Сати Харлан – Край Железной воли (страница 4)

Кэннур избегал пристальных и ощутимо обжигающих глаз Его Величества, без интереса осматривал валяющиеся на полу камзол, золотую корону и раздумывал над своими последующими словами. Злить Уиллиса не входило в его в планы. Он должен был как можно скорее разобраться с этим и вернуться к ней.

– Гилур достаточно умен, чтобы не идти на короля войной, но и достаточно глуп, чтобы решиться на мятеж. Нам стоит быть осторожными, особенно тебе. Не ведись на его провокации, обдумывай каждый свой шаг, не дай Ди-Горну толкнуть себя в нужное ему течение.

– Себастьян, – посмеялся Агмунд. – Король не должен ходить на цыпочках и оглядываться, боясь совершить неверный шаг. Ты хочешь решить все мирно, и частично я тебя понимаю, но корона на моей голове, а не на твоей. Помни об этом.

«Помни об этом».

Слова ударили Себастьяна хлыстом и пробудили яд, который пустила в него его неумолимая Эндора. Ему предстоит встретиться с ее болью, яростью и ненавистью. Вероятно, она его не простит, когда он достанет из нее плод, питающийся ее жизнью. Пусть так. Она останется жива – это главное. Себастьян не позволит ей умереть: ни от его наследника, ни от ее собственных рук.

– Себастьян, – донесся до Кэннура настойчивый голос Его Величества. – Что с тобой?

– Мне нужно возвращаться в Мертвый дворец.

– Сейчас?! Ты в своем уме? Оставишь меня одного в такой момент?

Ответа у Себастьяна не было – не того, который Агмунд хотел бы услышать. Он, действительно, собирался оставить короля и отправиться к жене. У нее оставалось не так много времени.

– Себастьян, – нажал Уиллис, но без строгости – с беспокойством. – В чем дело?

– Эндора носит ребенка с древним даром.

– Прекрасные новости! – Король подцепил носком туфель белый камзол и, придирчиво осмотрев помятую ткань, накинул его себе на плечи. Повернулся к каменному лицу Кэннура и вскинул брови. – Или нет?

Да, для Агмунда это были прекрасные новости: у его сына будет верный, незаменимый друг – Кэннур. А вот для Себастьяна это были не новости – оживший кошмар.

– Я знал, что ребенок унаследует этот дар, но до последнего надеялся на его отсутствие. Эндора не переживет роды.

– А что твои исследования? – тихо спросил Уиллис и подался вперед. – Я могу найти тебе пару девиц на сносях.

Себастьян мысленно скривился.

– Нет. Кому надо – сами придут. Все строго добровольно.

– Ваше Величество! – В библиотеку влетел полноватый сборщик доносов. – На шестой отряд специального желтого ранга напали и дали бесклятвенникам сбежать.

– Кто?!

Уиллис рывком поднялся на ноги, а Себастьян едва слышно вздохнул.

– Защитники узнали в нападавших братьев Увин. Они ожидают в одной из гостевых столовых.

Агмунд опешил и прошипел:

– Почему они не в темнице?

– Граф Ди-Горн, Ваше Величество, – несмело выдавил из себя мужчина. – Он отказывается покидать Белый дворец без них.

– Кем он себя возомнил?! – Лицо короля пошло красными пятнами. – Стоило моему отцу отправиться в небесные чертоги Великой, как Гилур сразу же расправил свои крылья! Он думает, что мне не хватит духу повырывать из пастей его людей зубы? Моей власти хватит и на его голову! Себастьян, за мной!

Кэннур с усилием протер ладонями лицо, покорно встал. Оглянувшись на солнечные лучи, сквозящие через окно, он сцепил зубы и последовал за королем. Его сердце кусалось – противилось: он должен быть совершенно в другом месте, но Себастьян вынужден бегать за Гилуром, создающим проблемы себе и другим.

Небольшая уютная столовая, оформленная в синих цветах, вмещала в себя овальный стол из темного дерева, расставленные по углам высокие вазы, с пахучими ярко-оранжевыми цветами, и напряженную тишину, готовую лопнуть с оглушительным хлопком.

Гилур сидел во главе стола и, положив локти на столешницу, упирался мощным подбородком в замок из пальцев. По бокам от него разместились дерзко ухмыляющиеся темноволосые юнцы. Они были почти идентичны друг другу: их отличали только кучерявые локоны, падающие на лоб одного из гончих.

Агмунд сел за стол, лениво оглядел черные кожаные жилеты на молодых защитниках. Махнув взглядом по Ди-Горну, он задержался на железной голове барана, сверкающей на его груди, и на секунду скривился, молча проглатывая адресованный ему плевок.

– Что же подвигло двух первокурсников Академии напасть на специальный отряд? – ровно спросил король.

Себастьян нашел себе место рядом с Уиллисом и вскинул глаза на братьев Увин, ожидая ответа.

– Они хотели увести наших родителей в Серые горы!

