Стиг Ларссон – Девушка с татуировкой дракона (страница 94)

Микаэль и Лисбет упаковали вещи. Перед отъездом Блумквист позвонил Дирку Фруде и заявил, что им с Лисбет придется на некоторое время уехать, но перед отъездом он непременно хотел бы повидаться с Хенриком.

Микаэлю хотелось бы знать, что Фруде рассказал Хенрику. У адвоката был такой измученный голос, что журналист даже начал за него беспокоиться. В конце концов Фруде объяснил, что сообщил Хенрику лишь о гибели Мартина в результате аварии.

Пока Микаэль парковался у больницы, снова прогремел гром и небо опять затянули мрачные дождевые облака. Он поспешно пересек стоянку как раз в тот момент, когда уже начинал накрапывать дождь.

Хенрик Вангер, одетый в халат, сидел в своей палате у окна. Болезнь, несомненно, отразилась на нем, но цвет его лица стал значительно лучше, и старик явно шел на поправку. Они пожали друг другу руки. Микаэль попросил сиделку оставить их на несколько минут.

– Давно тебя здесь не было, – сказал Хенрик.

Микаэль кивнул.

– И не случайно. Ваши родственники не хотят, чтобы я тут появлялся, но сегодня они все собрались у Изабеллы.

– Бедняга Мартин, – сказал Хенрик.

– Хенрик! Вы поручили мне докопаться до истины о том, что случилось с Харриет и куда она исчезла. Вы не боитесь, что правда может оказаться очень горькой?

Хенрик Вангер пристально посмотрел на него. Потом у него расширились зрачки:

– Мартин?

– Он – участник всей этой истории.

Хенрик закрыл глаза.

– А сейчас я хочу задать вам один вопрос.

– Какой?

– Вы по-прежнему хотите узнать, что произошло? Даже если правда причинит вам боль и окажется гораздо страшнее, чем вы предполагали?

Вангер посмотрел на Микаэля пытливым взглядом, а потом кивнул:

– Да, я хочу знать. Иначе ради чего я тебя нанимал?

– Хорошо. Мне кажется, я знаю, что произошло с Харриет. Однако мне не хватает последнего кусочка пазла.

– Будь добр, расскажи.

– Нет. Не сегодня. Я хочу, чтобы вы еще немного окрепли. Доктор говорит, что кризис позади и что вы идете на поправку.

– Но послушай, Микаэль, я ведь не ребенок.

– К тому же я еще не знаю всего. Пока у меня есть только версия. Я уезжаю, чтобы найти ей подтверждение или опровержение. Когда я появлюсь в следующий раз, я расскажу вам всю историю целиком. На это мне может понадобиться некоторое время. Но будьте уверены: я вернусь, и вы обязательно узнаете всю правду.

Лисбет запарковала мотоцикл с теневой стороны дома и накрыла его брезентом, а сама села с Микаэлем в одолженную им машину.

Снова грянула гроза, и к югу от Евле[96] на них обрушился такой ливень, что Микаэль почти не различал дороги. Он предпочел не рисковать и свернул к бензоколонке. Дожидаясь ослабления ливня, они выпили кофе и прибыли в Стокгольм только к семи вечера. Микаэль сообщил Лисбет код входной двери своего дома и высадил ее возле Центрального вокзала.

Когда он вошел в квартиру, она показалась ему чужой.

Пока Лисбет ездила по делам к Чуме в Сундбюберг, Микаэль прошелся по квартире с пылесосом и тряпкой.

Саландер вернулась к Микаэлю ближе к полуночи и в течение десяти минут осматривала его квартиру, заглядывая во все уголки и закоулки. Довольно долго она стояла у окна и любовалась видом на Шлюз.

Спальный отсек был отделен от квартиры широкими шкафами и книжными стеллажами из магазина «ИКЕА». Лисбет с Микаэлем разделись и несколько часов поспали.

На следующий день, около двенадцати часов, они приземлились в Лондоне, в аэропорту Гатвик. Лондон встретил их дождем. Микаэль заказал номер в отеле «Джеймс» возле Гайд-парка. Это был просто роскошный вариант, если сравнивать с отелем «Бейсуотер», где он обычно останавливался во время своих прежних визитов в Лондон. Все их расходы оплачивал Дирк Фруде со своего текущего расходного счета.

В пять часов дня, когда они стояли в баре, к ним подошел мужчина лет тридцати. Он был почти лысый, со светлой бородой, в мешковатом пиджаке, джинсах и мокасинах.

– Оса? – спросил он.

– Троица? – ответила она.

Они кивнули друг другу. Как зовут Микаэля, незнакомец не спрашивал.

