Сати Харлан – Край Мерцающей пыли (страница 10)

Я с досадой посмотрела на его широкую ладонь и вложила в нее кинжал.

В Яме не было подобного оружия: лишь луки, охотничьи ножи да топоры, и те скверного качества, сделанные местным кузнецом-пьянчужкой.

Несмотря на грубую ковку и ржавчину, я любила свой нож: он был моим верным помощником. Я частенько упражнялась с ним на этой поляне и, благодаря ему, неоднократно спасала свою жизнь от бездновых отродьев и не только от них. Но, подержав в руках этот великолепный кинжал, я почувствовала угрызение совести; я, мало того что потеряла свой, так еще и поймала себя на мысли, какой он жалкий по сравнению с клинком Винсента.

– Мне снилась первая убитая мною тварь. – Я завистливо проследила, как Ди-Горн вложил клинок обратно в ножны. – Мне было восемь.

– Ясно, – холодно пробасил защитник и махнул рукой. – Пошли. Опаздываем.

Я ожидала многого: издевки, вопроса, ненавистной жалости, молчания на худой конец, но не равнодушия.

Проглотив свое смятение раньше, чем оно успело перерасти в обиду, я подхватила свой дорожный мешок и, мысленно попрощавшись с полянкой, поспешила за широкой спиной защитника.

Глава 4

Дом Старшего располагался на краю Ямы, ближе к широкой каменистой дороге, выводящей через Тихий лес к горам. Мы только вышли из стены высоких деревьев, а его изба уже бросалась в глаза. Она выбивалась из общей картины деревни своими размерами, большим количеством окон и убранством. Ставни, плотно выкрашенные желтой краской, украшали резные цветы. Невысокий заборчик, окружавший избу, ограждал небольшой сад с ягодными и цветочными кустами. Но яркий домик не смог долго удерживать мое внимание: у его торца стояла черная лакированная карета с запряженными в нее двумя угольно-черными варпами.

– Кого ты убила? – неожиданно спросил Винсент, продолжая идти по песчаной дорожке и нарочито не смотря в мою сторону.

Для понятия его вопроса мне потребовалось некоторое время.

– Я не знаю, как вы их называете. В деревне их зовут черными волками. – Что весьма странно, ведь игольчатая шерсть у них бурая.

– Бескут, – пояснил Ди-Горн. – Их полно в Тихом лесу.

– Полно, – невольно подтвердила я. – И мне жутко повезло, что на поляне мне встретился отбившийся от стаи… бескут, а не вся его семья.

Нервно хихикнула, не веря в собственные слова. Мне когда-то могло повезти? Мне?

– В тот день я поняла, что могу чуять бездновых отродьев. Эта особенность здорово облегчила мне жизнь.

Ди-Горн чуть скосил на меня глаза.

– Янгрид с ума сойдет, – усмехнулся он.

Я нахмурилась.

– Кто?

Но защитник вновь ушел в свои мысли и перестал замечать мое существование. Добравшись до дома Старшего, Винсент оставил меня у крыльца, а сам скрылся в доме.

Недолго думая, я торопливо пошла к карете. На ней не было ни витиеватых вычурных узоров, ни позолоченных спиц в колесе, ни кучера, разодетого в яркий бархат, – именно так я себе представляла карету придворного мага-целителя. Однако отсутствие всего этого не мешало строгой карете выглядеть дорого. Тем более с запряженными в нее варпами.

Огромные животины, почувствовав мое приближение, забили копытами и возмущенно заржали, заявляя, что утомились в долгом ожидании.

– Красавцы.

Рука пробежала по мощной шее зверя с выступающими золотыми венами из-под короткой угольно-черной шерсти.

Варпы притихли и, вытянув головы, навострили уши.

Я продолжила гладить шелковистые шкурки, шепча ласковые слова.

Немного поспротевлявшись, они все-таки поддались на льстивые речи. И вот уже сами подставляют шеи под ладони.

– Вам нравится столица? Как там относятся к таким, как мы – уроженцам края Мерцающей пыли? – В ответ они лишь раздосадовано фыркнули и принялись щипать губами платье, призывая продолжать ласки. – Хорошо, хорошо.

Хихикнув, вновь протянула к ним руки.

– В столице до тебя нет никому дела.

