Рита Хоффман – Раскол (страница 69)

Напряжение спа́ло. Солдаты продолжили есть, время от времени поглядывая на притихшую Каттани.

Покончив с едой, все начали спешно собираться и проверять оружие. Улучив мгновение, когда рядом никого не было, к Райордану подошел Йель.

– Ты поступил правильно, – сказал он.

– Я не жалею об этом. И не жалею ее. – Рай спрятал кинжал в голенище сапога и выпрямился. – Тебе тоже не стоит.

– Она женщина…

– Она воин. А теперь – солдат. Ты можешь быть самым воспитанным лордом на всем трижды проклятом континенте, но не сейчас, Йель. Тебе пора научиться быть жестким.

– Вижу, у тебя это получается без особого труда, – тихо буркнул брат.

– Разве не ты постоянно твердишь о том, что я должен надеть венец нашего Дома? Попробуй вспомнить, сколько раз наш отец проявлял мягкость.

– Пожалуй, никогда, – согласился Йель. – Хотя… однажды все же проявил.

– Когда?

– Когда позволил тебе вернуться. – Брат горько усмехнулся. – Знаешь, между вами намного больше общего, чем тебе кажется, Рай.

– Если с Сынами Зимы что-то пойдет не так – убегай.

Райордан положил руку на плечо брата и заглянул в его глубокие грустные глаза.

– Разве я трус? – Йель замотал головой.

– Ты сын лорда Абботта. Один из нас должен выжить любой ценой.

– И это не я. В любое другое время ты мог сказать, что мягкий, понимающий лорд – благо для его людей, но не сейчас, Райордан. Если отец погибнет в бою, я не смогу вести армию. А ты сможешь.

– С чего ты взял? – возмутился Рай.

– Ты только что доказал это. – Йель пожал плечами. – И не только мне. Не думаю, что кто-то из этих солдат усомнится в твоем праве, после того как ты поставил на место Каттани.

– Всего лишь девчонка, возомнившая о себе слишком много.

– Один из лучших воинов своего Дома, – возразил Йель. – Ты мог сорваться и приказать Неррелю казнить ее, но вместо этого вышел из ситуации так, как подобает сыну Дома Ледяных Мечей.

– Брось, я просто один из тех лордов, которые платят за то, чтобы красивые женщины на них плевали, – попытался отшутиться Райордан.

– Что ж, ты наконец назвал себя лордом. – Йель усмехнулся. – И признал, что считаешь Каттани красивой.

– Заткнись. – Рай толкнул брата плечом и проворчал: – Я уже говорил, что лучше шагну в пасть самой уродливой твари Фаты, чем свяжусь с северной женщиной.

Йель закинул сумку на спину и бросил:

– Однажды ты поймешь, что узы, которыми связала северян Хрустальная Башня, так просто не разорвать. Ты любишь свою родину, Рай, вместе с вечными снегами, холодом и непокорными женщинами, которых время от времени хочется убить.

– Некоторых – гораздо чаще прочих.

Неррель махнул рукой, давая понять, что отряд готов выступать.

– Что ж, надеюсь, мы спустимся с горы в том же составе, – пробормотал Рай, разглядывая окутавший вершины густой туман. – Пойдем.

Все оказалось куда хуже, чем они думали: снег таял быстро, и чем выше они поднимались, тем теплее становилось. Кханташ скинул волчью шкуру, остальные сняли плащи и спрятали их в походные мешки и сумки. Снабженцев пришлось оставить у подножия вместе с большей частью «крыльев».

Вместо привычных сугробов Райордан видел посеревший снег, стремительно превращавшийся в грязную кашу. В сапогах чавкало, ноги скользили по жидкой грязи и мокрому камню.

– Я готовился к снежной буре, но, кажется, у Трех другие планы, – прохрипел Кханташ, смахивая пот со лба. – Того и гляди пойдет дождь.

– Меньше болтай, – посоветовал Неррель. – Здесь, наверху, другой воздух. Дышать сложнее.

– Я прекрасно знаю об этом, умник, – вяло огрызнулся берсерк.

