Сати Харлан – Край Мерцающей пыли (страница 7)

– Плевать!

Пятясь назад, я уперлась в стену и могла лишь смотреть на подходящего Наира.

– Я готов сбежать с тобой, Дэл, – прошептал он сиплым от боли голосом так, чтобы слышала только я. – Мы вместе отправимся в край Истинного света, поселимся ближе к столице и каждый год будем ходить на все те праздники, о которых рассказывал тебе торговец.

Его слова всколыхнули мое ноющее сердце, побуждая его часто забиться в надежде на жизнь за пределами Ямы. Но тут же трепетный стук заглушило смиренное отчаяние. Мне не избежать Серых гор. Я в любом случае оправлюсь туда: либо как бесклятвенник, либо как убийца-бесклятвенник. И незачем тащить в пожирающую меня пропасть еще и Наира.

Наир сделал ко мне последний шаг, но прежде чем он успел меня коснуться, раздался уверенный приказ Себастьяна.

– Стой.

Наир застыл.

Стеклянные голубые глаза подняли во мне волну беспокойства, лишь горячее дыхание друга, обжигающее щеки, выдавало в нем жизнь.

Оскалившись, я выглянула из-за Наира, готовая разорвать мага-целителя.

Себастьян, ухмыльнувшись моей реакции, поднял правую руку к груди, соединил большой и указательный пальцы и, проведя горизонтальную линию справа налево, властно сказал:

– Спать.

Наир закатил глаза и рухнул в ту же секунду.

Я подскочила и бросилась к Наиру, но маг махнул кистью, и бездушное тело, точно кукла в руках кукловода, поднялось и пошло к кровати.

Череп вновь заломило от бушующей злобы, подстрекающей спящую магию.

– Ты что творишь?

Целителя никак не тронуло мое шипение, а судя по его отстраненному выражению холодного лица – он меня даже не слышал. Или не слушал.

– Отпусти его! – рявкнула я, наступая с угрозой.

За пару локтей от Себастьяна остановилась, растерянно смотря, как Наир лег на койку и тихо засопел. Перевязанная бинтами грудь плавно поднималась и под громкий выдох неспешно опускалась. Глаза закрыты, мышцы расслаблены – спит.

Я ошарашено уставилась на Кэннура.

Этот мужчина одним словом подчинил волю Наира. И мне даже думать не хочется, что он еще может заставить сделать человека, одурманенного его магией.

Беспокойство забралось под кожу, скручивая жилы в обжигающем чувстве опасности. С этим целителем что-то не так.

– Я предупреждал. Для восстановления ему нужен покой, и я не мог спокойно наблюдать, как мой пациент пренебрегает своим здоровьем из-за глупых сердечных порывов. – Себастьян с беэмоциональным лицом вернулся к своему чемоданчику и продолжил смешивать жидкости в склянке. – Он проспит до рассвета. Можешь посидеть с ним, пока я делаю эликсиры.

Бросив на целителя осуждающий взгляд, я глубоко вдохнула горький воздух, стараясь унять головную боль – от усилий над сдерживанием пульсирующей силы под сердцем – и невольную дрожь мышц, зародившуюся в близости Себастьяна. Не помогло – жаркое давление в груди и странный озноб намертво пристали.

Скрипнув челюстью, села к Наиру и обхватила обеими руками его ладонь. Знакомое тепло окутало меня, успокаивая пожар чувств, а грубая кожа привычно оцарапала мою ладонь, вызвав болезненную волну сожаления от скорого расставания.

В уголках глаз Наира поблескивали слезы. Они пользовались его бессилием и, не встречая преград из его воли, стекали по покрытым синяками щекам, играя в закатном свете солнца.

«Великая, ты отвернулась от меня, но не смей покидать Наира. Ты задолжала мне положенный при рождении кусочек счастья, так отдай его ему. Не знаю, что меня ждет в Серых горах, но знание, что с ним все в порядке, облегчит мое заточение».

Я хотела верить, что Прародительница услышит мою молитву, что мои слова затронут ту часть ее души, где живет сострадание. И ведь я просила не для себя – для него.

Голос целителя вывел меня из раздумий.

– На вас напал окторез.

Я вопросительно и весьма непочтительно фыркнула на него.

– Я решил, вам будет интересно узнать, что за существо напало на вас.

Себастьян закончил с приготовлением целительских жиж и, сложив руки у груди, смотрел на меня.

– Не интересно, – безразлично бросила я и продолжила бегать глазами по другу, стараясь запомнить каждую родинку, каждый изгиб родного лица.

– В Тиррионе весьма удивлены данным происшествием: ареал обитания этих существ далеко от Ямы, – важно отчеканил Кэннур и продолжил, игнорируя мою невовлеченность: – Они селятся в прибрежных скалах на границе с краем Железной воли.

Судя по всему, Себастьян не отстанет, пока не выведет меня на разговор.

– И как он тут оказался?