Ди-Горн стоял, облокотившись одним боком на карету.

Вот же взъелся!

– Он хотел сказать, что вам не стоит переживать за предвзятое отношение, – раздался голос Себастьяна за спиной.

От неожиданности я дернулась и, угодив под прямой взор его черных глаз, поежилась, чувствуя, как студеный сквозняк пробежал по затылку.

– В Тиррионе и без вас полно приезжих с разных концов Селенгара. – Немного подумав, он добавил: – Это возможность начать жизнь с чистого листа. Не упустите ее, Дэлла.

– Постараюсь. – Отойдя от варпов, я покосилась на Кэннура. – Не могли бы вы обращаться ко мне на «ты»?

Из уст придворного целителя обращение «вы» к обычной деревенщине звучало как насмешка.

А может, это она и была?

– Как тебе будет угодно. Прошу. – Он указал на открытую дверь кареты.

Наступив на ажурную ступеньку из черной стали, я в один бодрый скачок оказалась в салоне. Присев на обитую бардовым бархатом скамью, огляделась. Резные узоры из черного дерева украшали стены и потолок. Стекол в окнах не было, вместо них рамы заполняла тонкая ромбовидная решетка из прутиков серебра.

Винсент прошел по лакированному полу, оставляя отлипшие от сапог куски грязи на зеркальной гладкости. Упал на лавку напротив меня и уставился в окно, выражая полную незаинтересованность в окружающем его пространстве.

Столь хозяйское и небрежное поведение натолкнуло меня на мысль, что я могла ошибиться в своих домыслах насчет владельца кареты.

– Себастьян, это ваша карета?

Поцарапав решетку, убедилась в том, что это серебро.

– Моя. – Кэннур сел рядом с Ди-Горном и, махнув кистью в воздухе, закрыл дверь. – И тебе следует знать, что в присутствии других людей тебе подобает обращаться ко мне, используя титул.

– У вас есть титул?

Всю жизнь прожив в крае, отделенном от остального королевства горами, я даже и не подумала о такой вещи, как титул.

– Я граф южных земель края Истинного света.

Моя челюсть некрасиво отвисла. Графы, лорды существовали для меня только в маминой книге и где-то в мыслях за красно-бурыми скалами. Услышанное заставило меня еще больше напрячься. Ходить в должниках у жуткого придворного лекаря – куда ни шло, а у графа – того хуже.

– Не переживай, я не привязан к своему титулу. И ничего не имею против неформального обращения ко мне в тесном кругу.

Граф снисходительно прикрыл глаза, приняв мое потрясенное молчание за муки совести. Я решила не переубеждать его в этом и повернулась к Винсенту.

– А ты? Тоже граф?

– Нет, – резко ответил Винсент и раздраженно дернул плечами.

– Лорд?

– У меня нет титула, – процедил он и пригвоздил меня хмурым взглядом, словно я его оскорбила.

– Будь сдержаннее, Винсент. Дэлла росла в одном из самых удаленных уголков Селенгара и мало что знает о жизни в королевстве. – Себастьян выдавил из себя подобие подбадривающей улыбки. – Мы поможем тебе привыкнуть к новому для тебя миру. Ты умеешь читать, писать?

– Да, – нехотя ответила я, с осуждением прищурившись на Себастьяна. Он не сказал ничего плохого, но почему-то в груди от его слов стало неуютно. – Мама успела научить меня мало-мальски читать. Писать я уже училась самостоятельно.

– Отлично. В Академии тебе будет проще, чем я думал. – Себастьян соединил пальцы в жесте. – Вперед.

Варпы, повинуясь его словам, двинулись с места. Не видела б я, что он сделал с Наиром, удивилась бы.

– Почему вы используете варпов, а не лошадей?

На них перевозят пыльцу в столицу в силу их устойчивости к мерцающей пыли. Видеть их запряженными в карету – удивительно.

– Они быстрее и больше подходят для длительных поездок.

– По-моему, это проблемно. – Я пожала плечами, вспоминая свои первые уборки в конюшнях. – Характер у них больно скверный.

– Себастьян обладает древним даром подчинения. Если захочет, он и медведя тянуть карету заставит. – Винсент посмотрел на удаляющуюся деревню и поджал губы. – У нас появился хвост.