Рай следовал совету Нерреля и молчал. Подъем давался ему непросто: годы, которые он посвятил дракам и авантюрам, с лихвой компенсировало время, проведенное в покое и сытости. Все еще крепкое тело стало менее выносливым, иногда он останавливался, чтобы отдышаться.

Остальные члены отряда оказались более подготовленными: Неррель даже не вспотел, близнецы и Каттани тоже держались отлично, и только Кханташ задыхался и жаловался на жару. Даже Йель выглядел довольно бодрым.

– Может, остановимся? – предложил он, нагнав Рая. – Ты побледнел.

– Отвык от гор, – признался тот. – Здесь иначе дышится. Чем глубже я пытаюсь вдохнуть, тем сильнее кружится голова.

– Может, пора устроить ночлег?

– Нет. Мы не должны тратить время зря.

– Сон – это не трата времени, – возразил Йель. – Если Сыны Зимы все же попытаются нас убить, нам потребуются силы. Нам всем.

Рай нехотя кивнул: в словах брата был смысл.

– Эй, Неррель! – крикнул он. – Может, пора поспать?

– Если вы приказываете! – откликнулся юноша. – Привал!

Неподалеку от Колючей тропы обнаружился каменный пятачок, с которого сошел весь снег. Кханташ развел костер, хоть и потратил на это куда больше времени, чем обычно, – ему пришлось спалить собственные перчатки, чтобы огонь занялся и перекинулся на сырые ветки.

Райордан достал из сумки плащ, бросил его на землю и уселся, ощутив что-то, смутно напоминавшее блаженство.

– Сапоги бы посушить.

Лин в нерешительности застыла у костра. Ее босые ступни покраснели, она поджимала пальцы и заискивающе смотрела на Кханташа.

– Ты уверена, что сапоги стоило снимать? – спросил Рай. – Здесь намного теплее, чем раньше, но все же не настолько.

– Это всего лишь холод, – бросил Нино. – Он друг для северян.

– Держи.

Кханташ протянул Лин палку, та надела на нее сапог, другой конец воткнула в трещину меж камней и удовлетворенно кивнула.

– Жаркое из сапога, – пробормотал Зердан. – Прекрасно.

– Ходить в мокрой обуви я не стану, – фыркнула Лин. – Это неприятно и куда опаснее, чем ходить вовсе без нее.

– Если бы мы знали, что нас ждет таяние вечных льдов, захватили бы кожаные сапоги, – извиняясь, пробормотал Неррель.

– Нельзя быть готовым ко всему, – изрек Кханташ, укладываясь на плащ. – Кто будет дежурить первым?

– Я, – тут же вызвалась Каттани.

– Хорошо. Когда масло в фонаре прогорит, разбуди меня. – Неррель сел и обвел взглядом отряд. – После меня…

– Спать так долго мы не можем, – перебил его Райордан. – Каттани, потом ты, а после – подъем.

– Как прикажете, – согласился Неррель и лег.

Сон не шел. Райордан долго ворочался, смял плащ, затем плюнул на все и уставился в нависшую над горами тьму. Отсюда она выглядела еще отвратительнее: клубилась, сворачивалась в спирали, не прекращая своего странного танца ни на мгновение. Казалось, небо поглотило живое существо, древнее и могущественное, мерзкое и безжалостное.

«А ведь Каттани говорила верные вещи, – вдруг подумал Рай. – Никто не знает, исчезнет ли эта пакость, если мы победим. Что, если после смерти Верховной солнце не вернется? Даже отбросив демонов обратно в Фату, мы останемся в умирающем мире. И либо умрем вместе с ним, либо приспособимся».

Он сел и взглядом отыскал сидевшую на камне девушку. Она что-то делала со стрелами, тихо напевая. Ее косы, обычно обернутые вокруг головы, сейчас лежали на спине, свисая до самой земли.

«Подойти? И что сказать? “Прости, что ты плюнула мне в лицо”?»

Собравшись с духом, Райордан тихо поднялся, но успел сделать всего пару шагов: Каттани резко повернулась и направила на него короткий меч.

– А, это ты, – почти разочарованно выдохнула она, опуская оружие. – Тебя не учили не подходить сзади к вооруженным людям?