Стиг Ларссон – Девушка, которая взрывала воздушные замки (страница 106)
– Привет. Я пойду поставлю кофе…
– Нет. Лучше я. Есть что-нибудь новенькое?
– Нет. Ничего нового, – сказала Эрика. – Но я бы хотела, чтобы ты помогла мне кое-что проверить.
– О’кей.
– А что если это не маньяк, а кто-то из моего окружения, желающий свести со мной счеты?
– А в чем разница?
– Маньяк – это неизвестная мне личность, тип, который просто зациклился на мне. Во втором случае мы имеем дело со знакомым, который хочет мне отомстить или испортить мне жизнь по каким-то личным мотивам.
– Интересная идея… Как она возникла?
– Я… обсуждала сегодня эту ситуацию с одним человеком. Назвать ее я не могу, но он предполагает, что угрозы от настоящего маньяка выглядели бы иначе. Прежде всего маньяк не стал бы писать письма Эве Карлссон. Этот поступок совершенно не вписывается в типичную картину.
Сусанн Линдер медленно кивнула:
– В этом что-то есть… Знаешь, я ведь так и не читала писем, о которых ты говоришь. Можно мне на них взглянуть?
Эрика принесла лэптоп на кухонный стол и включила его.
Около десяти часов вечера Моника Фигуэрола и Микаэль Блумквист вышли из полицейского управления и остановились на том же месте в парке Крунубергспаркен, что и накануне.
– Опять мы оказались здесь… Ты собираешься исчезнуть, чтобы работать, или хочешь пойти ко мне домой и заняться сексом?
– Ну…
– Микаэль, я не хочу тебя неволить. Если тебе надо работать, ступай.
– Послушай, Фигуэрола, я уже начинаю от тебя зависеть.
– Но ты, конечно же, не желаешь ни от кого зависеть. Ты это имеешь в виду?
– Нет. Не совсем так. Но сегодня ночью я должен кое с кем поговорить, и это займет некоторое время. Ты заснешь раньше, чем я освобожусь.
Она кивнула.
– Пока.
Микаэль поцеловал ее в щеку и направился к автобусной остановке на Фридхемсплан.
– Блумквист, – окликнула она.
– Что?
– Завтра утром я тоже свободна. Если успеешь, приходи, позавтракаем вместе.
Глава 21
Составляя досье на шефа информационного отдела Андерса Хольма, Лисбет Саландер испытывала сложные чувства. Ему было пятьдесят восемь лет, и, следовательно, он не входил в намеченную ею группу, но Лисбет все-таки включила его, поскольку он и Эрика Бергер откровенно недолюбливали друг друга. Хольм держался как откровенный интриган и рассылал разным адресатам электронные письма с сообщениями о том, что кто-то не справился со своей работой.
Лисбет сразу отметила, что Хольму не нравится Эрика Бергер и что значительное место в его письмах занимают пассажи о том, что заявила или натворила
Лисбет сохранила его в списке кандидатов на роль «Пасквилянта», хотя и изначально считала его аутсайдером. Хольм слишком амбициозен и высокомерен, такой не станет ходить окольными путями и сочинять анонимные письма. Если бы он вздумал назвать Эрику Бергер шлюхой, то сделал бы это открыто. К тому же, он не стал бы утруждать себя и ночью залезать в чужой дом. Слишком не похоже на него.
Около десяти Лисбет решила сделать паузу и зашла на «Stolliga_Bordet», но Микаэль Блумквист пока не откликнулся. Она немного расстроилась – ее интересовало, чем он занимается и успел ли на встречу Телеборьяна с Юнасом.
Потом Лисбет вернулась к серверу «СМП».
Следующим в списке значился двадцатидевятилетний секретарь спортивной редакции Клас Лундин. Открыв его электронную почту, она затаила дыхание и прикусила нижнюю губу, потом закрыла ящик Лундина и начала изучать электронную почту Эрики Бергер.
Она прокрутила сообщения, возвращаясь от последних к более ранним. Их было не так уж и много, поскольку адрес Эрики в газете существовал только со 2 мая. Самую первую утреннюю служебную записку она получила от ответственного секретаря редакции Петера Фредрикссона. А потом в первый день ее работы многие прислали пожелания успешной работы в «СМП».
Лисбет принялась тщательно изучать каждое письмо, полученное Эрикой Бергер. Судя по переписке с шефом информационного отдела Андерсом Хольмом, между ними с первого же дня возникли трения. Они, похоже, расходились во мнениях по каждому вопросу, и Лисбет заметила, что Хольм осложнял Эрике жизнь, посылая ей по два-три сообщения даже по самым пустяковым поводам.
