Стиг Ларссон – Девушка, которая взрывала воздушные замки (страница 109)
– Вот как?
– Оно похоже на криптограмму.
– И что именно?
– Она говорит, что «Пасквилянтом» является Петер Фредрикссон.
Эрика Бергер буквально остолбенела и десять секунд просидела молча.
– Что-нибудь еще?
– Нет. Только это. Ты понимаешь, о чем речь?
– Да.
– Рикки, что там у вас за заговор с Лисбет? Она звонила тебе, чтобы я проследил за Телеборьяном и…
– Спасибо, Микке. Я перезвоню тебе попозже.
Она выключила мобильный телефон и посмотрела на Сусанн Линдер совершенно безумным взглядом.
– Рассказывай, – сказала та.
Сусанн Линдер раздирали противоречивые чувства. Эрика Бергер внезапно получила известие о том, что ее ответственный секретарь Петер Фредрикссон и есть «Пасквилянт». Эрика была так взволнована и выведена из равновесия, что никак не могла остановиться. Наконец Сусанн Линдер спросила, каким образом она узнала, что маньяк, который ее преследует, – Фредрикссон.
Эрика Бергер сразу замолчала, взгляд у нее стал растерянный.
– Я не могу рассказать…
– Что ты имеешь в виду?
– Сусанн, я знаю, что «Пасквилянт» – Фредрикссон. Но не спрашивай меня, откуда я получила эту информацию. Что мне делать?
– Чтобы я смогла тебе помочь, ты должна мне все рассказать.
– Я… я не могу. Ты не понимаешь.
Эрика Бергер поднялась и подошла к окну, встав спиной к Сусанн Линдер. Наконец она снова обернулась.
– Я поеду домой к этому черту.
– Нет, ни в коем случае. Тебе никуда нельзя ехать, особенно домой к типу, которого мы подозреваем в том, что он тебя ненавидит.
Эрика Бергер выглядела растерянной.
– Сядь, пожалуйста. Расскажи, что произошло. Тебе звонил Микаэль Блумквист?
Эрика кивнула.
– Я… днем попросила одного хакера проверить домашние компьютеры моих сотрудников.
– И ты сама совершила преступление – вторглась в чужое информационное пространство. И теперь не хочешь поделиться, кто же этот хакер.
– Я пообещала не рассказывать… Речь идет о других людях. Микаэль готовит материал о них.
– А Блумквист знает о «Пасквилянте»?
– Нет, он только передал информацию.
Сусанн Линдер склонила голову набок и пристально посмотрела на Эрику Бергер. Вдруг в нее в голове возникла ассоциативная цепочка.
То, что Лисбет Саландер – компьютерный ас, в «Милтон секьюрити» знали все. Никто не знал, откуда у нее такие навыки, и Сусанн никогда не слышала о том, что Саландер является хакером. Но Драган Арманский как-то признался, что, собирая персональные досье, она подавала совершенно исчерпывающие отчеты. Хакер…
Это непостижимо.
– Мы говорим о Лисбет Саландер? – спросила Сусанн Линдер.
Эрику Бергер словно поразило молнией.
– Я не имею права обсуждать, откуда ко мне поступила информация. Ни единым словом.
Сусанн фыркнула.
Выходит, что, находясь в заключении, Лисбет Саландер выяснила, кто является «Пасквилянтом». Но это просто нереально…
Сусанн Линдер погрузилась в размышления.
Она не имела ни малейшего представления о том, насколько история Лисбет Саландер соответствует реальности. Они встречались максимум раз пять за то время, когда Саландер работала в «Милтон секьюрити», и если обменивались парой фраз, то только в связи с работой. Саландер казалась ей угрюмой и необщительной девицей; она так прочно пряталась в свою скорлупу, что до нее невозможно было бы достучаться. Сусанн также отметила, что Драган Арманский взял Лисбет Саландер под свое крыло. А поскольку Линдер уважала Арманского, то она предполагала, что у него есть веские причины для такого отношения к этой мрачной барышне.
А что если она ошибается? Есть ли у нее доказательства?
Потом Сусанн Линдер на протяжении буквально двух часов допрашивала Эрику, что ей известно о Петере Фредрикссоне, какова его роль в «СМП» и какие у них сложились отношения, когда ее назначили главным редактором. Но ответы Бергер фактически ничуть не прояснили для нее ситуацию.
А Эрика растерялась и не представляла, что ей теперь делать. Ей очень хотелось поехать домой к Фредрикссону и напрямую спросить, что все это значит. Но она понимала, что очень многим рискует, в случае если предпримет подобный шаг. В конце концов Сусанн убедила ее не спешить с обвинениями в адрес Петера Фредрикссона. Ведь если он невиновен, то Эрика будет выглядеть полной идиоткой.
Линдер пообещала ей, что сама во всем разберется. Хотя она даже не представляла, с чего следует начать. И уже пожалела о своем опрометчивом обещании.
Она припарковала свой видавший виды «фиат страда» поближе к дому Петера Фредрикссона в районе Фисксэтра, заперла машину и огляделась. Более или менее четкого плана действий у нее не было, но она считала, что проникнет к нему и каким-то образом заставит его ответить на ряд вопросов. При этом Сусанн понимала, что подобная линия поведения никак не предусмотрена ее должностными инструкциями в «Милтон секьюрити» и что Драган Арманский просто взбесится, если до его ушей дойдет, чем она занимается.
Ее план, конечно, не выдерживал никакой критики. И, к счастью, претворить его в жизнь ей не удалось.
Не успела она зайти во двор и приблизиться к подъезду, как дверь распахнулась и оттуда вышел именно он, Петер Фредрикссон собственной персоной. Сусанн Линдер тотчас узнала его по фотографии с персонального сайта, который изучала в компьютере Эрики Бергер. Они шли навстречу друг другу и вскоре разминулись. Петер Фредрикссон скрылся в подземном гараже. Сусанн Линдер остановилась и посмотрела ему вслед.
Бросив взгляд на часы, она отметила, что уже около одиннадцати вечера. Интересно, что Петер Фредрикссон куда-то собирается именно на ночь глядя. Она побежала обратно к машине.
После разговора с Эрикой Бергер Микаэль Блумквист еще долго сидел, глядя на мобильный телефон.
Интересно, что же на самом деле происходит? Он растерянно посмотрел на компьютер Лисбет Саландер. К этому времени ее, вероятно уже перевезли в Гётеборгскую тюрьму и связаться с ней пока вряд ли удастся…
Он открыл синий Т10 и позвонил Идрису Хиди в Ангеред.
– Привет! Это Микаэль Блумквист.
– Привет! – отозвался тот.
– Я звоню с тем, чтобы сообщить: вы можете прекратить выполнять мое поручение.
Идрис Хиди уже знал, что Блумквист ему позвонит, поскольку Лисбет Саландер перевезли в следственный изолятор.
– Понятно, – сказал он.
– Мобильный телефон можете оставить себе, как мы и договаривались. Оставшиеся деньги я пришлю вам на этой неделе.
– Спасибо.