Стиг Ларссон – Девушка, которая играла с огнем (страница 96)

У Мириам Ву ломило в затылке и жгло лицо от ссадин, но она поборола приступ паники и страха от своей беспомощности. Больше ее не били. Ей удалось сесть, прислонившись спиной к сиденью водителя. Руки, заломленные за спину, были в наручниках, рот заклеен липкой лентой. Одну из ноздрей забила засохшая кровь, и ей было трудно дышать.

Она окинула взглядом верзилу-блондина. Заклеив ей рот, тот не произнес ни слова и полностью игнорировал ее. От ее удара ногой на его лице остался след. Таким ударом можно отправить в нокаут любого, а этот едва обратил внимание. В этом было что-то противоестественное.

Это был крупный мужчина мощного телосложения. Мускулы у него свидетельствовали о многих часах систематических занятий в спортивном зале, но они казались естественными, а не накачанными, как у культуристов. Ладони у него были размером со сковородку – неудивительно, что его пощечина чувствовалась как удар кувалдой.

Фургон подпрыгивал на неровной дороге.

Мириам не представляла себе, куда ее везут. Ей казалось, что они долго ехали по шоссе Е4 в южном направлении, а потом свернули на проселочные дороги.

Мириам поняла, что даже имей она свободные руки, ее противодействие верзиле обречено на неудачу. Она ощущали себя полностью беспомощной.

Малин Эрикссон позвонила Микаэлю Блумквисту в начале двенадцатого, едва тот зашел в квартиру, поставил кофеварку и начал делать бутерброды.

– Извини, что поздно звоню. Я пытаюсь дозвониться тебе на мобильник уже несколько часов, но ты не отвечаешь.

– Прошу прощения, но я его отключил, пока разговаривал с несколькими клиентами проституток.

– Я нашла кое-что интересное, – начала Малин.

– Рассказывай.

– О Бьюрмане. Мы ведь договорились, что я покопаюсь в его прошлом.

– Ну.

– Он пятидесятого года рождения, начал учиться на юридическом в семидесятом году. Защитил диплом в семьдесят шестом году, начал работать в адвокатском бюро «Кланг и Рейне» в семьдесят восьмом и открыл свое собственное в восемьдесят девятом.

– Дальше.

– Всего несколько недель в семьдесят шестом он исполнял обязанности нотариуса в гражданском суде, а сразу после защиты диплома в том же году проработал два года, с семьдесят шестого по семьдесят восьмой, юристом в Главном полицейском управлении.

– Вот оно что.

– Мне удалось выяснить, какие у него были обязанности. Не так-то просто это было сделать. Он занимался делопроизводством юридических дел Службы безопасности Главного полицейского управления, относящихся к иностранцам.

– Да что ты говоришь!

– Другими словами, он, вероятно, работал там одновременно с Бьёрком.

– Проклятый Бьёрк… А ведь ни слова не сказал, что работал вместе с Бьюрманом.

Фургон наверняка где-то поблизости. Паоло Роберто держался от него подальше и потому терял его из виду время от времени. Последний раз он выхватил его из темноты всего за несколько минут до того, как понял, что упустил его. Паоло дал задний ход, заехав на обочину, и развернулся обратно, на север. Он ехал медленно, вглядываясь в ответвления с дороги.

Буквально в ста пятидесяти метрах он вдруг увидел просвет в сплошной стене леса. Это была небольшая лесная дорога, уходящая с противоположной стороны шоссе. Паоло Роберто свернул и проехал по ней метров десять, пока не остановился. Не став даже запирать дверцу, пересек дорогу и перепрыгнул через канаву. Как бы ему сейчас пригодился фонарик! Он продирался сквозь деревья.

Оказалось, что вдоль дороги шла лишь узкая полоса леса, и он быстро вышел на усыпанную мелким гравием площадку. Различил несколько низких темных построек и пошел в их сторону. Внезапно зажглась лампа над воротами для грузовиков в одном из зданий.

Паоло присел на корточки и замер. Секундой позже свет зажегся где-то в глубине здания. Оно напоминало длинное складское помещение с рядом узких, высоко расположенных вдоль фасада окошек. Во дворе громоздилась масса контейнеров, справа виднелся желтый самосвал, а рядом – белый «Вольво». Свет наружной лампы выхватил из темноты очертания фургона, припаркованного метрах в двадцати пяти впереди.

В грузовых воротах, перед которыми он оказался, открылась входная дверь для персонала; из нее вышел блондин с пивным животом, на ходу зажигая сигарету. Вот он повернул голову, и в свете дверного проема Паоло увидел его прическу «конский хвост».

Упираясь одним коленом в землю, Паоло полностью замер. Он был на расстоянии двадцати метров от мужчины, полностью на виду, но огонь от зажигалки лишил того возможности видеть в темноте. Тут оба – и Паоло, и мужчина с «конским хвостом» – услышали звук приглушенных голосов из фургона. Когда «конский хвост» направился к фургону, Паоло медленно лег пластом на землю.

