Сара Ларк – Рай на краю океана (страница 66)
– А ну-ка, дай я! – вмешалась женщина постарше, и малышка уступила ей место. Женщина принялась более спокойно вращать ручку, иголка замедлила свой танец – но на этот раз шов получился ровнее. Мужчина едва сумел удержать себя в руках от восторга.
– Вот видите! У вас просто прирожденный талант, милостивая госпожа! Пару дней потренируетесь – и вы сошьете свое первое платье! Прекрасно!
Женщина кивнула.
– Действительно маленькое чудо. Но сотня долларов – это большие деньги…
– Да что там, милостивая госпожа. Нельзя так считать! Конечно, на первый взгляд расходы кажутся огромными. Но подумайте, сколько вы сэкономите! С этой машинкой вы будете шить всей семье. Будете шить шторы, постельное белье… да и старое можно легко украсить, чтобы оно приобрело новый вид. Вы только посмотрите!
Мужчина снова занял место за машинкой, взял из стопки заготовленных заранее тканей детскую рубашку и кружева. Положил кружева и рубашечку под иглу машинки. Игла застучала, и через несколько секунд кружево к воротничку маленькой детской рубашечки было пришито. Женщины отреагировали на это удивленными возгласами.
– Почти как новенькая! – ликовал мужчина. – А вы подумайте, сколько стоит рубашка с кружевом. Нет, нет, швейная машинка не дорогая, ее стоимость окупается в кратчайшие сроки! Многие из моих клиенток даже устроили из приобретения небольшой бизнес и вскоре стали шить платья подругам и соседкам. Кроме того, оплачивать всю сумму сразу необязательно! Моя фирма предлагает вам купить машинку в рассрочку. Сейчас заплатите кое-что, а потом каждый месяц по паре долларов…
Торговец разливался соловьем, пока все женщины и девушки не возжелали срочно испытать машинку. Продавец терпеливо, одну за другой подпускал их к машинке, для каждой у него нашлось льстивое или восхищенное слово. Он смеялся над мелкими неудачами, самый крохотный успех превозносил до небес. Уильям слушал его и развлекался.
Наконец три женщины подписали заказ на машинки. Две другие заявили, что им необходимо посоветоваться с супругами.
Когда вся компания разошлась, мужчина казался в высшей степени довольным. Уильям подошел к нему, когда тот собирал свои ткани и машинку.
– Это просто потрясающий прибор! – заметил он. – Как он называется?
– Швейная машинка, – ответил мужчина. – Некий мистер Зингер изобрел ее сорок лет назад. То есть… не изобрел, а вывел на рынок. По общедоступной цене. Даже в рассрочку, если дамы пожелают. Шейте сейчас, платите позже. Гениально!
С этим Уильяму оставалось только согласиться.
– То есть вы их не сами делаете? Кстати, я могу угостить вас выпивкой, мистер…
– Карл Латимер, к вашим услугам. И я с удовольствием возьму виски.
Латимер отодвинул свою тщательно упакованную машинку в сторону, давая Уильяму возможность сесть за стол и поставить бутылку виски. И только потом стал отвечать на его вопросы.
– Конечно, машинки я делаю не сам. Никто не стал бы этим заниматься за сотню долларов. Довольно трудная задача. Только представьте, сколько это патентов! С одной стороны, изобретатели до сих пор спорят по поводу того, кто у кого какую идею украл. Но меня все это не касается. Я торговый представитель. Я просто привожу эти штуки людям… лучше всего прямо женщинам, конечно.
Уильям налил ему еще.
– Торговый представитель?
– Это вроде продавца Библии, – рассмеялся Латимер. – Раньше я действительно занимался этим, но это было далеко не так интересно и прибыльно. Но в целом принцип тот же. Ходишь от дома к дому и объясняешь людям, что покупка этого товара неизбежно приведет к вечному блаженству. В городах, впрочем, от брожения от дома к дому можно отказаться. Люди сами приходят на демонстрации этого маленького чуда. Но чаще всего я путешествую от фермы к ферме и устраиваю женщинам приватные демонстрации.
– Но продаете вы немного, не так ли? – поинтересовался Уильям.
Латимер кивнул.
– Верно, но зато не нужно платить за еду и отель. Дамы с радостью предлагают мне остановиться в комнате для гостей – и не поверите, насколько часто находится миленькая дочь или служаночка, которая скрасит ночь! И сбыт совсем не так уж плох. Просто нужно правильно выбирать фермы. На маленьких часто не хватает денег, но там работает идея рассрочки. Если женщина надеется еще немного подзаработать с помощью машинки, то она сразу же приходит в восторг. А на крупных фермах денег куры не клюют, зато женщинам скучно в глуши. Тогда я всегда показываю французские журналы мод и забрасываю в качестве наживки идею о том, что можно сшить себе такие же наряды. Так что не хочу хвастаться, но две из трех дам обычно мои. Все дело в том, чтобы убедить их!
