Стиг Ларссон – Девушка, которая играла с огнем (страница 105)

В этот момент Бублански был в «Милтон секьюрити». У него был важный разговор с директором Драганом Арманским и двумя сотрудниками: Фрэклундом и Боманом. Никлас Эрикссон отсутствовал.

Реакцией Бублански на звонок был приказ Курту Свенссону срочно отправиться на дачу к Бьюрману, прихватив Ханса Фасте, если того удастся найти. Секунду подумав, Бублански позвонил также Еркеру Хольмбергу. Тот был по-прежнему возле Нюкварна и, следовательно, существенно ближе к месту нового происшествия. У Хольмберга были дополнительные новости.

– Я как раз собирался вам звонить. Мы опознали зарытый труп.

– Не может быть. Так быстро?

– Очень даже может, если покойник сохранил при себе бумажник и пластиковую карточку, удостоверяющую личность.

– И кто же это?

– Личность известная – Кеннет Густафссон, сорока четырех лет, из Эскильстуны. Также известен как Бродяга. Ну как, вспоминаете?

– А как же. Так, значит, Бродяга зарыт под Нюкварном… Давненько я не присматривался, что там сейчас за публика, но в девяностые годы он был там заметной фигурой среди торговцев наркотиками, мелких воришек и наркоманов.

– Он самый. Во всяком случае, если верить удостоверению в бумажнике. Окончательная идентификация трупа будет произведена в ходе судебно-медицинского исследования. Правда, придется собирать пазл – Бродягу расчленили на пять-шесть кусков.

– Хм-м. Паоло Роберто говорил, что блондин, с которым он дрался, угрожал Мириам Ву бензопилой.

– Расчленение, вполне возможно, сделано бензопилой, но это надо уточнить. Сейчас мы начали заниматься раскопками второго захоронения. Там сейчас ставят палатку.

– Хорошо. Еркер, я знаю, что у тебя был длинный рабочий день, но ты не мог бы поработать и вечером?

– Ладно. Сначала смотаюсь в Сталлархольмен.

Бублански закончил разговор и потер веки.

Микроавтобус с пикетом появился у дачи Бьюрмана в 15.44. На въезде полицейские в прямом смысле слова столкнулись с мужчиной, неловко пытавшимся скрыться с места на «Харли-Дэвидсоне» и с грохотом ткнувшимся прямо в капот полицейских. Столкновение было пустяковым. Выскочив из автобуса, полицейские выяснили, что это Сонни Ниеминен, тридцати семи лет, хорошо им известный, судимый за убийство в середине 90-х годов. Ниеминен был явно не в лучшей форме, и наручники на него надели без труда. При этом оказалось, что задняя сторона его куртки сильно порвана – со спины был вырван большой кусок размером двадцать на двадцать сантиметров. Выглядело это странно, но Сонни Ниеминен отказался объяснить происхождение дыры.

Еще через двести метров они оказались у дачи. Там уже находился пенсионер, бывший рабочий порта по имени Эберг. Тот был занят наложением шины Карлу-Магнусу Лундину, тридцати шести лет, председателю пресловутого лихого мотоклуба «Свавельшё МК».

Начальник пикета, инспектор полиции Нильс-Хенрик Юханссон, вышел из машины, поправил ремень и поглядел на беспомощное создание, валявшееся на земле. Прозвучал классический вопрос полицейского:

– Что здесь произошло?

Бывший портовый рабочий прервал перевязку ноги Лундина и бегло взглянул на Юханссона.

– Это я звонил, – ответил он.

– Вы сообщили о выстреле?

– Я сообщил о выстреле, пошел посмотреть, в чем дело, и нашел этих парней. Вот этого ранили в ногу и как следует отделали. Я думаю, ему нужно вызвать «Скорую». – Эберг покосился в сторону полицейского микроавтобуса. – А, значит, второго вы уже взяли… Когда я пришел, он лежал как тюфяк, но вроде без увечий. Потом все же собрался с силами и надумал смыться.

Еркер Хольмберг, вместе с полицейскими из Сёдертелье, появился у дачи, когда «Скорая» уже уезжала. Ему кратко доложили обстановку. Оба – и Лундин, и Ниеминен – отказались объяснить, зачем они сюда приехали, а Лундин был вообще не в состоянии говорить.

– Итак, два байкера в полном снаряжении, один мотоцикл «Харли-Дэвидсон», огнестрельная рана и никакого оружия. Я правильно понял? – уточнил Хольмберг.

Начальник пикета кивнул. Хольмберг минуту помолчал.

– Надо думать, никто из парней не приехал сюда за спиной другого пассажиром.

– Кажется, у них это считается недостойным мужчины, – заметил Юханссон.

