Терри Пратчетт – Маленький свободный народец (страница 43)

– Это мой сон, – сказала Тиффани спокойно, как только могла. – Это рыба-кит.

«Только во сне не было запахов, – добавила она про себя. – А тут отчётливо пахло солью, рыбой и тиной…»

– А что оно жракс? – спросил Туп Вулли.

– Ой, это я знаю! – сказала Тиффани. (Лодка всё прыгала по волнам.) – Киты совсем не опасны, они едят только очень-очень маленьких созданий…

– Гребайте как черти, ребя! – заорал Явор Заядло.

– А почём ты бум-бум, что оно тока мал-мелюзгу ест? – уточнил Туп Вулли. (Рыба-кит начала открывать пасть.)

– Я отдала целый огурец за урок по Жителям Морских Глубин, – объяснила Тиффани. (Их окатило солёной водой.) – У китов даже зубов нормальных нет!

Раздался скрип, и в лица им с ураганной силой дохнуло дурным запахом из рыбьего рта. Рта, полного огромных острых зубов.

– Нды? – сказал Туп Вулли. – Ты тока не обижукайся, но, кажись, этая зверюжина в другенной школе училась.

Потоком воды их отнесло от рыбы-кита, и Тиффани увидела всю исполинскую голову целиком. И чем-то, хотя она и не смогла бы объяснить, чем именно, рыба-кит походила на Королеву. Королева была где-то там, в этом чудовище.

Тиффани снова охватила злость.

– Это мой сон! – крикнула она, глядя в небо. – Я его сотни раз видела! Не смей в него лезть! И киты не едят людей! Это знает каждый, у кого есть хоть капля мозгов!

Хвост размером с пастбище поднялся и ударил по воде. Рыба-кит устремилась вперёд.

Явор Заядло отбросил жёлтую шляпу и вытащил меч:

– Лады, не вышло. Ну, чучундра мелкая, ща мы тебе устроим колики-болики!

– Ах-ха! Прорубнёмся наружу! – закричал Туп Вулли.

– Нет! – сказала Тиффани. – Продолжайте грести!

– Нак-мак-Фигли никогды не повертаются к врагу задом! – заорал Явор Заядло.

– А вы и не повернётесь, грести-то надо спиной вперёд!

Фигль, похоже, смирился.

– Ах-ха, об этом я не смекснул, – сказал он, снова усаживаясь на скамью.

– Гребите! – повторила Тиффани. – Мы уже почти у маяка!

Ворча, потому что, хоть смотрели они на врага, плыли-то они от него, пиксты налегли на вёсла.

– Какая, однако, балда здоровушша, – сказал Явор Заядло. – Эй, гоннагл, кыкс по-твоёму, громазда та балда или не?

– Весьма гррромаздая, Яворрр, я бы сказал, – отозвался Вильям, работавший в команде второго весла. – На самом деле, я даж рискну употррребить слово «огррромная».

«Рыба-кит почти настигла нас, – подумала Тиффани. – Должно получиться. Во сне всегда срабатывало. Теперь в любую минуту… в любую минуту…»

– А кыкс по-твоёму, – продолжал поддерживать непринуждённую беседу Явор, пока лодка подскакивала и переваливалась на волнах перед самым носом чудовища, – вблизях она до нас?

– Весьма хоррроший вопрррос, Яворрр, – сказал Вильям. – И если тебе интеррресно моё мнение, то оно таково: ах-ха, близко и даже весьма.

«В любую минуту, – думала Тиффани. – Конечно, мисс Тик говорит, что не стоит верить снам, но она имеет в виду не веру, а надежду.

В любую минуту… надеюсь. Он всегда появляется…»

– По пррравде говоря, сдаётся мне, она чрррезвычайно близко… – начал Вильям.

Тиффани нервно сглотнула, надеясь, что рыба-кит не сделает того же самого. От зубов до лодки уже оставалось всего футов тридцать.