Уильям кивнул, и в ушах у него снова зазвучал голос банкира из Квинстауна: «Почему бы вам не заняться тем, к чему на самом деле лежит душа?»
– Скажите… – Уильям поднял бокал. – А как стать торговым представителем? Для этого нужно образование? Стартовый капитал? Где вы вообще научились обращаться с этой машинкой?
Свой стартовый капитал Уильям заработал у обрадовавшегося гробовщика, где продолжил оттачивать свое умение продавать. Демонстрационный прибор представитель должен был приобрести сам; кроме того, перевозить его на лошади было нельзя, для этого требовалась легкая повозка.
Но уже вскоре после подачи заявки в фирму, где работал Латимер, он получил приглашение на обучающие курсы в Бленеме. Уильям познакомился с принципом работы машинки, научился разбирать и снова собирать ее и в случае необходимости делать мелкий ремонт. Конечно же, будущие представители – все без исключения молодые, красивые и обаятельные мужчины – учились делать идеально ровную строчку, быстро шить одежду и украшать ее.
– Просто шить недостаточно! Вы должны смутить женщин, привести их в восторг – и тут ничего не может быть лучше детского платьица, которое вы сумеете сшить за несколько минут! – пояснял учитель, но Уильям слушал его вполуха. Он сможет убедить своих клиенток. Говорить красиво он всегда умел. Как называла Илейн это искусство?
Уильям наконец нашел то, что у него получалось лучше, чем у других.
Кура всегда подозревала, что обладает более сильным и красивым голосом, чем у других. Теперь ее убежденность в том, что она – одаренная певица, росла день ото дня. Хотя Родерик прекратил давать ей уроки – несмотря на все ее старания и успехи, в какой-то момент он потерял интерес и теперь предпочитал брать ее с собой на осмотр достопримечательностей городов, куда они приезжали с гастролями, – она без труда затмевала остальных певцов. Благодаря тому, что ее научили правильно владеть голосом, девушке лучше удавались низкие и высокие ноты. Теперь диапазон ее голоса составлял уже почти три октавы. Она могла держать звук дольше и не испытывала необходимости в том, чтобы петь громче, чем указано в партитуре. Даже в самой слабой постановке, в квартете «Трубадура», в котором остальные певцы просто кричали друг на друга, ее Азучена не терялась. Сильный голос Куры пробивался без усилий, на нормальной громкости, и она не казалась при этом напряженной, у нее даже было время на то, чтобы играть свою роль. Каждый вечер публика аплодировала ей стоя, и она чувствовала себя все более уверенно. Кура была исполнена решимости ехать с ансамблем обратно в Англию. И очень удивилась, когда Бригитта поведала ей, что после турне труппа будет распущена.
– Нас ангажировали только для турне по Новой Зеландии и Австралии, – сказала танцовщица, снова вернувшаяся в форму. В этом отношении Кура ее даже почти зауважала. Бригитта столь же отчаянно занималась возле спинки стула, своего импровизированного балетного станка, как Кура пела.
– Ты ведь не думаешь, что нас кто-то хочет видеть в Европе! Певцы – один сплошной кошмар, хоть это видит только Сабина. Она уже хочет бросить карьеру и начать давать уроки пения. А танцоры… двое-трое ребят хороши, но большинство девушек просто смазливы. Вероятнее всего, наш Родди отбирал их только ради внешности. Настоящий импресарио подходит к таким вопросам более критически. Его не интересует, как ты улыбаешься. Ему важно лишь одно: как ты танцуешь.
«Или поешь», – вдруг с испугом подумала Кура. Но она твердо верила в то, что сумеет пробиться и в Лондоне, поскольку будет не одна, Родерик поможет ей. У него в Англии наверняка есть связи, и, возможно, сразу же соберется новая труппа для нового турне…
Поэтому Кура пребывала в наилучшем расположении духа, когда они наконец покинули Австралию и приплыли в Веллингтон. Оттуда они вернулись на Южный остров; паром привез их в Бленем. Кура понятия не имела, что как раз в тот момент, когда певцы ступили на землю и стали готовиться к отплытию в Крайстчерч, Уильям сидел в большом фабричном цехе на окраине города и осваивал премудрости работы с ручной швейной машинкой. Впрочем, она знала, что его уже нет в Киворд-Стейшн. Она время от времени писала Гвинейре и тоже иногда получала письма от нее, если труппа задерживалась в одном городе или если Джордж Гринвуд решал озаботиться почтой. Впрочем, о точных обстоятельствах ухода Уильяма ей не говорили. Гвин лишь написала, что мисс Уитерспун с фермы тоже ушла.