Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 619)
Сад, окутанный звездным мраком ночи, укрыл нас от всего мира. Над нами раскинулось бесконечное звездное небо, похожее на иссиня-черный бархат, усыпанный бриллиантами. Влажные от поцелуев губы, нетерпеливые касания рук, соприкосновение разгоряченных тел. Звезды отражаются в ее глазах, когда Мари запрокидывает голову и часто дышит от моих ласк. Я до одури хочу ласкать ее всю, не упуская и сантиметра нежной кожи, хочу видеть, как ее взор затуманивается от запредельного удовольствия, слышать ее стоны и ощущать, как стройное тело извивается подо мной.
Блики костра скользят светом и тенью по ее телу, обостряют и подчеркивают все соблазнительные впадинки и округлости, лунный свет путается в рыжих прядях. Я не могу спокойно это созерцать, я схожу с ума! Как одержимый хватаюсь то за грудь, то за бедра, глажу спину, желая ощущать всю ее целиком. Я снова ласкаю ее тело, губами, языком, жарким дыханием, снова губами, и Марьяна протяжно стонет, ерзает и трется об меня, и это окончательно толкает меня в бездну. Мой стон ударяется в ее губы. Я рычу, прижав невесту к себе.
Не могу больше сдерживаться! По телу пробегает дрожь от неудовлетворенного желания. Укладываю ее на спину, подминаю под себя. И как же хочется целовать ее тело! Снова хватаю губами затвердевшие навершия, выцеловываю тонкие ключицы, поцелуями спускаюсь все ниже и ниже. Язык скользит по ее животу, и с губ Марьяны срывается вздох. Губы оставляют влажные дорожки на ее бедрах, она вздрагивает от каждого прикосновения, выгибает спину и стонет протяжно и сладко, когда мои губы припадают к ее нежному лону. Держу ее за бедра, не даю отстраниться от моих настойчивых ласк, схожу с ума от стонов Мари.
Шумный вздох ветра, шелест молодой листвы в сумраке ночи, и нас снова окатило лепестками миндаля. Мои губы не знают пощады. Мои безумные желания не знают пощады. Марьяна дышит часто и прерывисто, кусает припухшие губы, извивается и стонет. Я чувствую приближение ее экстаза, и когда он накрывает Марьяну, меня окончательно затягивает в бездну страсти. Ее тело дрожит во власти острого наслаждения. Я быстро избавился от штанов и накрыл ее тело собой, вжал в плед и резко вошел. Наши стоны слились в один и оборвались, приглушенные поцелуем. Никакого контроля. Никаких мыслей. Только наслаждение. Такое же бездонное и безграничное, как небо над нами. Как же хорошо. Как невыразимо хорошо с ней!
Нас то и дело осыпает лепестками миндаля при малейшем дуновении ветра. Они щекочут кожу невесомыми касаниями, добавляя остроты ощущениям. Дел нависает надо мной, прижимается, толкается во мне глубоко и сильно, и я хватаю его за плечи, глажу его тело, везде, куда только достают мои руки, обхватываю его ногами, желая ощутить всем телом его силу, его яростную страсть, его безудержный напор, его стальные мышцы.
Он так красив! Он так божественно красив, что у меня перехватывает дыхание! Дел двигается во мне и гладит мои бедра, наклоняется и ласкает мою грудь. Поцелуи, порочные и жадные, грозят свести с ума. Мы просто облизываем друг друга, как изголодавшиеся звери! Удовольствие нарастает с каждым его толчком, от низа живота по телу расходится тугая горячая волна наслаждения, и я тону в нем.
– Еще, – прошу его, и Делайл хрипло дышит, почти со стоном, погружаясь в меня раз за разом.
Жадные губы, прикосновения рук, сильные толчки в моем теле. Чувственный хмель дурманит разум. Наслаждение достигает пика, прошивает насквозь всю мою сущность, и у меня темнеет в глазах, мир взрывается восторгом. Я выгибаюсь навстречу Делайлу с надрывным стоном, вцепившись в него, будто в спасательный круг. Дел двигается все быстрее, резче, рывками, и со стоном, переходящим в рык, вжимает меня в плед, прижимается теснее, извергаясь во мне. А потом снова его губы находят мои, и поцелуй погружает нас в пьянящую негу.
Дел отдышался, покинул мое тело и перекатился так, что я оказалась лежащей на нем. Накрыл нас свободным углом пледа, и мы, прижавшись друг к другу, остались лежать под звездным пологом ночи. Весна стремится к маю, и в это время ночью в Южной империи было все же свежо, но близость его горячего тела, земля, согретая жаром костра, и шерстяной плед, на котором мы лежали и которым укрывались, позволяли забыть о весенней прохладе. Мои пальцы скользят по гладкой коже его груди, обрисовывают ключицу. Делайл перехватил мою ладонь и поднес ее к губам. Такое нежное прикосновение горячих губ. Я прикрыла глаза от удовольствия, что лениво растекалось по телу от этой ласки.
– Мари, насчет свадьбы. Когда бы тебе хотелось устроить торжество – летом или осенью?
