Рина Кент – Бог Гнева (страница 30)
Образы того дня снова проносятся в моей голове. Карающие губы, безжалостные руки, неумолимые глаза.
Я думала, что это сон, но явно отключилась, и это было дольше, чем обычно, поскольку мой мозг был способен превратить это событие в сон.
Мои пальцы пролетают над губами и неуверенно касаются их. По телу пробегает разряд, и обычно я опускаю руку, как будто меня поймали на краже из банки с печеньем.
Но сейчас я этого не делаю.
На этот раз я закрываю глаза и представляю его губы, недвусмысленные и властные. У меня не было выбора, кроме как позволить ему ласкать, сосать, лизать.
Это был украденный момент, который я не могла прервать.
Я ненавижу себя за то, что переживаю это снова и снова. За то, что представляю его большую руку на моей талии, а другую, прижимающуюся к моей щеке.
За то, что до сих пор ощущаю, как его эрекция трется о мою спину.
Но больше всего я ненавижу думать о том, почему он ушел и не вернулся.
Не то чтобы я хотела, чтобы он вернулся.
Первые несколько дней, когда его не было рядом, чтобы присматривать за мной, я чувствовала облегчение.
Джереми — опасный человек, самая страшная загадка, дьявол с извращенной моралью и жестоким характером. Он абсолютно не тот, с кем я хотела бы общаться, поэтому, да, я была рада, что он покончил со своими преследованиями.
Но это облегчение вскоре переросло в нечто более мерзкое.
Беспокоящее любопытство.
Я все время вспоминаю, что произошло после того, как он поцеловал меня, влил водку мне в горло, а потом выпил ее с меня.
Он выглядел безумным, прежде чем резко объявил, что мы уходим. Нет, не безумным. Возможно,
Я не могу сказать точно, учитывая его постоянно меняющееся сердитое выражение лица, поэтому не знаю, выглядел ли он так просто, потому что мог или из-за чего-то, что я сделала.
Я открываю глаза, тихо стону, затем достаю свой телефон и открываю Instagram. Я понимаю, что позволяю ему залезть мне под кожу, но ничего не могу с собой поделать.
У Джереми есть аккаунт, но он редко публикует на нем фотографии, и большинство из них размыты и непонятны. Масса черно-белого и загадочного.
День назад я дважды пролистала все его посты. Сейчас третий раз.
Я игнорирую этот голос и начинаю с самого начала.
Его фотография профиля — это черно-белый боковой снимок его на мотоцикле, в кожаной куртке. С этого ракурса, его волосы развеваются на ветру, его квадратная челюсть кажется готовой разрубить кого-то пополам.
На большинстве фотографий он на мотоцикле, с Николаем, который обычно полуголый на своем мотоцикле, или с другими парнями. Нет ни одной семейной фотографии. Нет даже фотографий с Анникой.
Тем не менее, она пишет религиозные посты, и некоторые из них включают Джереми. Он — невольный участник всех этих фотографий, так как она обычно застает его на заднем плане.
Моя любимая фотография — та, которую она опубликовала несколько недель назад. Она была маленькой, ей было около четырех лет, а Джереми не больше десяти. Она смеется сквозь слезы, а он вытирает их. Ее подпись была еще более трогательной.
Но даже у Анники нет полной семейной фотографии. Самая близкая к семейной фотография — та, где она обнимает свою маму, а Джереми стоит позади них.
Она подписала ее:
Нет никаких следов их отца, и, наверное, это логично, учитывая его руководящую должность в мафии.
Пролистав профиль Джереми дольше, чем нужно, я застонала и нажала на главный экран.
Первое появившееся сообщение = это Лэндон, целующий статую в губы.
landon-king: Если ты знаешь, что такое агальматофилия, будь моим?
Я знаю, что Лэн был очень сексуально озабоченным человеком с тех пор, как мы были подростками. У него были странные сексуальные приключения, что отличается, скажем, от его близнеца, Брэна.
Он на том же уровне, что и Реми, но не совсем. Ремингтон искренне любит бегать за юбкой, он плейбой насквозь.
Лэн хочет только странных ощущений, вещей, которые не одобряются обществом, фетишей, которые большинство людей боится попробовать.
Он словно бросает себе вызов, заходя все дальше и дальше.
Пока не окажется вне досягаемости.
Временами это прямо парафилия. Сексуальное отклонение и влечение к нетипичным людям, ситуациям, объектам и поведению.
То, что характерно для большинства серийных убийц.
Забавно, что подобные сообщения раньше терзали мое сердце, но теперь я просто улыбаюсь и люблю его фотографию. Наверное, это значит, что я достаточно эмоционально созрела, чтобы лучше его понимать.
Я даже не обращаю внимания на тысячи жаждущих комментариев от девушек и парней, добровольно соглашающихся стать объектом его извращений.
Они, вероятно, не чувствовали бы себя так же, если бы он действительно действовал в своих извращениях. Во множественном числе. Я знаю, что не позволила бы ему связать меня в комнате и дать посмотреть случайным незнакомцам.
Я всегда думала, что мы сексуально совместимы, но, возможно, это были лишь напрасные надежды.
Я прокручиваю страницу, чтобы прочитать комментарии наших общих друзей.
lord-remington-astor: Фотография была сделана мной. Не нужно благодарить меня, дамы.
eli-king: Без языка?
ariella-jailbait-nash: *глаза сердечки*
the-ava-nash: Какого черта ты здесь делаешь, Ари? Тебе всего 16. Убирайся из пространства 18+!
ariella-jailbait-nash Нет.
annika-volkov: Так красиво.
glyndon-king: Статуя *глаза сердечки*
brandon-king: Бедная статуя.
Я комментирую под ними.
cecily-knight: *сердечки*
Я собираюсь прокрутить еще немного, но суматоха в квартире отвлекает мое внимание.
Поскольку я все равно не занимаюсь, то скатываюсь со стула, делаю несколько растяжек, а затем разглаживаю свою пушистую пижаму.
Определенно, это не то, что я бы купила себе сама. Хотя я за все удобное и непринужденное. Это подарок от Авы, и я ношу ее, потому что на футболке есть надпись
Как только я открываю дверь, на меня обрушивается бесконечный шум и болтовня.
Неудивительно, что Реми решил вторгнуться в наше пространство, просто потому что ему скучно и, вероятно, на сегодня у него не запланирован перепихон. Как обычно, с ним Крейтон и Брэн.
Он вваливается в нашу гостиную с бутылками пива и начинает пинать, толкать и переставлять нашу мебель.