– Тогда тут не хватает еще одного мотоцикла. А раз отсутствует и оружие, можно сделать вывод, что кто-то третий, причастный к делу, скрылся с места происшествия.

– Звучит разумно.

– Тогда тут нарушена логика. Если эти ребята из Свавельшё приехали каждый на своем мотоцикле, то было еще одно средство передвижения, на котором сюда заявился третий участник событий. Но ведь третий не мог отсюда уехать и на своей машине, и на мотоцикле одновременно. А ведь расстояние отсюда до дороги на Стренгнес немалое.

– Если только третий участник не жил на этой даче.

– Хм-м, – промычал Еркер Хольмберг. – Хозяином дома был покойный адвокат Бьюрман, теперь он здесь точно не живет.

– Значит, мог быть и четвертый участник. Он-то, может быть, и уехал в машине.

– Но почему бы не уехать на ней вместе? Ведь не ради же кражи «Харли-Дэвидсона», сколь бы дорогим он ни был, здесь произошла заваруха.

Немного поразмыслив, он попросил начальника пикета выделить двух сотрудников проверить, нет ли где-нибудь на близлежащих лесных дорогах брошенного средства передвижения, а также расспросить соседей, не было ли замечено чего-нибудь необычного.

– Народу здесь немного в это время года, – заметил начальник пикета и обещал сделать все возможное.

Потом Хольмберг открыл так и не запертую дверь в дом. Сразу бросились в глаза оставленные на кухонном столе папки с материалами Бьюрмана, касающимися Лисбет Саландер. Он сел и начал читать.

Еркеру Хольмбергу повезло. Минут через тридцать после того, как он начал обходить соседей в редконаселенных домиках, полицейские натолкнулись на семидесятидвухлетнюю Анну Викторию Ханссон, занимавшуюся в этот славный весенний денек уборкой мусора в саду у своего дома возле дороги, отходящей в глубь поселка.

– А как же, – подтвердила она, – зрение у меня еще в порядке. Видела невысокого роста девчушку в черной куртке, прошедшую мимо примерно во время ланча. А в три часа проехали двое мотоциклистов – трещали немилосердно. Вскоре мелькнула девчушка, проехав на мотоцикле в обратном направлении. А потом появились полицейские.

Пока Еркер Хольмберг слушал монолог, подъехал Курт Свенссон.

– Что тут произошло? – спросил он.

Хольмберг понуро взглянул на коллегу.

– Даже не знаю, как это все передать, – ответил он.

– Еркер, что ты плетешь? Что Лисбет Саландер появилась у дачи Бьюрмана и в одиночку накостыляла двум главным парням из «Свавельшё МК»? – возмутился Бублански в телефонную трубку.

– Ну, все-таки она тренировалась у Паоло Роберто…

– Чушь, Еркер.

– Тут вот что – у Магнуса Лундина прострелена ступня. Он рискует остаться хромым на всю жизнь. Пуля вышла через пятку.

– Хорошо еще, что не через голову.

– Возможно, этого не понадобилось бы. Участники пикета сообщили, что у Лундина серьезные травмы лица – сломана челюсть и выбиты два зуба. Врач «Скорой помощи» также подозревает сотрясение мозга. Помимо раны в ступне, он жаловался на сильные боли в паху.

– А как там Ниеминен?

– Вроде без повреждений. Но мужчина, сообщивший в полицию, рассказал, что нашел его без сознания. Тот не мог ничего сказать, но быстро очухался и попытался скрыться, как раз когда подъехал местный пикет.

Уже давно Бублански не чувствовал себя таким растерянным.

– Есть еще одна странная деталь… – продолжил Еркер Хольмберг.

– Что еще?

– Даже не знаю, как описать. На кожаной куртке Ниеминена… той, в которой он приехал сюда на мотоцикле…

– Ну?

– Она порвана.

– Ну и что с того, что порвана?

– Из нее выдран кусок. Размером примерно двадцать на двадцать сантиметров. Квадрат на спине. Словно бы вырезан. Как раз там, где изображена эмблема мотоклуба «Свавельшё».

Бублански удивленно поднял брови.

– Зачем это Лисбет Саландер понадобилось вырезать кусок его куртки? В качестве сувенира?

– Понятия не имею. Но я вот подумал… – сказал Еркер Хольмберг.

– Что?

– Магге Лундин – обладатель пивного живота и «конского хвоста», а один из парней, похитивших Мириам Ву, приятельницу Саландер, был блондином с «конским хвостом» и заметным брюшком.

Такого потрясающего чувства Лисбет Саландер не испытывала с тех пор, как несколько лет назад посетила «Грёна Лунд»[33] и не побывала на аттракционе «Свободное падение». Она воспользовалась им три раза и сделала бы это еще раза три, если бы не кончились деньги.