Станислав Войтицкий – Чудо, тайна и авторитет (страница 3)

– Значит, все живые существа на земле, кроме человека, являются жертвами?

– Ты совершенно права. Но быть жертвой человека не так уж и плохо. Конечно, для отдельных существ разницы нет, но для вида в целом… – Огюст обвел рукой-манипулятором окрестности. – Посмотри, как много картофеля. Но найти его дикорастущим практически невозможно. То же относится к коровам или курам. Именно благодаря удобству разведения, количество живых особей домашнего скота намного превосходит численность других животных, более приспособленных для жизни в дикой природе

Робот ласково провел своими пластиковыми пальцами по листкам картофеля.

– Если бы не ты, этот куст никогда бы не вырос. Ты посадила его в землю еще маленьким клубнем, дала ему возможность вырасти, насладиться солнцем, ветром, дождем…

– Он не может всем этим наслаждаться, – хмуро перебила девочка, надевая рабочие перчатки.

– Да, но никто не запрещает нам смотреть на мир чуть более поэтически. Ты ничего не должна этому растению. – Огюст протянул ей небольшую лопату. – Возьми и направь в основание куста… Нет, Жюли, не совсем правильный угол, так ты можешь повредить клубни, возьми ниже.

Девочка послушалась робота и поставила ножку на полотно лопаты.

– Теперь надави, пока полотно не войдет в землю, но не продавливай слишком глубоко. Я скажу, когда остановиться… Достаточно. Теперь постарайся поднять слой почвы с клубнями. Только аккуратно, чтобы не разбросать грязь во все стороны.

Жюли налегла на лопату, но влажная земля не желала открыться так просто.

– У меня не получается. Помоги, Огюст.

– Нельзя, Жюли. Это практическое занятие и ты должна суметь справиться самостоятельно. Но я помогу тебе советом. Ухватись за основание куста и медленно потяни его вверх, одновременно подталкивая лопатой снизу и качая из стороны в сторону, чтобы избавиться от лишних комьев земли.

– Вроде получается, – обрадованно сказала девочка.

– Молодец, но не спеши, чтобы не оборвать… Умница, у тебя получилось!

Жюли подняла куст картофеля в воздух, словно добычу. Два крупных клубня под тяжестью своего веса оторвались от корней, другие, поменьше, остались висеть.

– Так… ориентировочный вес клубней с этого куста – около восьмисот грамм. Очень средний результат. Могло быть и лучше, – строго сказал Огюст. – Похоже, кто-то пропустил несколько практических занятий, не так ли?

Девочка смущенно отвела взгляд.

– Таковы последствия нескольких неправильных решений, Жюли. Нарушая режим удобрения и полива, ты причинила вред будущему урожаю. Сэкономив время сегодня, поддавшись лени, ты получаешь меньшую награду завтра. Конечно, на одном кусте убыток небольшой, но представь ситуацию, в которой ты поленилась правильно ухаживать за целым участком. Так недобор может составлять уже тонны.

– Прости, Огюст, – Жюли покраснела и опустила взгляд.

– Не нужно извиняться, дитя… – робот ласково обнял девочку, нежно прижав к своему пластиковому корпусу. – Я знаю, что ты больше не допустишь подобных ошибок. Выбери клубни для готовки, остальное мы отправим в общую кухню.

Жюли положила картофель в соответствующие корзины, выбрав для себя два клубня, которые посчитала наиболее красивыми и крупными.

– Давай посмотрим, как дела у наших друзей, – сказал Огюст.

Жюли поднялась и оглядела своих одноклассников. Большинство из них уже закончили работу и толпились плотной галдящей кучкой где-то в стороне.

– Похоже, что у Люси какие-то проблемы, – сказал он. – Давай подойдем поближе и посмотрим.

Девочка и робот аккуратно вклинились в толпу ребят. Люси, лучшая ученица в классе, отчаянно пыталась добыть свои клубни, не в силах вытащить их лопатой. Огромные сиреневые шары выглядывали из под черной влажной земли и нехотя ворочались от усилий девочки. Ее робот по имени Жан внимательно наблюдал за этими бесплодными попытками, но не вмешивался.

– Дети! Давайте поддержим Люси! – воскликнул Огюст и послал мотивирующий клич: – Давай! Давай!

Робот ударил в «ладоши» манипуляторов, и вскоре уже весь класс подбадривающе хлопал своей лучшей ученице. Люси улыбнулась и резко дернула лопату вверх, разбросав грязные комья во все стороны. Ритмичные хлопки ребят сменились радостными аплодисментами. Цель была достигнута, и девочка с радостью стала разрывать землю руками, складывая плоды у грядки – восемь крупных и аккуратных, один к одному, клубней.

– В сумме два с половиной килограмма, – сказал Жан с гордостью. – Люси, ты можешь собой гордиться.

Жюли с неудовольствием ощутила легкий укол зависти, но радость за подругу была намного сильнее.