Она перескакивала через рекламу, спам и новостные рассылки. Ее интересовала только личная корреспонденция. Она читала внутренние бюджетные калькуляции, аналитические выкладки по рекламе и маркетингу и недельную переписку с главным финансистом газеты Кристером Сельбергом, которая, как ей показалось, была чревата серьезным конфликтом по поводу сокращений. Эрика Бергер получала возмущенные письма от заведующего юридической редакцией – по поводу практиканта по имени Юханнес Фриск, которого она заставила работать над каким-то материалом, вроде бы не слишком важным. После первых сообщений с формальными приветствиями и поздравлениями в связи с новым назначением казалось, что никто на уровне боссов не видел ничего позитивного ни в одном аргументе или предложении Эрики.
Через некоторое время Лисбет прокрутила почту обратно и занялась предварительными статистическими подсчетами. Она пришла к выводу, что среди всех боссов «СМП» только четверо не пытались подорвать позиции Эрики Бергер. Это были председатель правления Боргшё, ответственный секретарь редакции Петер Фредрикссон, отвечавший за титульную полосу Гуннар Магнуссон и шеф отдела культуры Себастиан Страндлунд.
Меньше всего Эрика Бергер контактировала с шефом отдела культуры: за все время работы в «СМП» она обменялась с Себастианом Страндлундом только двумя мейлами. Самые любезные и куртуазные мейлы присылал редактор титульной страницы Магнуссон. Боргшё был сдержан и краток. Все остальные боссы считали своим долгом нанести Эрике как можно больше ударов в спину.
Теснее всего, похоже, ей приходилось сотрудничать с ответственным секретарем редакции Петером Фредрикссоном. Она непременно приглашала его в качестве соучастника на все летучки и совещания. Тот готовил служебную переписку и информировал Эрику о разных материалах и проблемах – то есть фактически выполнял роль ее помощника и первого заместителя – и ежедневно обменивался с Эрикой десятком писем.
Лисбет отобрала все сообщения от Петера Фредрикссона к Эрике и стала читать их – одно за другим. В некоторых случаях он излагал свои возражения по поводу решений, принятых Эрикой, и пытался делать это объективно. Бергер ему, похоже, доверяла, поскольку нередко меняла решения, соглашаясь с его аргументами. Он никогда не проявлял враждебности. И в то же время тщательно скрывал, как он лично относится к Эрике.
Лисбет закрыла почтовый ящик Бергер и призадумалась.
А потом зашла на почтовый сервер Петера Фредрикссона.
Чума весь вечер без особого успеха возился с домашними компьютерами разных сотрудников «СМП». Ему удалось получить доступ к компьютеру шефа информационного отдела Андерса Хольма, поскольку у него имелась открытая линия связи с рабочим компьютером, чтобы зайти в любое время суток, если потребуется вмешательство. Персональный компьютер Хольма оказался одним из скучнейших, какие Чуме доводилось взламывать. С остальными семнадцатью сотрудниками из полученного от Лисбет Саландер списка он потерпел неудачу: никто из тех, к кому он пытался ворваться, в субботу вечером в интерактивном режиме не работал. Чума уже почти отчаялся, решив, что Лисбет Саландер поручила ему неразрешимую задачу, когда в половине одиннадцатого она вышла с ним на связь.
«Что?»
«Петер Фредрикссон».
«О’кей».
«Наплюй на остальных. Сконцентрируйся на нем».
«Но почему?»
«Интуиция».
«На это потребуется время».
«Есть короткий путь. Фредрикссон у них ответственный секретарь и работает с программой “Интегрейтор”, чтобы иметь возможность из дома контролировать все, что происходит в его компьютере в “СМП”».
«Я ничего об этой программе не знаю».
«Маленькая программулька, появившаяся пару лет назад. Сейчас уже не актуальна. “Интегрейтор” имеет ошибочку. Есть в архиве Республики хакеров. Теоретически можно загрузить программу и зайти в его домашний компьютер с работы».
Чума вздохнул. Девица, бывшая когда-то его ученицей, теперь обскакала его.
«О’кей. Попробую».
«Когда что-нибудь найдешь, передай Калле Блумквисту, если у меня уже не будет доступа».
Около полуночи Микаэль Блумквист вернулся в квартиру Лисбет Саландер на Мусебакке. Он страшно устал, и сначала принял душ и включил кофеварку. Потом открыл компьютер Лисбет Саландер и кликнул на ее ICQ.
«Ну наконец-то».
«Сорри».
«Куда ты пропал в последние дни?»
«Занимался сексом с тайным агентом. И охотился за Юнасом».
«Ты успел на встречу?»