Станислав Войтицкий – Нова (страница 8)

– Неблагодарная чертовка, – бросила ей Ката в спину. Исиния не отреагировала на ее замечание.

У Иоахима возникло странное ощущение. Как будто от этого ребенка шла теплая волна, рождающая в нем странную смесь любопытства, заботы и страха.

Неужели? Это же такой редкий дар, подумал Иоахим с недоверием.

– Напрасно ты так с ней, – сказал он вслух. – Она просто подросток, да и устала, как я вижу.

– Устала… Можно подумать, на ней пашут.

– Ты назвала ее в честь моей подруги, Исинии?

– Ты как будто удивлен. Странно, учитывая, сколько она для нас сделала. Как она, кстати?

– Счастлива в браке.

– Очень за нее рада. А кто муж?

– Я.

– Ты? – Ката удивленно посмотрела на Иоахима. – Я что-то запуталась. Насколько я помню, твою невесту звали Ветра.

– Да, Ката, так оно и было.

– А что же с ней случилось?

– Тоже счастлива в браке. У нее четверо детишек – две пары близнецов, представляешь?

– А у нее кто муж? – растерянно спросила Ката.

– Главный Юстициар Астаркии, Тир Эводион.

– Ничего себе… Я очень многое пропустила. Вы же так любили друг друга…

Иоахим пожал плечами.

– Увы, Ката, у нас были намного более сложные чувства. Хорошо, что мы в них разобрались, в конечном счете. Жаль, позже, чем стоило бы.

– Молодые некоторых вещей боятся сильнее, чем старики.

– Верно, Ката. Как раз такой случай.

Вернувшаяся из погреба Исиния поставила на стол бутылку красного вина и три крупных бокала.

– Спасибо, милая, – поблагодарила Ката. – Отдохни, огонек. Вряд ли придет кто-то еще. А если придет, я займусь.

Исиния отблагодарила мать и вышла из корчмы, оставив собеседников одних. Разлив вино по бокалам, Ката спросила у Иоахима:

– Ну, теперь рассказывай, дорогой мой, чем ты жил все это время?

– Да не о чем особо говорить… Выполнял разные поручения, то да се…

– Разрешите и мне вставить слово, – Ларк вклинился в разговор, несмотря на предостерегающий взгляд Иоахима, который предпочитал не распространяться ни о профессиональных, ни о личных делах. – Он вам все равно ничего толком не скажет. А я немного знаю о его похождениях, так сказать…

– Лучше ты мне кое-что расскажи, Ката, – раздраженно прервал его Иоахим. – А то я всю эту поездку так себя чувствую, будто меня выворачивают наизнанку, чтобы получше изучить. Постоянные разговоры о былом прошлом, которое уже не имеет никакого значения. Как будто затянувшаяся экспозиция дурной пьесы, которую доносят до зрителя глупо написанные диалоги. И вопрос я задам сразу прямой – у Исинии есть магические способности?

Ларк с удивлением посмотрел на Иоахима, а Ката пожала плечами.

– Как ты узнал?

– Почувствовал. Сама знаешь, мы можем чувствовать подобных нам. И их воздействие.

– Тогда понятно, почему я внезапно пожалела бедную девочку. Пользуется тем, что я не ощущаю, а догадаться не всегда получается. Знаешь, у нее есть жених, живет с нами по соседству… Сочувствую мальчику, со временем она станет из него веревки вить.

– Давно она научилась «уводить»? – деловито спросил Иоахим.

– Думаю, лет с десяти.

– Ката, это же потрясающе! Такой редкий дар, и проявившийся в столь юном возрасте! Почему я вижу это рыжее чудо в захолустной корчме, а не в Сертерийском Университете Таинств?!

– Ты думаешь, ее бы взяли? – спросила Ката, но было видно, что она совершенно не интересуется.

– Вы шутите?! – воскликнул Ларк, вступив в разговор. – Сейчас каждый маг на особом счету, а уж те, кто органически склонен к эмоциональному чтению – тем более.

– Ката, прости, это не мое дело, конечно, но девочке надо дать шанс, – добавил Иоахим. – Чтобы вырваться из этого захолустья и реализоваться. Поговори об этом с мужем.