Когда Люси закончила выбирать клубни для урока кулинарии, ученики стройными рядами отправились к кухням, организованным здесь же, в палатках, разложенных неподалеку от поля. Жюли оказалась в паре с Люси и искренне поздравила ее с прекрасным результатом.

– Ты волнуешься, – проницательно заметила Люси, глядя на подругу.

– Ты права… – Жюли оглянулась по сторонам, но роботы-помощники шли далеко и не могли ее услышать. – Слушай, ведь твои родители уже прошли Второрождение. Как это было?

– Я младшая в семье, поэтому, к сожалению, не принимала участия в церемонии. Жан скоро все мне объяснит.. Но я помню, все было очень торжественно и светло. Мама и папа были такие красивые…

– Люси! – подошедший Огюст перебил девочек, и они виновато потупали взгляд. – Ты же знаешь, как важна Церемония! Жюли должна иметь свой опыт сопричастности Второрождению. В следующем году вы сможете свободно поделиться впечатлениями, ждать не так уж и долго.

– Прости нас, – извинилась за себя и подругу Жюли.

– Ничего страшного, все хорошо. Я вас понимаю, девочки, и совсем не сержусь. Давайте лучше сконцентрируемся на уроках, тем более, мы уже пришли на кухню. Жюли, какое блюдо ты хотела бы приготовить?

Глава II

Стук закрывающейся двери купе вырвал Виктора Титарова из объятий светлого сна. Темное помещение не сразу погасило стоящую у него перед глазами картину утреннего солнца, щедро освещающего напитанные свежим дождем картофельные грядки, среди которых работали маленькие дети в одинаковых рабочих комбинезонах и красных резиновых сапожках. Мальчиков и девочек опекали странные роботы из белого пластика.

Подумав, Виктор решил, что ему приснился урок труда в школе будущего. Его несколько смущало отсутствие взрослых, но, похоже, роботы неплохо справлялись. Они разговаривали на французском языке, которого Титаров не понимал.

Окончательно проснувшись, он взглянул вниз на своих новых попутчиков. Это была молодая семья – супружеская пара лет тридцати-тридцати пяти и их бойкая дочурка лет семи, носившая под шапкой аккуратный платок. Ее отец тщетно пытался поднять сидение, чтобы положить под него чемодан, одновременно стараясь не шуметь.

– Это новые сидения, – сказал ему Титаров и указал пальцем: – Там защелка слева, сзади.

– Ох. Простите, что мы вас разбудили, – сказала молодая женщина.

– Не переживайте. Я всегда плохо сплю в поездах, – улыбнулся в ответ Титаров.

Глава семейства последовал его совету, и вскоре сидение дивана поднялось с характерным щелчком, открывая ящик для багажа.

– Спасибо, – мужчина поблагодарил Титарова и протянул ему руку для рукопожатия. – Денис.

– Виктор.

Титаров отметил у своего попутчика приятную манеру крепко пожимать руку, что ему очень понравилось. Когда он здоровался с Уриным, ощущения были, как будто он пожимал палку дешевой тухлой колбасы, которая противно расплющивается под нажимом пальцев.

– Какая это станция? – спросил Виктор.

– Зима.

– А сколько стоим?

– Минут двадцать.

Маловато, чтобы успеть пройтись по перрону и размяться, но все же… Виктор достал телефон, посмотрел на время и с радостью передумал идти на прогулку. Часы показывали начало двенадцатого – вся ночь впереди. Лучше было еще поспать.

Он пожелал попутчикам спокойной ночи, в глубине души радуясь такой компании – в поезде могли выпасть разные варианты. Конечно, Виктор предпочел бы побыть наедине с собой, но ему грех было жаловаться – он и так с самого Иркутска ехал в одиночестве.

Слушая тихие голоса родителей и их дочери, доносившиеся снизу, Титаров удивительно для самого себя быстро провалился в глубокий сон. На этот раз без сновидений – по крайней мере, таких, которые ему удалось бы запомнить.

Проспал Виктор довольно долго. Когда он открыл глаза, в купе было уже светло от дневного света. Поезд стоял. Титаров взглянул на экран телефона, чтобы проверить время и прикинуть, где находится состав, судя по расписанию.

Верхняя полка напротив пустовала, молодая семья в полном составе сидела внизу вокруг стола, играя в подкидного дурака.

Титаров задумался, выбирая: сухо поздороваться и держаться особняком или попытаться наладить контакт. Решив, что угрюмое уединение на верхней полке никуда от него не денется, Виктор выглянул вниз и сказал с улыбкой:

– Доброе утро. Где стоим?

– Тайшет, – коротко ответил Денис.

– Отлично! – Виктор засобирался, чтобы успеть немного размяться, но женщина с улыбкой предупредила его:

– Не спешите. Уже скоро тронемся. Вы проспали весь перегон.

Титаров расстроенно вздохнул. Больше таких больших остановок не предполагалось.

– В таком случае… Можно сыграть с вами? – спросил он.

Конечно, игра в карты – грех, но ведь небольшой, если не на деньги. Да и вообще – он, можно сказать, под прикрытием.