Сергей Плотников – Фантастика 2025-155 (страница 289)

— Ваше Сиятельство, — он низко поклонился княгине, — Николай Васильевич просит вас пройти для беседы.

Марья Алексевна подмигнула мне:

— Как я и говорила.

И мы пошли за лакеем в кабинет предводителя муромского дворянства.

— Марья Алексевна!

Навстречу княгине поднялся крупный мужчина, похожий на медведя. Огромный, с породистым лицом и широченными плечами.

— Рад видеть, голубушка. Давно не баловали своим присутствием. А я скучал, честное слово, скучал. Без вас, знаете ли, веселье совсем не то.

— Ах, Коленька, дела всё, заботы. Да и здоровье уже не то, чтобы на балах до утра гулять.

О как! Предводитель дворянского собрания для неё “Коленька”. Полагаю, с такой протекцией проблем с Реестром у меня не будет. А записаться туда я хотел, даже очень. Как меня просветил Бобров, это не просто список магов-дворян. По указу Анны Иоанновны “О вольностях Талантов” колдуна из Реестра могла судить только императрица, он имел право на всяческие привилегии, а главное — налоговые послабления. А мне для продажи механических лошадей они были ох как нужны!

— Ой, Марья Алексевна, вам ли жаловаться! — Дубасов приложился к ручке княгине. — Вы ещё всех нас переживёте.

— Глупости, — княгиня махнула рукой, — я вот тебе человека привела, Коленька.

Предводитель мазнул взглядом по Тане, скромно стоявшей позади, и повернулся ко мне.

— Как же, наслышан, — Дубасов протянул мне руку.

Рукопожатие у него было сильное, будто он собирался раздавить мне ладонь всмятку. Но так и я не пальцем деланный — small wand требует железной хватки. Секунд двадцать мы давили друг другу руки, пока предводитель не кивнул, довольно улыбнувшись.

— Рад знакомству. Чем я могу помочь?

— Коленька, надо бы его в Реестр вписать.

— Да? — Дубасов искренне удивился. — А что, его не внесли при совершеннолетии?

— Так ведь какое дело... — Марья Алексевна замялась. — Талант он от Василия Фёдоровича получил, совсем недавно.

Дубасов посмотрел на меня с некоторой опаской.

— Тот самый? Который… мертвяцкий?

Княгиня кивнула.

— Кхм… — Дубасов поджал губы. — Записать я запишу. Для вас, Марья Алексевна, всё что угодно, вы знаете. Но только…

— Что такое, Коленька?

— Экзаменацию положено сдать.

Экзаменация? Это ещё что такое? Почему не знаю, почему не говорил никто?

— Ох, а ведь и правда, забыла совсем.

— Только через главу комиссии, ежели он изволит принять.

— А кто у нас глава? Сумароков? — вздохнула княгиня.

— Он, Марья Алексевна, — предводитель развёл руками.

Княгиня и Дубасов сменили тему, обсудили какие-то свои дела, ещё раз обменялись любезностями, и мы пошли обратно в бальный зал.

— Марья Алексевна, с этим Сумароковым будут сложности?

— В ссоре я с ним, — княгиня поморщилась. — Поругались лет пять назад и теперь даже не здороваемся.

— Жаль, очень жаль.

В принципе, обойдусь и без Реестра.

— Не переживай, — княгиня увидела мой настрой и подбодрила: — Придумаю что-нибудь.

— Марья Алексевна!

Прямо перед нами возник молодой дворянин-орк. Прилично одетый, но, судя по всему, небогатый.

— Как я рад вас видеть!

Он раскланялся и приложился к ручке.

— Большой привет вам от матушки, очень по вам скучает.

— А, Петруша Ларин, — княгиня потрепала его по плечу. — Подрос, вытянулся, настоящий жених. Матушке от меня поздравления передай, такого красавца вырастила.

Орк смутился, кивнул и увидел Таню, тенью следовавшую за княгиней.

— Доброго вечера, кузина, — он улыбнулся ей как старой знакомой и снова обратился к Марье Алексевне: — Матушка просила сказать, что вышивка уже готова, скоро пришлёт вам с оказией.

— Спасибо, Петруша. Дедушке от меня пожелание здоровья, мало кто в наши времена может похвастать мафусаиловым веком.

— Он часто вас вспоминает, очень ждёт вас на сто одиннадцатый день рождения.

— Если смогу, обязательно приеду, но не обещаю.

Орк откланялся, ещё раз кивнув Тане, и растворился в толпе.

— Я же говорила, — тихонько усмехнулась Марья Алексевна. — Таню сразу за свою принял. Очень у неё дворянские черты.

— Ваша правда. Скажите, действительно их дедушке сто одиннадцать?

— Врёт, конечно. Восемьдесят ему, не больше. Я его ещё мальчиком помню, вот таким. Но пусть говорит, хоть какая-то радость старику.

Марья Алексевна окинула взглядом бальный зал и махнула рукой.

— Иди пока развлекись, а я со знакомыми поговорю.

Стоило мне отойти, как к княгине потянулись дамы. Судя по их количеству, разговор обещал быть долгим. Так что я отправился бродить по залу, знакомиться с местным обществом и смотреть, чем занимается моя ученица.

Глава 10 — Танцы, карты, шампанское

Мельком я увидел Диего. Она стояла в окружении дворян, смеялась и пила шампанское. Судя по голосам, она напропалую любезничала с молодыми людьми. Ну вот, а то кривилась, что балы ей не нравятся. Оказывается, вполне себе вписалась в местное общество.

Александру долго искать не пришлось. Вокруг неё тоже вились какие дворянчики и офицер в мундире. Рыжая хлопала глазами, улыбалась и выглядела счастливой. Ох, зря её взяли, испортят мне ученицу, как пить дать.

Девушка заметила меня, что-то сказала ухажёрам, кивнула несколько раз и поспешила в мою сторону.

— Константин Платонович! Здорово здесь, правда? Представляете, столько мужчин хотят со мной потанцевать. Я уже всю бальную книжечку исписала.

— Рад за вас, Александра. Только не увлекайтесь слишком сильно, мы уйдём вместе с княгиней.

— Да-да, конечно, — судя по мечтательному взгляду, мыслями она была где-то в другом месте.

— Идите, Александра, веселитесь.

— А вы?

— Я найду чем заняться.

У меня и правда было дело — посмотреть на карточную игру. Во-первых, княгиня попросила чуть-чуть проиграть местным старожилам, а во-вторых, хотелось взглянуть на игроков из академического интереса. В Сорбонне я обожал наблюдать за игрой студентов. Как они жульничали! Настоящие магистры шулерства. Обманывали не только ловкостью рук, но и магией. Знакам, которые они использовали, не учат профессора, их не найдёшь ни в одной книге. Знания передавались исключительно между студентами под большим секретом. Из чистого интереса я хотел взглянуть, как жульничают маги с Талантом.

Когда я выходил из бального зала, ударил гонг. Дворяне встрепенулись и двинулись к центру — начиналось время танцев. На балконе у дальней стены заиграли музыканты, по залу пробежала волна вздохов и шорохов платьев, а распорядитель бала объявил полонез. Не-не, я в этом не участвую, хватило танцев у Добрятниковых.