– Да не в этом дело… – Ката потупила взгляд, уставившись в стол. Затем, все же решившись, добавила: – У меня очень болезненная девочка. Последние несколько лет ей приходилось очень трудно, как раз с того момента, когда дар впервые проявился. Стала бледной, чувствует слабость и апатию, часто кружится голова, да так, что приходится подолгу лежать в постели. Я знаю, что маги порой сильно болеют. Я боюсь, что ее дар может ее убить, и не хочу развивать его.

Иоахим хотел было отмахнуться от подобных мракобесных взглядов, но все же ему хватило такта удержать свою насмешку при себе. Он взял Кату за руку и участливо, по-дружески, сжал ее.

– Я уверен, все будет хорошо. Это просто подростковое… Знаешь, дети взрослеют, меняются, организм иногда не поспевает за этими изменения. Отсюда и мигрень, и головокружение.

Ката кивнула головой и улыбнулась:

– Я тоже так думаю, – сказала она. – Просто девочка растет.

Она постаралась быстро сменить подавленное настроение, и вскоре они с Иоахимом и Ларком вернулись к разговору о былых деньках, оставив печальные мысли позади – ведь сейчас они ничем не могли помочь своим близким.

***

Раньше Иоахим не верил в какое-то особенное значение снов. Не считал, что они скрывают будущее, не верил, что они наполнены образами, посланными сверхъестественными сущностями…

С тех пор многое изменилось. К нему стала приходить женщина в красном. И регулярность ее посещений, и таинственность – ведь, получается, и Ларк ее видел, – все это заставляло его переосмыслить свой взгляд на сны. Сперва эти странные видения были отрывочными, короткими и запоминались ненадолго, но со временем прибавили в длительности и все глубже оставались в памяти.

Нельзя сказать, что незнакомка безотрывно преследовала Иоахима. Скорее, складывалось ощущение, что она пробивается к нему с трудом, через скрытые от него препятствия. Долгое время Иоахим думал, что таинственная Нова использует в качестве послания образы снов, но даже если бы это было так – он не смог расшифровать послания.

Потусторонние миры, в которые его порой забрасывало, были полны странных механизмов и предметов, казавшихся не столько сверхъестественными, сколько фантастичными, как будто из будущего. Особенно его впечатлили огромные металлические махины, тащившие по странным железным канатам с деревянными перемычками маленькие дома на колесах с комнатками, где спали люди. Эти черные монстры дышали жаром и извергали из себя белый пар и черный дым. Настоящее богохульство – укрощение божественной огненной энергии. Церковь точно не одобрила бы создание таких машин.

 Он много раз пытался заговорить с незнакомкой, которую видел порой где-то вдали, мельком, а порой рядом, исчезающей за углом, стоит лишь попытаться приблизиться, но каждый раз его вопросы летели будто в пустоту.

«Кто ты? Чего ты хочешь? Как я могу тебе помочь?»

Никакого ответа. Как будто она играет с ним.

Иоахим уже смирился с тем, что добиться ничего не получится. От того и сегодняшний сон показался ему столь пугающим – настолько все изменилось.

На этот раз Нова никуда не убегала и не растворялась в дымке. Она стояла на песчаном берегу неизвестного теплого моря, и нежные касания волн ласкали ее босые ноги. Подол ее широкого красного платья медленно колыхался на пенистой поверхности воды. Иоахим пытался разглядеть ее лицо, но у него ничего не получалось. Все расплывалось перед глазами, стоило ему бросить на нее взгляд. А боковое зрение норовило обмануть его – собеседница казалась ему то бледной и седой, то смуглой и черноволосой.

– Здравствуй, Иоахим.

Когда она поздоровалась с Иоахимом, он здорово растерялся – настолько это было неожиданно. Быстро справившись с удивлением, он спросил:

– Кто ты?

– Меня зовут Нова Ли'Этта.

– Я знаю, как тебя зовут.

– Откуда? – Нова быстро задумалась и спросила: – Ларк все тебе рассказал?

– Да. И теперь у меня много вопросов.

– Задавай. Что ты хочешь знать?

– Кто ты?

– Я же уже сказала… – закатив глаза, произнесла Нова, но Иоахим резко перебил ее:

– Я спрошу точнее. Что ты?