Станислав Войтицкий – Нова (страница 7)

Кружка медленно наклонилась в обратную сторону и вскоре описывала круги над столом в строгом вертикальном положении.

– Две силовые линии одновременно… – с удивлением сказал Смит. – Невероятно.

– Отдельные умельцы могут до десятка. У меня никогда не получалось больше четырех, – скромно сказал Иоахим и поймал кружку рукой. – Но самое красивое – это формирование искусственного аккумулятора кинетической энергии. Его еще называют накопителем. Все как с кружкой, только без кружки. И передача накопителем энергии настоящему физическому телу может быть выполнена за пару секунд. Позволяет запрыгнуть на крышу или отшвырнуть противника прочь, если он не успеет выставить щит.

Краем глаза Смит взглянул на своих друзей – Алго устало положила голову Сатису на плечо, и вмести они тоскливо смотрели на своих детей, в ускоренном темпе приканчивающих положенную перед ними еду. Остаток времени на отдых и непринужденный разговор стремительно сокращался.

– Должно быть, в руках вашего государства оказалась колоссальная военная сила, – с уважением сказал он.

– Не совсем так, – ответил Иохаим. – На поле боя кинетики могут быть полезны, но сильно ограничены в применении. На все эти трюки тратится немалая физическая сила. Когда в битве сходятся сотни бойцов, куда эффективнее просто рубить и колоть.

– Простите за, возможно, не вполне уместное мое любопытство, но я все же наберусь смелости спросить, возможно ли совмещать способности к силовому взаимодействию с предметами и умением формировать электрические или магнитные поля?

– В этом заключается самое сложное, господин Смит. Дело в том, что магнетизм и электричество по сути совершенно отличаются обычной физической силы. Но, поскольку они взаимосвязаны и влияют друг на друга, сильные магнетики обычно являются и сильными электриками. Но совмещение этих способностей требует серьезного напряжения ума и тела. Мне удаются все вышеперечисленные физические взаимодействия, но я так и не смог освоить их одновременное применение.

– По моему скромному разумению, едва ли это возможно в принципе, – сказал Смит, на что Иоахим лишь скромно улыбнулся.

Барон знал двух таких магов лично, более того – они представляли собой супружескую пару. Харт и Айвин. Сладкая парочка всегда была до предельного серьезна, и после выпуска из университета занималась сверхважными делами государственного уровня. Полное отсутствие способностей к магической эмпатии или, тем более, прямому влиянию на эмоции других людей никак им не мешало. Харт и Айвин эффективно практиковали куда менее тонкие способы воздействия. Иоахим не завидовал несчастному, которому пришлось бы сойтись с ними в открытом бою.

– Джиниус, нам пора, – усталый мужчина с грустными глазами, по всей видимости, глава обширного семейства, встал из-за своего стола и обратился к своему другу на родном языке.

– Сатис, тут такие люди интересные… – расстроенно ответил Смит, но его собеседник лишь покачал головой.

– Если сейчас же не уехать, дети все здесь разнесут.

– Ты преувеличиваешь. Ну, хорошо, я сейчас подойду, подождите меня на улице – ответил Смит.

Иоахим не понял ни слова из сказанного, но с удивлением отметил, сколь короткими и лаконичными были фразы у иностранцев.

Смит, не скрывая огорчения, обстоятельно поднялся из-за стола.

– Жаль, что мы не успели обсудить эмоциональную магию, самую, пожалуй, тонкую и сложную для понимания, но, с другой стороны, жизнь научила меня скромно довольствоваться малым, тем более, что сегодняшняя беседа и так подкинула мне более чем достаточно поводов для раздумий. Прошу уважаемых господ извинить меня за столь ранний уход, но, увы, добровольный долг дружеской поддержки зовет меня оказать помощь близким людям. Впрочем, «увы» – это в высшей степени неуместное слово для отражения счастья воплощения высоких и глубоких дружеских чувств, составляющих основу подлинного человеческого бытия наряду с супружеской и родительской любовью, чувством долга и признательности родной земле и страстной радостью творчества и познания. Благодарю вас за возможность приобщиться к тайному искусству магов вашей великой страны и хочу выразить скромную надежду на улучшение отношений между нашими странами, ибо, с учетом своего маленького и скромного места в государственной машине, принадлежащей моей Родине, я не имею возможности деятельной реализации этого благого пожелания, так что кроме вышеозначенной надежды, нам ничего и не остается. За надежду! – с этими словами он поднял кружку, и Ларк с Иоахимом охотно поддержали этот тост.

Допив пиво, они крепко пожали друг другу руки, и Джиниус Смит отправился дальше, по своим туристическим делам.

Глава 4. Непогода.

– Господин барон, дальше ехать опасно. Гроза будет не позднее, чем через час, мы рискуем крепко застрять. Нужно остановиться на ночлег. Ночи нынче теплые, дорога должна будет просохнуть, хоть немного.