Он услышал шум отодвигаемой двери в фургоне и увидел, как верзила-блондин выпрыгнул наружу, затем нагнулся и вытащил из машины Мириам Ву. Он подхватил ее под мышки и непринужденно удерживал, хотя она брыкалась. Мужчины обменялись парой слов, но Паоло их не слышал. Затем «конский хвост» открыл дверь водителя, сел в кабину, завел мотор и описал короткую дугу во дворе. Свет фар скользнул лучом всего в нескольких метрах от того места, где лежал Паоло. Вскоре фургон исчез на лесной дороге; Паоло слышал лишь затихающий звук мотора.

Верзила занес Мириам Ву на склад. Вскоре Паоло увидел тень, мелькнувшую в окнах наверху и двигавшуюся в глубь здания.

Он осторожно поднялся, одежда его была влажной. Он испытывал смешанные чувства облегчения и тревоги. Облегчения от того, что Мириам Ву была теперь поблизости; и в то же время его переполняла тревога – ведь верзила с такой легкостью подхватил ее, будто нес сумку с продуктами из супермаркета. Это не могло не вызывать и какого-то уважения. Этот человек был огромного роста и непомерной силы.

Здравый смысл подсказывал Паоло Роберто, что не стоит соваться самому, а лучше вызвать полицию, но его мобильник сдох. К тому же у него было очень смутное представление о том, где он сейчас находится, и Паоло не был уверен, что смог бы дать описание пути сюда. Он также понятия не имел, что происходит с Мириам Ву внутри склада.

Медленно обойдя здание, Паоло Роберто удостоверился, что вход в здание только один. Через пару минут он снова стоял перед воротами, принимая решение. Паоло не сомневался, что верзила-блондин – настоящий бандюга. Он избил Мириам Ву и похитил ее. Но Паоло это не слишком испугало: он верил в свои силы и знал, что может как следует врезать кому угодно, если придется драться. Проблема только в том, что неизвестно, вооружен ли громила и есть ли в здании кто-нибудь еще. В последнем Паоло Роберто сомневался. Видимо, там только Мириам Ву и верзила.

Ворота были такие большие, что в них без труда мог въехать самосвал, но была там и обычная дверь для персонала. Открыв ее, Паоло попал в большое складское помещение. Горел свет, и он увидел массу валявшегося старья, старых коробок и просто хлама.

Слезы текли по щекам Мириам Ву. Она плакала не столько от боли, сколько от беспомощности. В дороге верзила полностью ее игнорировал, а когда фургон остановился, содрал с ее рта липкую ленту, подхватил под мышки и без всякого труда отнес в помещение. Там он сбросил ее на цементный пол, не обращая ни малейшего внимания ни на мольбы, ни протесты. Взгляд, которым он ее смерил, был холоден и безжалостен.

До Мириам Ву вдруг дошло, что на этом складе ее ожидает смерть.

Повернувшись к ней спиной, блондин подошел к столу, открыл бутылку минеральной воды и начал пить большими глотками. Он не связывал ей ног, и она стала понемногу подниматься с пола.

Верзила обернулся и усмехнулся. К двери он был ближе, чем она, так что шансов выскочить он ей не оставил. Мириам обреченно опустилась на колени, но тут же ее взяло зло на саму себя. «Без боя ни за что не сдамся. Только подойди, чертова скотина», – думала она, снова поднимаясь на ноги и стискивая зубы.

Руки у нее по-прежнему были связаны за спиной, и Мириам чувствовала себя неуклюжей и нетвердо стоящей на ногах. Когда он подошел к ней, она развернулась, наметила уязвимое место и нанесла ему молниеносный удар под ребра. Потом, сделав полный оборот, снова ударила, на этот раз метя в пах, но попала в бедро. Тогда, отскочив назад на метр, она поменяла ногу, готовясь к следующему удару. Со связанными руками Мириам не хватало замаха для удара в лицо, но ей удалось нанести ему сильный удар в грудь.

Вытянутой рукой верзила схватил ее за плечо и как следует крутанул, но с такой легкостью, будто она была сделана из бумаги. Всего один раз он ударил ее кулаком – несильно, по почкам. Тем не менее Мириам Ву издала безумный крик, когда парализующая боль дошла до самой диафрагмы. Она вновь свалилась на колени. Блондин залепил ей пощечину, и она рухнула на пол. Подняв ногу, он пнул ее в бок. У нее прервалось дыхание, и она почувствовала, что ребро сломано.

Избиения Паоло Роберто не видел, но услышал, как Мириам Ву вопит от боли. Это был душераздирающий крик, сменившийся полной тишиной. Он повернул голову в ту сторону и стиснул зубы. За стеной была еще одна комната. Паоло бесшумно подошел и, соблюдая осторожность, заглянул в дверной проем. Он увидел, как громила перевернул Мириам Ву на спину и исчез из поля зрения на несколько секунд. Вернулся он с бензопилой, которую поставил на пол рядом с девушкой. Паоло Роберто поднял брови.