– Со мной в Яму прибыл отряд защитников. В данный момент они обследуют близлежащие территории на предмет других особей и их гнезд. – С одним из них я уже знакома. Приятного мало – вообще ни капли. – При осмотре тела октореза они нашли нож. Как позже пояснил нам ваш друг: он принадлежал вам. – Я проглотила напряжение, понимая, к чему он ведет. – Но вот что примечательно: ржавый нож не мог убить данное существо, находясь в руках обычного человека.

Нижняя губа затряслась, и я поймала ее зубами, не желая показывать своего беспокойства. Мое магическое нутро уже не секрет. Как бы я ни храбрилась и ни старалась смириться, к этому разговору я была не готова.

Себастьян прошелся по комнате и, встав ко мне спиной, устремил взгляд в открытое окно.

– Кем были ваши родители, Дэлла? У вас есть фамилия?

Из груди вырвался тяжелый вздох. Стараясь подавлять трусливую дрожь в голосе, я ответила:

– Нет. Мама родилась в соседней деревне и посвятила всю свою недолгую жизнь сбору пыли. Об отце я ничего не знаю, полагаю, из-за него она и перевелась в Яму. – Голос прозвучал на удивление ровно, но тише обычного.

– Занятно. – Себастьян развернулся. Его черные глаза вновь впились в мое лицо – в золотые веснушки. – Вы знали, что являетесь обладательницей магического дара?

– Знала, – бесцветно ответила я, не видя смысла врать. Про истязателей из Серых гор ходит много страшных слухов, и один из них – потрясающее умение выбивать правду. Говоря без лжи, я облегчаю участь себе и упрощаю работу им.

На застывшем во времени лице Себастьяна проскользнуло мимолетное удивление.

– Тогда почему вы не встали на учет в Магической канцелярии Тирриона? Во время общения с местными стало понятно, что вы не распространялись о своей особенности. И учитывая, с какой «теплотой» они отзывались о вас… Я категорически не понимаю вашего желания тут оставаться.

Кэннур с идеально ровной спиной сел на пустую кровать.

– Какая теперь разница? К чему все эти вопросы? Ответы на них не спасут меня от заточения в Серых горах. – Тут мое самообладание дало сбой, и голос предательски дрогнул. – И не слушайте его, – я качнула подбородком на Наира, – это я виновата в смерти Шижи.

Раз я все равно отправляюсь в Серые горы, смогу хоть напоследок оградить Наира от последствий его ошибки. Не стоило ему меня защищать. Ему, в принципе, не стоило со мной якшаться.

И кто из нас приносит несчастье, Наир?

– В Серые горы отправляют преступников и бесклятвенников, – отмахнулся Себастьян. – Вы не являетесь ни тем, ни другим.

– Что? – От удивления я, часто моргая, вытаращила глаза. Я забыла, как дышать, и, кажется, даже сердце замерло в ожидании смеха, указывающего на издевательство или злую шутку.

– Вы надеялись на другой исход? – целитель все же коротко посмеялся. Мурлыкающий смех, словно густое молоко, растекся по стенам комнаты. – Мужчину нашли растерзанным мелкими черно-магическими существами недалеко от озера, но умер он задолго до прихода существ. Подозреваю, запах крови и привлек бродящего по округе октореза. – Себастьян задумчиво провел костяшками по тонкой линии короткой темно-рыжей бороды. – Защитники уверены, что в этой истории есть убийца, и это, определенно-точно, не ваш друг и не вы. Хотя Старший и пытается убедить нас в обратном. – Кэннур лениво осмотрел комнату. – Что касается незарегистрированного дара. По закону вы не бесклятвенник. Пока что.

– Получается, я могу остаться в Яме? Нужно просто зарегерировать дар?

От облегчения я была готова броситься обнимать спящего Наира. Будущее в деревне теперь не казалось мне чем-то ужасным. Могло быть хуже.

– Зарегистрировать. – По идеальному лицу Кэннура пробежало легкое раздражение. – И спешу вас огорчить. Вы не можете больше оставаться в Яме. Я забираю вас в столицу.

Глава 3

– Клятва дается магами во время обучения в Академии Древних. Обходных путей нет. – Кэннур потер переносицу, явно утомленный многократным повтором одного и того же. – Все одаренные жители Селенгара по достижении восемнадцати лет зачисляются на первый курс, являющийся обязательным – всего их пять: прохождение обучения на остальных строго добровольное. Так как о вашем даре никому не известно, очевидно, что и в списках на поступление вас нет. Учебный год через пару недель, и если вы к этому времени не явитесь в Академию…

– Стану бесклятвенником, – продолжила я.

– Верно. Завтра на рассвете мы отправляемся в край Истинного света. Я прослежу, чтобы вас зачислили, а также поддержу финансово первое время.

Вот еще! Поморщилась.

Судя по тому, как он ловко отправил Наира в беспамятство, управление людьми ему не чуждо. И я лучше буду спать на голой земле, чем останусь должником любителя поиграть в марионетки.

Я отвернулась к другу, не выдержав бездонного, царапающего льдом взгляда.

– Мне нечего предложить вам взамен.