Иоахим не хотел останавливаться раньше запланированного и уже корил себя за упущенное на молитву Ларка и плотный обед в харчевне время, но понимал правоту кучера. Несмотря на то, что до заката оставалось еще часа три, быстро приближающиеся черные тучи с запада требовали принять решение об остановке, чтобы сохранить возможность следовать дальше завтрашним днем.

Вот только место незапланированного ночлега было Иоахиму не по душе. Он знал, что путешественники регулярно посещают Добрые Холмы (все-таки недалеко от столицы), но считал, что это от плохого знания местных легенд. Его рациональному разуму было тяжело признавать обоснованность страшных историй, связанных с заброшенными руинами недалеко к северу, в темных безлюдных лесах, но личный опыт значительно укоротил былой скепсис.

Когда-то он лишь слегка соприкоснулся с местными тайнами, но с тех пор предпочитал обходить Холмы стороной.

Постоялый двор находился у края деревни, удобно примыкая к главной дороге. Иоахим заволновался, что свободного места для ночлега может и не оказаться. Лигон, конечно, может и в конюшне поспать, это понятно, но барону пришлось бы проситься на ночлег к простым крестьянам, что было для его положения решительно не к лицу. Тем более, у него уже был подобный опыт, едва не стоивший ему жизни.

Отправив Лигона заниматься лошадьми, Иоахим и Ларк зашли поужинать в корчму.

Страхи Иоахима оказались напрасны. В заведении было пусто, так что обслужили путников довольно быстро – они получили хорошие номера и заказали поесть. Лицо молодой девушки, подавшей им ужин, показалось Иоахиму знакомым. Где-то он уже видел эти рыжие волосы, широкий нос картошкой и солнечные веснушки на щеках. Только в памяти щеки были румяными и глаза светились, а у этой девушки была бледная кожа, а ее потухший от усталости взгляд дополнялся недовольным выражением лица.

Разгадка пришла практически сразу. В корчму вошла крупная женщина в фартуке и начала строго выговаривать своей… дочери, очевидно. Уж очень в глаза бросалось их сходство, и как только он увидел мать, то сразу ее вспомнил.

Дождавшись, когда женщина закончит отчитывать дочь и окинет взглядом помещение корчмы, Иоахим приветливо махнул ей рукой. Короткое непонимание практически сразу сменилось радостным удивлением, и женщина быстро подошла к нему.

– Здравствуй, Ката.

– Иоахим?! – удивленно воскликнула она и крепко обняла барона. Затем Ката, не дав ему опомниться, придвинула к столу еще один стул и жадно принялась расспрашивать Иоахима обо всем, бесцеремонно начав с личного: – А я-то думаю, что у меня за дорогие гости. Ну, для тебя я и свой дом предоставила бы для ночевки, не будь у меня свободных номеров. Как дела у Ветры? Сколько вы детишек нарожали? А ты все так же преподаешь? Чем вообще занимался эти годы? Познакомь меня со своим другом.

Иоахим с надеждой посмотрел на Ларка, рассчитывая, что он вклинится в разговор. Но его друга, очевидно, ситуация даже забавляла, поэтому будущий академик богословия только усмехнулся и напоказ проигнорировал друга, предпочтя смаковать ароматное крепкое пиво из большой деревянной кружки.

Иоахим понял, что выпутываться из объятий Каты придется самому.

– Ты совсем не изменилась. Ката, это мой друг Ларк. Верный служитель Церкви, большой ученый, да просто – хороший человек.

– Очень приятно, – сказала хозяйка, в ответ Ларк просто кивнул.

– Ларк, это Ката О'Стил. моя старая знакомая. Скажи, сколько лет уже прошло?

– Шестнадцать, Иоахим.

– Кошмар… А будто все было вчера.

– Исиния! – громко крикнула Ката, и Иоахим вздрогнул, услышав имя жены. Рыжая девушка с усталом выражением лица подошла к их столу.

– Что, мама? – угрюмо спросила она.

– Пожалуйста, принеси этим молодым людям бутылку доброго вина. Из наших особых запасов.

– А ты сама что, не в силах?

– А я настроена на приятную беседу со старым другом. И знаешь, что, юная леди? Тебе стоило бы проявить больше уважения к этому мужчине, – Ката указала ладонью на Иоахима. – Ты смогла появиться на свет благодаря ему.

– Ничего себе откровения, – скривила губы девушка. – Я-то всегда думала, что мой папа – это папа.

Иоахим улыбнулся, но Кату, похоже, задело всерьез.

– Если бы не он, дорогуша, наш любимый папа был бы мертв. А если бы не его подруга, была бы мертва и я.

Губы молодой девушки дрогнули.

– Это было очень давно, – сухо сказала она. – Я принесу вино, мама.