Напарник Троицы представился как Боб Дог. Он ждал их за углом в старом автофургоне «Фольксваген». Они залезли через раздвижные дверцы и уселись на привинченные к стенкам откидные сиденья. Пока Боб пытался преодолеть лондонские пробки, Оса с Троицей обсуждали свои планы.

– Чума сказал, речь идет о crash-bang job[97].

– Надо взломать один комп, чтобы перехватить почту и прослушать телефон. Все может получиться сразу, а может, и займет пару дней, в зависимости от конкретных обстоятельств. То есть от него, – Лисбет показала в сторону Микаэля. – Справитесь?

– А ты сомневаешься? – вопросом на вопрос ответил Троица.

Анита Вангер жила в маленьком таунхаусе в уютном пригороде Сент-Олбанс, примерно в часе езды к северу от столицы. Из автофургона они зафиксировали, что она пришла домой около семи часов вечера и открыла дверь. Они дождались, пока она примет душ, поест и сядет перед телевизором. После этого Микаэль позвонил в дверь.

Женщина, открывшая дверь, оказалась почти точной копией Сесилии Вангер. Лицо ее выражало вежливое недоумение.

– Здравствуйте, Анита. Меня зовут Микаэль Блумквист. Хенрик Вангер просил меня передать вам привет. Полагаю, вы уже слышали новости о Мартине.

Удивление на лице женщины сменилось настороженностью. Услышав имя гостя, она сразу поняла, кто такой Микаэль Блумквист. Конечно, Анита общалась с Сесилией Вангер, которая, вероятно, не скрывала своего негативного отношения к Микаэлю. Однако имя Хенрика, упомянутое им, вынудило ее впустить гостя. Она пригласила Микаэля в гостиную и предложила сесть. Журналист огляделся. Дом Аниты Вангер был обставлен со вкусом, хозяйка явно располагала средствами и имела достойную работу, и при этом вела размеренный образ жизни. Микаэль отметил, что над камином, переделанным в газовый обогреватель, висит гравюра Андерса Цорна с автографом.

– Извините, что я ворвался к вам так неожиданно, но я оказался в Лондоне и пытался днем до вас дозвониться.

– Ясно. О чем, собственно, речь?

Судя по голосу, Анита приготовилась обороняться.

– Вы собираетесь ехать на похороны?

– Нет, мы с Мартином никогда не были близки. К тому же я не могу сейчас никуда отлучиться.

Микаэль кивнул. Анита Вангер старалась по возможности держаться подальше от Хедестада на протяжении тридцати лет. С тех пор как ее отец переехал обратно в Хедебю, она там практически не показывалась.

– Я хочу знать, что произошло с Харриет Вангер. Настало время правды.

– С Харриет? Не понимаю, что вы имеете в виду.

Микаэль усмехнулся. А она неплохая актриса.

– Из всей семьи вы были ближайшей подругой Харриет. Именно вам она рассказывала обо всем, что ей пришлось пережить.

– Вы говорите как помешанный, – сказала Анита Вангер.

– Вполне возможно, вы правы, – ничуть не смущаясь, ответил Микаэль. – Анита, вы были в комнате Харриет в тот день. У меня есть доказательство – фотография, на которой вас можно разглядеть. Через несколько дней я доложу об этом Хенрику, и тогда он будет вынужден разбираться с этим сам. Почему бы вам не рассказать мне, что произошло?

Анита Вангер встала.

– Немедленно покиньте мой дом.

Микаэль тоже поднялся.

– Хорошо, но рано или поздно вам придется со мной поговорить.

– Мне не о чем с вами разговаривать.

– Мартин погиб, – многозначительно сказал Микаэль. – Вы никогда его не любили. Я думаю, что вы переехали в Лондон, чтобы избежать встреч не только с отцом, но и с Мартином. Это значит, что вы тоже были в курсе, а рассказать вам могла только Харриет. Вопрос лишь в том, как вы распорядились своими знаниями.

Анита Вангер демонстративно хлопнула дверью перед его носом.

Снимая с Блумквиста микрофон, который находился у него под рубашкой, Лисбет Саландер улыбнулась:

– Она подняла телефонную трубку через тридцать секунд после того, как закрыла за тобой дверь.

– Код страны – Австралия, – доложил Троица, опуская наушники на маленький рабочий столик в автофургоне. – Посмотрим, что за район… – Он затарахтел клавишами лэптопа. – Так… Она звонила на номер в городе Теннант-Крик[98], к северу от Алис-Спрингс[99], в Северной территории. Хотите послушать разговор?

Микаэль кивнул и спросил: