Саня Сладкая – Волк в моем сердце (страница 16)

Через пять минут медленной ходьбы я совсем расклеилась и с трудом передвигала ноги. Теперь все было еще хуже — я могла бы дойти до Тогиуса одна, но это значило, что нужно оставить Эльку на обочине. Что, если ее найдут дикие звери? От этой мысли мурашки побежали по коже. Можно вернуться назад и оставить ее в машине, а потом найти другую машину и забрать…тело. Но где взять вторую машину? План казался ненадежным и трудно выполнимым.

Единственный, кто мог бы мне помочь — это Натан, который просто исчез, словно его никогда не было. Стоило об этом подумать, как в отдалении мне почудилась тень — кто-то сидел в нескольких метрах прямо возле молодых елок. То, что это был не человек, я поняла, только немного приблизившись. Серый оборотень сидел, навалившись спиной на дерево, и свесив лапы. Почувствовав, что находится не один, он поднял морду и посмотрел на меня. Две желтых точки мигнули в сгущающихся сумерках. Я едва не уронила Эльку на землю, но вовремя успела прижать ее к себе.

— Не подходи. — Мое предостерегающее шипение вряд ли его убедит, но сделать вид, что я его не вижу, я точно не могу, — мы просто уйдем и все, как будто тебя тут нет. Хорошо?

Волк медленно повел головой и продолжил смотреть. С ним явно что-то было не так — может, подбили военные? Но тогда почему не добили до конца? Вряд ли бы они оставили его в живых. И тут меня внезапно осенило:

— Натан?! Это ведь ты?

В ответ он протяжно взвыл, тихо, совсем не угрожающе. Подойдя ближе, я пыталась увидеть хоть что-то, напоминающее о Натане. Когда я приблизилась, оборотень махнул лапой и бросил в мою сторону рюкзак. Наш походный рюкзак, который мы собирали в доме Натана перед уходом.

— Натан…тебя ранили!

Я осторожно положила Эльку на землю и подошла к волку. Стараясь не делать резких движений, я раздвинула скатавшуюся, мокрую шерсть на его груди и подавила тяжелый вздох — в груди сидела пуля, и кровь лилась непрекращающимся потоком. Если бы он сейчас был человеком, то давно бы умер. С таким ранением человеку выжить просто невозможно.

Я прикусила губу, не понимая, что нужно делать. Дыхание Натана было очень тяжелым и редким, он прикрыл глаза и, отвернув морду, попытался втянуть носом воздух. Я схватила рюкзак и выпотрошила из него почти все — аптечка и фонарик нашлись на самом дне. Моих знаний вряд ли хватит, чтобы достать пулю без последствий, но в том, что ее нужно достать, я не сомневалась. И сделать это нужно как можно быстрее. Немного успокаивало то, что сейчас Натан — оборотень, а значит, с горем пополам, может пережить мое вмешательство. По крайней мере, я на это надеялась. В аптечке был медицинский спирт, ножницы, йод и пинцет. Бинтов и марли вряд ли хватит, но хотя бы что-то. Теперь осталось только решиться и начать.

Вдруг Натан резко дернул головой, тревожно повел ушами и зарычал. Я тоже прислушалась и с ужасом поняла, что в нашу сторону едет машина.

Глава 21

Это точно не местные. Потому что никаких местных в Тогиусе нет, их или поубивали или где-то спрятали. Любой человек для меня сейчас — угроза для жизни. Я смотрела на дорогу, и понимала, что мы с Натаном сидим у обочины, и нас увидят буквально через пару минут. А как только увидят, начнут стрелять. Ранние сумерки не спасут и нам совсем негде укрыться. Хотелось плакать, а еще лучше — проснуться и понять, что ничего этого нет на самом деле. Боже, как же хочется очнуться в собственной постели в объятиях мужа! Но моя нормальная, спокойная жизнь осталась только в воспоминаниях…

Натан вывел меня из прострации — попытался встать на задние лапы, но, не удержавшись, упал на бок. Я тут же засуетилась — сгребла в одну кучу все наши пожитки, побросала медикаменты и продукты обратно в рюкзак, закинула его на плечи. Затем подошла к Натану и попробовала схватить его за загривок — нет, тащить волоком его точно не получится. На себе — тоже вряд ли, я его и человеком-то еле смогла поднять.

Остается только одно. Я подошла со спины, продела руки под лапы и сцепила пальцы в замок чуть ниже груди. Натан протяжно вздохнул. Наверное, ему больно, но других вариантов нет. Сдвинуть его с места получилось лишь с пятой попытки, и, кажется, я надорвала поясницу, потому что слишком резко дергала назад. Но дело пошло быстрее, Натан помогал, и отталкивался задними лапами. Так нам удалось отползти вглубь леса и укрыться за деревьями и пригорком, поросшим бурьяном. Элька осталась лежать на обочине, и, пытаясь успокоить разбушевавшиеся нервы, я надеялась, что для тех, кто сюда едет, она не станет великим открытием.

Оглушительный шум мотора разрезал звенящую тишину леса. Тот самый грузовик, который нас преследовал, остановился возле Эльки. Хлопнула дверца, до ушей донеслась ритмичная музыка и тут же затихла. Сколько их? Двое, трое? Едва дыша, я наблюдала из кустов, как один из военных подошел к Эльке, и лениво пошевелил ее тело носком ботинка. Водитель грузовика высунулся в открытое окно и бросил сигарету — ярко-красный уголек взметнулся в воздухе и погас.

— Так все-таки подбили одну, наглухо. Это телка из машины. Они не должны далеко уйти.

— Не, а ты такое вообще видел? Ехали с оборотнем в машине. Я охренел, если честно.

— Н-да…это было интересно. Надо лес прочесать. Если бросили свою подружайку, то должны быть поблизости. А этого лохматого найдем, я ему пулю в грудину засадил. Никуда не денется.

Худшего поворота событий в глубине души, я, конечно, ждала, но отчаянно надеялась на удачу. Не повезло. Найти нас — секундное дело, нужно лишь немного пройти в лес. Если бы у них были собаки, то наше укрытие было бы давно рассекречено. Я прижалась к Натану, подсознательно пытаясь спрятаться — от его тела шел жар, как от печки. Вот только спокойнее не становилось.

Снова хлопнула дверца грузовика — еще один военный спрыгнул на землю — на его плече висело охотничье ружье. Он шел к обочине, вальяжно переваливаясь, словно вышел прогуляться и подышать воздухом.

— Они где-то бросили тачку. Надо проехать, проверить. А эту, — он пнул Эльку, — давай загрузим, чтоб глаза не мозолила.

— И охота тебе возиться… — недовольно пробурчал второй, но послушно подхватил безжизненное тело за ноги. — Помоги, раз так.

Закусив губу, я смотрела, как они тащат Эльку к грузовику — ее голова была откинута назад, а волосы «подметали» землю. Третий мужчина в зеленом камуфляжном костюме покинул водительское место и пошел поднимать тент на грузовике. Я отчетливо слышала, как лязгнули засовы борта, а затем глухой звук падающего тела в кузов. Они бросили ее, как что-то ненужное, словно она не была человеком.

— Ну что, прочешем окрестности? — буднично спросил кто-то из них и сплюнул на землю. Я закрыла глаза и принялась молиться — от напряжения кружилась голова, кажется, поднялось давление. Не знаю, почему, но умирать от рук этих ублюдков, я не хотела. Уж лучше быть растерзанной оборотнем, чем погибнуть от рук этих нелюдей! В эту секунду что-то произошло — в серое небо взвилась стая воронов — они перепугано загалдели, кружа в одном месте.

— Они там! Михалыч, заводи тачку и готовь ружье, сейчас славно поохотимся!

Голос одного из них показался мне радостным. Этот ублюдок предвкушал веселое развлечение. Военные резво попрыгали на свои места, и грузовик тронулся с места. Спустя несколько секунд, он скрылся из виду, унося с собой Эльку.

— Они уехали. И мы не можем забрать машину, кончился бензин.

Я посмотрела на Натана с надеждой на то, что он хоть как-то отреагирует. Но он просто лежал, предоставив самой решать эту проблему.

— Ты ведь не можешь сейчас обратиться? Если сделаешь это, то умрешь?

Я протянула руку и погладила его между ушами. Мы потеряли время на то, чтобы достать пулю — стало совсем темно, а включать фонарик очень рискованно — они могут очень быстро вернуться и начать поиски. Хотя, может, не запомнят место? Очень сомнительно. Но нам нельзя здесь оставаться. Нужно уйти подальше, попытаться где-нибудь спрятаться. Вот только где найти укромное место в глухом лесу? Да и появление других оборотней никто не исключал…

— Натан. Придется еще немного поднажать. Оставаться здесь нельзя, скорее всего, они вернутся сразу, как только заберут машину.

Он открыл глаза и посмотрел на меня. Жаль, что я не умею читать мысли, но мне показалось, что Натан не хочет, чтобы я его куда-то тащила. В его звериных глазах была мольба. Вот уж нет, чего задумал! Одна скитаться по лесу я точно не стану. Ничего, что-нибудь придумаем, выход всегда есть, он есть, даже если тебя съели. Я хмыкнула под нос и снова обхватила Натана под грудью. Наше путешествие продолжалось.

Не знаю, сколько времени мы ползли по лесу — если сначала я пыталась запомнить наш путь, чтобы потом вернуться к дороге, то сейчас окончательно оставила эту затею — в кромешной темноте ничего не запомнишь, да и нет смысла возвращаться на главную дорогу. Нас там всегда будут ждать с распростертыми объятиями. Одно радует — никто так и не стал прочесывать окрестности, а если и стал, то, скорее всего, мы ушли далеко от их зоны поиска. Мы оторвались, а это главное. Сейчас я думаю о бутылке с водой, которая лежит в рюкзаке, но достать ее, совсем нет времени — не хочется останавливаться и сбавлять шаг, мы бесконечно долго продираемся сквозь траву и колючки, спина взмокла так, будто я сидела на верхней полке бани. Плюс от этого тоже был — я совсем не чувствовала холода. А он был жуткий, если судить по деревьям, которые гнулись от завывающего ветра.