– Летом. После того, как получу диплом, – не задумываясь ответила я. – Надеюсь, что получу.
– Это что еще за пессимизм? – удивился мой жених и даже чуть отстранился, чтобы посмотреть на меня.
– Я боюсь, что не смогу восстановиться как следует до защиты диплома, – призналась я. – Ну сам посуди, я же слаба как смертная! Чуть что – сразу устаю и спать. Проснулась, поела, погуляла, почитала, снова поела и спать.
– Это и есть восстановление. Через сон. Твой организм для восстановления затрачивает собственные ресурсы, тратит на это энергию. Тебе действительно нужно сейчас больше отдыхать. И спать, если хочется. А ешь ты так же, как и обычно. Дай себе время. Не гони себя никуда и позволь себе расслабиться в кои-то веки. Ты, знаешь ли, это заслужила. Все ты сдашь, не беспокойся. И диплом получишь. С написанием работы я помогу, естественно. Все будет хорошо, Мари. Теперь точно все будет хорошо.
И я ему верила.
Глава 30. Время счастья
Июльский вечер раскинул свои объятия, принеся освежающий бриз со стороны моря. Шумный день, наполненный торжественной суматохой, незаметно подошел к самому главному и долгожданному нами действу, которое традиционно совершалось в час заката. Зеленая листва купалась в огненных красках утомленного солнца, и его чарующий, волшебный свет подбирался к крыше храма. Всего какие-то минуты, и он будет литься на нас сверху через прозрачный потолок, окутывать и согревать нутро. А пока… Брат Рейнар ведет меня под руку к алтарю, где меня с горящими глазами и взглядом, преисполненным восторга, ждет мой Делайл. Что я чувствую сейчас, глядя в его глаза через тонкую паутинку вуали фаты? Легкое радостное волнение и дикое хмельное счастье.
Отец Мавиар обвел ряды гостей торжествующим взглядом и посмотрел на нас с Делайлом. Я знала – вот сейчас он скажет традиционную речь, с которой начинается обряд Единения Судеб, и я слышала ее уже много раз, знала наизусть, но именно сегодня эти заветные слова прозвучат для меня и моего будущего мужа. Для нас.
– В этот священный час заката, когда Солнце Аш-Таар и Луна Ар-Лиинн встречаются на небосклоне по милости, дарованной им Демиургом за их любовь, мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями воссоединения двух родственных душ и рождения нового семейного союза. Семейное древо обретет новую ветвь. Так вознесем же молитвы Священному Союзу о благе денном и нощном этой новорожденной семьи!
Молитвы жреца и пение хора, сотни огоньков серебряных и золотых свечей, аромат цветов, пламя заката, льющееся в окна и сквозь крышу, родные лица и обожание в любимых глазах. Не раз за этот день я ловила себя на мысли, что окидываю взглядом обстановку и гостей. Потому что мне хотелось запомнить каждую деталь этого дня и этой ночи. Сохранить в своей памяти каждую мелочь, ведь даже эта мелочь для меня – самая важная. Медово-цитрусовое благоухание роз, громкий смех гостей и теплые слова, блеск обручальных колец, мягкий теплый свет фонариков в таверне, тепло мужниной ладони, пьянящая эйфория в крови.
Мое подвенечное платье Делайл назвал олицетворением нежности – кружевное, воздушное, цвета светлой слоновой кости с едва уловимым персиковым оттенком. Я получила платье мечты, фасон которого сложился в моем воображении еще несколько лет назад, когда я о замужестве и не думала. Маленький кружевной воротничок с вышитой розой по центру заменял ожерелье, сетчатая вставка в зоне декольте, с плеч и груди спускается кружевная длинная пелерина, длинная многослойная юбка из фатина, вышитая кружевными розами. А какие рукава! До локтя – облегающее кружево с плотным орнаментом, а выше – пышные фонарики из фатина. Узор сережек и тиары из золота и огненного опала повторяет кружевной узор на платье – плетистые розы. Дизайн разработал сам Делайл, а Эрик блестяще воплотил его красивую задумку. Обомлевший и восхищенный взгляд моего супруга в первые мгновения нашей встречи у храма мне хотелось снять на эмберотип!
Первая мастерица иглы Южной империи – леди Арилиш гордилась тем, что подвенечные платья всех дев Триумвирата сшиты ее умелыми руками. Эвиль обещала, что я буду ощущать себя в нем принцессой. Я и ощущала себя принцессой. Любимой принцессой.
Для свадьбы мы выбрали таверну, стоящую прямо на причале, и наш зал, по сути, и залом-то не был, а скорее огромной беседкой, стоящей на воде. Или палубой. Гирлянды из роз и трав обвивали деревянные колонны и свисали с потолка. Такие же гирлянды из светящихся сфер и оплетенные декоративными листьями служили освещением. От сильного ветра и возможной непогоды с моря защищали заклинания, но сегодня они бы и не потребовались – царил почти полный штиль, а в небе глубокого сине-кобальтового оттенка не было не единого облачка, и тонкий серп молодого месяца водил хороводы со звездами.