на старой крыше здания, подвластные всем ветрам. Открытые и свободные. Так казалось! Крохотная слеза скатилась на холодную крышу, и Светлана, пряча горящие глаза, склонила голову к сильному мужскому плечу. Владимир в ответ обнял ее, и его горячие губы коснулись соленой щеки. Они поцеловались, слившись в едином, неудержимом порыве… Потом Владимир встал на колени и вновь признался в любви, а Светлана сказала то, что еще не говорила никому и никогда: «Я хочу зачать, выносить и родить от тебя ребенка!»
Никогда, никогда Светлана не ощущала ничего подобного! Какие красивые стихи читал Ковров. «Мы держали радугу в руках, мы считали звезды в тишине…». Светлана плохо помнила, как они оказались в ее квартире, и она без каких-либо угрызений совести отдалась вся без остатка этому великолепному мужчине.
Светлана на генетическом уровне понимала, что выбрала для себя самого лучшего партнера, у них должны родиться умные и здоровые дети. Да, если они зачали новую жизнь в эту ночь, то тогда Колыванова не сможет сдать свою драгоценную яйцеклетку в генетический банк, что она обязана делать каждый календарный месяц. Есть надежда, что врачебный консилиум простит минутную женскую слабость. Ведь это всего одна яйцеклетка! Всего одна! Светлана очень хотела оставить эту маленькую жизнь, этого крошечного зародыша, этого еще не рождённого человечка для себя. Подобное не поощрялось, но ей очень хотелось самой выносить, родить и воспитать ребенка. Наверное, именно так проявляется настоящая любовь.
Любовь? Это слово постепенно выходило из обихода. Люди периодически знакомились, заводили друзей, занимались сексом ради удовольствия, но никто не хотел рожать детей. Для этого есть Инкубатор! Никто не хотел воспитывать детей. Для этого есть Интернат! Мало кто из супружеских пар жаждал постоянно жить вместе. Государство настойчиво подталкивало граждан жить поодиночке. Низкая зарплата, маленькие квартирки, вмешательство при выборе партнера – вот они, рычаги давления. А с появлением ребенка денег и личного пространства требовалось больше! Поэтому проще отдать нечаянного отпрыска в Интернат, разойтись с его отцом и искать новые связи на стороне. Люди, по словам Владимира, сначала убивали материнскую любовь, а потом и другие проявления этого самого прекрасного человеческого чувства. Любовь к своему партнеру, соседям, сослуживцам, другим людям, к родному дому, полису, планете…
Владимир… Есть в нем что-то отталкивающее… Продукты наверняка куплены на «черном рынке», как и запрещенный крепкий алкоголь. Светлана тайком попробовала тот напиток, который с удовольствием пили мужчины… Странно, что Джина ничего не заметила, а Стив, похоже, в курсе этого безобразия, но спокойно закрыл глаза на явную контрабанду. А ведь он лаборант, будущий врач!
Много, много вопросов… «Но, я все равно люблю Владимира, этого замечательного человека, и он отвечает мне тем же. Жаль, что нам вчера не удалось соединиться с помощью нейроинтерфейса! Мы пробовали, но не увидели ничего, кроме яркого света, тщетно пытающегося проникнуть сквозь корявые безобразные деревья. Так мне показалось… Но, святая Авиценна, как я счастлива!»
– Доброе утро, любимая! – Владимир проснулся и сладко потянулся на кровати. – Может, сбегаешь за пивком?
– За чем? – удивилась Светлана.
Владимир встал с кровати, лениво продрал сонные глаза, усмехнулся и тяжело вздохнул.
– Мне снилась прекрасная голубая планета, мой зеленый город, майский дождь, радуга… – грустно прошептал Ковров. – Реальность сурова и беспощадна. Мир врачей…
– Да, Володя, – ответила Светлана, нежно гладя его по рукам и нащупывая микрочип. – Именно так. Но я здесь, и у меня есть ты! Неужели, этого мало?
Глаза закрылись, так как Колыванова неожиданно замкнула контакты, коснувшись считывателем чужого запястья, и влюбленные вошли в сеть нейроинтерфейса. Да, теперь она тоже видела это! Сон еще полностью не покинул разум Владимира, и Светлана увидела яркое ласковое солнце; деревья, покрытые большими зелеными листьями; красивые цветы, разных оттенков и форм. И сияющий радужный полукруг над широкой рекой, он медленно, но неотвратимо таял, как и весь замечательный сон. Оставалось лишь несколько мгновений, чтобы насладиться удивительной красотой!
– Радуга! Володя! Правда? Я вижу радугу! – воскликнула Светлана.
Неожиданно изображение пошло корявыми трещинами, кто-то грубый и нетерпеливый пытался разрушить их идиллию, их маленький счастливый мир. Конечно-же, входящий звонок… Ну, почему она не удосужилась снять с носа стереоочки!? Светлана в отчаянье прервала мысленный контакт с Владимиром, и перед глазами встало невозмутимое лицо Главного генетика.
– Светлана Колыванова, вам необходимо прийти в час дня на медосмотр. В Инкубатор. Мы очень беспокоимся о вашем здоровье, – учтиво сообщил врач.
– Хорошо. Но, я хотела бы узнать, как самочувствие моего брата. Мы договаривались периодически созваниваться, но ни вчера, ни сегодня Кирилл не вышел на связь. Что случилось? Он часом не заболел? – беспокойно спросила Светлана.
– Все в порядке. Молодой человек не рассчитал свои физические силы и до сих пор спит, ну а во время процедур Кирилл не может отвечать на вызовы… хм, по техническим причинам, – скупо ответил Дольский.
– Спит? В десять утра! Кирилл никогда не встает позже девяти, даже если очень сильно устал. Вы мне что-то не договариваете!
– Успокойтесь, все хорошо. Сегодня, сразу после медосмотра вы увидите своего любимого брата, – улыбнулся генетик. – Итак, не забудьте, в час дня в Инкубаторе.