– Им был дан выбор, как и всем: или обучение в Академии, или Серые горы. Ваши родители предпочли стать бесклятвенниками и познали последствия принятого ими решения. – Агмунд постучал пальцами по столешнице и уперся взглядом в хмурого Ди-Горна. – И мне очень хочется узнать: откуда в крае Железной воли столько незарегистрированных магов?

– Я не считаю людей по головам, как скотину. Если они предпочли обучению свободу, то я не осуждаю их за это, – прямо ответил Гилур, ничуть не смущаясь Его Величества.

– Не стоило им приезжать, – тихо проговорил кучерявый Увин.

– Открыто заявляете, что скрывали бы и дальше от своего короля бесклятвенников? – процедил Уиллис. – Вас следует отправить в Серые горы с такими мыслями.

Красноглазые братья переглянулись, но не было в них беспокойства. Они лишь пододвинулись ближе к Гилуру, чувствуя его уверенную защиту.

– Гончие – ценный и редкий дар, Ваше Величество, – рассудительно начал граф Кэннур. – Я хорошо знаком с Янгридом и Фатиром. Они благодарные ученики и прекрасные боевые маги. Разве можно отправлять в Серые горы за любовь к родителям?

– Можно наказывать за пренебрежение к королю, – отбил слова Себастьяна Уиллис. – Но ты прав. Дар, действительно, очень ценный.

Агмунд задумался, катая серьгу между пальцев.

– Жаль разочаровывать вас. – Гилур поднялся. – Но я забираю этих ценных и одаренных в край Железной воли. Им не место среди ваших низкопоклонников.

Вслед за Ди-Горном поднялись братья Увин.

Себастьян уловил скрежет челюсти короля и шумно выдохнул. Кэннуру стоило что-то предпринять, пока эти двое не натворили дел. Как же ему надоело быть единственным разумным человеком в этом королевстве.

– Ваше Величество, Гилур перебрал со спиртным на приеме и не может рассуждать трезво. Прошу вас закрыть глаза на его хамство.

– Вздор. Я не выпил ни капли.

Король поводил сжатыми губами, и, уловив во взгляде Кэннура предостережение, выдохнул раздражение и согласился кивком: в данной ситуации ему необходимо быть аккуратным.

– Я даю Увин неделю на то, чтобы привести свои мысли в порядок. Если по истечении срока они захотят покинуть столицу, то я не буду их удерживать. Гилур, я прощаю тебе твою грубость и надеюсь завтра не увидеть твоего лица в Тиррионе.

Агмунд скрипнул стулом и покинул гостевую столовую, лишая Ди-Горна удовольствия играть на его натянутых нервах.

Гилур глухо зарычал:

– Кто тебя просил влезать?!

– А так у тебя все было под контролем, Гилур? – уязвил его Себастьян. – Зачем ты провоцируешь Его Величество?

– Почему Кэннурам всегда и везде нужно засунуть свой нос? – Граф Ди-Горн махнул гончим на дверь – Увин сразу же испарились. – У тебя других дел нет?

– Полно. И благосостояние королевства – одно из них, а ты – прямая угроза для Селенгара. Бесклятвенники, неожиданный интерес к делам «Высшего света», открытое подрывание уважения к новому королю – прямые доказательства твоих нечистых намерений. Уиллис прекрасно все видит, Гилур. И я не советую тебе испытывать его терпение. Как показывает практика, у Агмундов оно весьма хрупкое.

– Совершенно не понимаю, о чем ты говоришь. – Ди-Горн широко улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы. – Вам не угодишь: то я подозрительно сижу за горами и строю коварные планы, то я проявляю нездоровый интерес к «Высшему свету». В желании защитить двух малолетних идиотов нет ничего подозрительного, Себастьян. Они не станут прогибаться под Уиллиса и если останутся здесь, то сгинут.

– А бесклятвенники?

Кэннур холодно осмотрел напускную веселость Гилура.

– Это больные домыслы. Можешь взять своего короля под руку и лично убедиться в их отсутствии на моих землях.

– Ты ведь этого и добиваешься? – Себастьян провел ладонью по столу, смахивая невидимую пыль. – Два человека из твоего края используют магию на главной улице Тирриона, перед этим рассказав куче народа о том, что они не учились в Академии. Следом вмешиваются две важные для королевства гончие, родившиеся в твоем крае. И, надо же, в разгар этих событий ты находишься в столице. Ты приехал не поздравить Уиллиса с коронацией, а вывести его из себя. Ты рассчитывал сделать из молодого короля безумца. – Кэннур надавил на расслабленного Ди-Горна бездонной чернотой глаз. – Но ты не учел главного – меня. Кларисса, в своих письмах к Эндоре, неоднократно интересовалась: не поеду ли я на коронацию? И я не собирался, но пришлось. Не прогадал, да?

Гилур расхохотался и, убрав руки за спину, пошел к двери.

– Кэннуры заразились блаженным недугом от Агмундов. Я не вижу других причин для твоей больной фантазии. Езжай домой и отдохни, Себастьян.

– Захват трона обошелся Агмундам слишком дорого. Найдутся ли у тебя средства для расплаты за пролитую кровь?

– Повторяю, я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Я тебя предупредил.