И вдруг эти тридцать футов заполнила высокая деревянная стена, которая со звуком «шух-шух-шух» неслась мимо, размытая от скорости.

Тиффани смотрела вверх, разинув рот. Белоснежные паруса сияли на фоне штормового неба, дождь рушился с бортов водопадами. Она смотрела на мачты и канаты, на матросов, выстроившихся на реях, и кричала от восторга.

А потом корма корабля Весёлого Капитана скрылась за пеленой дождя, Тиффани только успела заметить у штурвала бородатого человека в жёлтом штормовом плаще и шляпе. Он обернулся, разок махнул рукой – и корабль растаял в туманной дали.

Тиффани с трудом поднялась на ноги в скачущей лодке и крикнула киту:

– Ты должен гнаться за ним! Так заведено! Ты гонишься за ним, он за тобой! Так сказала матушка Болен! А если ты за ним не погонишься, тогда ты больше не рыба-кит! Это мой сон! Мои правила! Я в этом сне подольше твоего!

– Больсая лыбка! – завопил Винворт.

И это было куда удивительнее кита. Тиффани уставилась на брата.

– Больсая лыбка! – повторил Винворт.

– Умничка, – радостно сказала Тиффани. – Да, большая рыбка. А знаешь, что самое интересное? Что кит на самом деле не рыба. Он млекопитающее, как корова!

«Ты серьёзно? – поинтересовался Задний Ум. Все пиксты тем временем уставились на неё, и лодка закружилась в потоке воды, как щепка. – Он впервые сказал что-то, никак не касающееся конфет и пи-пи-а-а, а ты не придумала ничего лучше, чем поправить его?»

Тиффани посмотрела на кита. Кит пребывал в затруднении. Но это был тот самый кит, которого она столько раз видела во сне с тех пор, как матушка Болен рассказала ей эту историю. А такую историю даже Королеве не перекроить по-своему.

Кит неохотно повернулся и нырнул, устремившись за Весёлым Капитаном.

– Больсая лыбка фсё! – сказал Винворт.

– Млекопитающее… – начала Тиффани, не успев прикусить язык.

Пиксты всё ещё на неё таращились.

– Просто хотела уточнить, – пробормотала она. – Люди часто путают китов с рыбами…

«Так ты вскоре станешь как мисс Тик, – подумала она Задним Умом. – Уверена, что ты этого хочешь?»

– Да, – сказал чей-то голос, и только потом Тиффани поняла, что он принадлежал ей. Она снова разозлилась, гнев вздымался в ней радостной волной. – Да! Я – это я. Я люблю точность и логику, а если чего-то не понимаю, смотрю в словаре! Я терпеть не могу, когда люди путают слова! Я умею делать хороший сыр. Я быстро читаю! И я всегда ношу с собой верёвочку! Вот что я за человек!

Она замолчала. Теперь даже Винворт таращился на неё.

– Больсая водная колова фсё, – робко предположил он.

– Правильно! Молодчина! – обрадовалась Тиффани. – Когда придём домой, можешь съесть конфету. Одну.

Тут она заметила, что Фигли по-прежнему с тревогой глядят на неё, сбившись плотнее.

Явор Заядло неуверенно поднял руку:

– Ничё, если мы дале погребём? Пока ры… пока му-кит не возвернулся?

Тиффани посмотрела вперёд. До острова с маяком было уже недалеко. От берега тянулся небольшой мол.

– Да, пожалуйста. И… спасибо, – добавила она, немного успокоившись.

Корабль и кит скрылись за стеной дождя, и море почти мирно билось о берег.

Дрём сидел на скале, вытянув перед собой бледные толстые ноги. Он смотрел на волны и, казалось, вовсе не обращал внимания на лодку.

«Он думает, что снова дома, – поняла Тиффани. – Ему нравится мой сон».

Пиксты высыпали на мол и привязали лодку.

– Лады, мы тута, – сказал Явор Заядло. – Таперя отчекрыжим твари балду – и сну кирдыкс.

– Нет! – крикнула Тиффани.

– Но…