Татьяна Лаас – Кровь в наших жилах (страница 86)

— Еще теперь за твоим серым хвостом следить придется.

Саша молчал, не вмешиваясь в перепалку. Так было проще отвлекаться от мысли, что он идиот и надо было рискнуть, как Алешка. Хоть воспоминания остались бы. О ней. О её сладких, пропахших земляникой губах, о её руках, которые зарывались в его волосы и перебирали прядки. О ней. О той, кого он так и не узнал до конца.

Илья тихо сказал:

— Земляникой пахнет.

— Ха! Я лишь гарь чую, — проворчал Иван.

Кирилл ему поддакнул:

— Глюки. Надышался чего-то.

Алексей шумно вдохнул, закашлялся и выругался:

— Да ну вас! Какая земляника… Зима!

Он не был тогда в охотничьем домике, когда Соколов просил Лизу не спешить на службу. Саша улыбнулся, чувствуя себя почти сумасшедшим:

— Земляникой действительно пахнет. А кому не пахнет — тому и не положено. Я Лизу три раза терял.

— Опаньки, с ума сошел? — Под ребра тяжело вошел Алешкин локоть. — Два раза было только…

Саша принялся загибать грязные, черные от пепла пальцы. Те, кстати, откровенно тряслись — не от усталости, а от страха, что он все неправильно понял и тихо сходит с ума:

— Вдовий мыс в сентябре. Он же в ноябре. И сейчас. Больше я её никогда не потеряю.

Миша подошел к нему и протянул руку:

— Вместе будем ждать.

Саша подтвердил, что услышал его слова, сцепляя ладони в рукопожатии. Иван тоже подтянулся и хлопнул своими пальцами поверх их:

— И я буду ждать и верить.

Даже Кирилл подошел, чуть хромая:

— И я.

Ладонь Ильи легла последней:

— Я обещал, что буду с ней рядом. Я дождусь.

Алешка положил свою ладонь сверху:

— А я что, рыжий?

Это была глупая, заезженная шутка, но и её хватило, чтобы рассмеяться.

Алексей задрал голову вверх и заорал в небеса:

— Дедушка леший!

Саша тихо сказал:

— Не мешай ему. Он сильно занят.

В это надо верить. В то, что он смог помочь там, где не справились они.

Год. Два. Три. Он будет ждать. В конце концов они все умирали и вернулись. Они живучи, как тараканы — так про них говорят.

Она вернется. Напитается сил и вернется. Даже если забудет про него — ерунда. Они же не помнили своей жизни до того, как их убили. Она просто обязана вернуться.

Он понимал — почему она не отказала берегине. Петя. Лиза знала, что иначе берегиня придет за мальчиком. Главное, чтобы Алексей этого не понял. Только судя по тому, как тот кривился и сжимал кулаки, загребая бессильно пепел, он понял, за кого отдала свою жизнь Лиза.

Он не понимал лишь одного…

Даже Иван не выдержал:

— Огонь не пил ни живой, ни мертвой воды — он пил Лизу. Полоз и Вода наглотались живой воды — им хватило мертвой для получения свободы.

Саша поправил его:

— Для собственного уничтожения — кто-то славно напел им песню про свободу вместо окончательного распада.

Алешка не сдержал смешка:

— Я даже знаю этого певуна — дедушка леший.

Саша лишь кивнул. Дашков старательно прислушивался и хмурился. Миша молчать не умел:

— Берегиня пила мою кровь — мой золотой сокол тому доказательство. Только почему тогда для свободы воздуху понадобилась и живая, и мертвая вода?

Иван добавил:

— Куда делась из берегини живая?

Дашков поморщился:

— Или кто её выпил?

Алексей ткнул пальцем в медленно оживающую землю:

— Или куда берегиня то и дело проливала свою кровь, чтобы сдержать погань.

Саша нашел в себе силы улыбнуться:

— Правильный вопрос. Куда делась живая кровь? Очень важный вопрос.

Он первым подал пример и встал, стряхивая с плеч страх — Лиза вернется сразу, как только сможет:

— Какие у кого планы на день?

Иван отчитался первым:

— Возьму Найденова и буду искать место второй такой погани.

Дашков не успел ответить — его опередил Миша:

— Мы вместе с Кириллом проведем ритуал принятия колдовского дара.

Саша внес свою лепту:

— Я занимаюсь Шульцем и Петей с Егоркой — надо им показать фотографии всех возможных подозреваемых.

— Эээ… — Алексей, который именно этим, кажется, и собирался заняться, чуть подвис, как дирижабль над стоянкой. — А я чем тогда займусь?

Саша ткнул в Мишу:

— Будешь страховать его серый хвост, чтобы его не подняли на вилы крестьяне.

— Опаньки…

Саша хлопнул его по плечу:

— Как там было? Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

То, что он первым делом будет искать земляничную поляну, он не сказал. Земляникой пахло так густо, что он мог её найти с закрытыми глазами. Он будет приходить на ту поляну день за днем. Неделю за неделей. Месяц за месяцем, но дождется Лизу.