Tommy Glub – Кто чей сталкер? (страница 15)
— Ника? Ты чего так рано? Что-то случилось?
Голос хриплый, встревоженный. И я понимаю — она не спала. Ждала. Или проснулась от звука двери, но какая разница, если результат один: мама смотрит на меня, и мне нужно что-то сказать.
Ложь выскакивает сама.
— Не смогла уснуть у Лизы. Ну, знаешь, чужая кровать, духота... Вызвала такси и приехала.
Мама хмурится. Взгляд скользит по мне — сверху вниз, фиксируя детали. Останавливается на кофте.
— А это что за кофта? Это мужская кофта?
Сердце пропускает удар.
— Это... это кофта парня Лизы. На улице холодно, она одолжила. Верну завтра.
Слова звучат нормально. Почти. Мама смотрит еще секунду — долгую, изучающую — потом кивает.
— Ладно. Иди спать. Выглядишь уставшей.
Выгляжу уставшей. Еще бы.
Сейчас, утром, эта ложь кажется огромной. Неподъемной. Она лежит в груди свинцовым комком, давит на ребра.
Я соврала маме.
Раньше не врала. Не было нужды — моя жизнь была прозрачной, пустой, предсказуемой. Школа, потом универ, дом, интернет почасово. Никаких секретов, никаких ночных поездок, никаких чужих кофт на стуле.
А теперь… Сейчас вроде бы мало что изменилось…
Встаю, подхожу к стулу. Ткань под пальцами мягкая. Поднимаю кофту, подношу к лицу.
Все еще пахнет им.
Щеки горят. Отбрасываю кофту обратно — слишком резко, будто обожглась.
Нужно вернуть. Но как? Подойти в универе? «Привет, Арс, вот твоя кофта»? На глазах у всех? Чтобы половина курса видела, как серая мышь Ника отдает одежду самому Арсению Беляеву?
Нет. Исключено.
Подбросить в сумку? Еще хуже. Тайком, как сталкер…
Стоп.
Я и есть сталкер.
Голова начинает болеть по-настоящему. Сажусь на кровать, зарываюсь пальцами в волосы. Мысли путаются, цепляются друг за друга, не дают выстроить ничего связного.
Телефон.
Точно. Телефон.
Тяну руку к тумбочке, разблокирую экран. Привычка сильнее разума — пальцы сами открывают второй профиль, тот самый, с которого я месяцами следила за их жизнью. Нужно проверить, не выложили ли они что-то ночью. Фото. Сторис. Хоть что-то.
Но взгляд цепляется за другое.
Уведомление.
Время — 5:47 утра.
Сердце замирает.
Открываю.
Чат. Три участника. Арс создал группу через пятнадцать минут после того, как высадил меня у подъезда.
И там — сообщения…
Арс: я решил создать чат)
Артем: гениально) не спамь и не буди синичку.
Артем: но спасибо что дал прокатиться) и за эту ночь)
Арс: звучит двусмысленно, гений) сам попросил не будить синичку.
Артем: раз она не прочла, значит уже спит и утром будет сюрприз. Осталось тебе придумать кличку. Синичка и гений уже есть)
Арс: буду красавчиком)
Артем: да ну, кличка должна олицетворять тебя)
14 глава
Троллейбус дергается на повороте, и я хватаюсь за поручень.
За окном — серое утро. Не дождь, но и не солнце. Что-то промежуточное, невнятное, под стать моему настроению. Город просыпается нехотя: люди на остановках смотрят в телефоны, продавщица в ларьке широко зевает.
Обычный вторник. Только я — уже не совсем обычная.
Три дня.
Три дня с той ночи. Три дня переписки в чате с дурацким названием, которое придумал Арс. Три дня коротких сообщений, дурацких мемов, случайных голосовых посреди ночи…
Хриплыми голосами, вздохами между словами и смешками…
Надо уточнить, что… я и не смела мечтать о таком?
Телефон в кармане вибрирует. Рефлекторно сразу же достаю его.
Арс: кто-нибудь объяснит мне зачем существует первая пара
Артем: чтобы ты страдал
Арс: обоснованно
Улыбаюсь. Прячу телефон обратно, но улыбка никуда не девается. Приклеилась к лицу, не отодрать.
Женщина напротив смотрит с подозрением. Наверное, думает, что я сумасшедшая — стою, улыбаюсь в пустоту. И может, она права.
Выхожу за две остановки до универа. Привычка. Люблю пройтись, собраться с мыслями, надеть маску до того, как войду в здание.
Только маска в последние дни сидит криво.
Трудно быть невидимкой, когда внутри бабахают фейерверки.
— Ника!
Лиза машет от входа. Яркая, как всегда — рыжие волосы собраны в хаотичный пучок, на плече холщовая сумка с какими-то оптимистичными лозунгами.
— Ты чего светишься? — щурится, разглядывая меня. — Лотерею выиграла?
— Выспалась просто.