Рамис Латыпов – Пацан шел к успеху: хроники Бататыстана (страница 4)
– Я же не… это… мы не… – лепетал Ажаган и украдкой глянул на девушку. Та стояла, опустив голову.
Начальник ЗАГСа начал давить:
– Вот молодёжь пошла… Как ты можешь отказываться? Нельзя так с девушкой!
Тем временем глава наливал Ажагану большую порцию водки, прошептал:
– Всё это будет твоим. И тебе больше не придётся красть водку, – он подмигнул и выпил до дна.
– А откажешься – посадим за воровство, – снова подмигнул.
Начальник РОВД кашлянул в кулак и холодно бросил:
– Четыре года. На условное не рассчитывай. Сам в наручниках увезу. Отпечатки пальцев уже взяли.
Это был классический метод кнута и пряника. Ажаган не хотел уходить с праздника в наручниках – мало ли что ещё припишут… Прокурор, например, уже пообещал обвинение в попытке изнасилования.
Он не смог сказать «нет».
Позже глава лично отвёз «молодых» в их дом. Ажаган был ошеломлён – перед ним предстал настоящий коттедж. Огромный, с резьбой, стеклянной верандой и двухэтажной лестницей.
Глава намекнул: если Ажаган откажется от сестры, то его первой жене «доложат» всё – что «поматросил и бросил». Мосты будут сожжены. Развод – неизбежен.
– Так что, давай лучше сам, – подвёл итог глава.
Любовь к той, прежней, к этому времени уже прошла. Жажда власти осталась.
Ажаган развёлся, женился на сестре главы. На следующий день его назначили председателем колхоза. Так он стал Ажаганом Ялагаевичем.
Бывшего председателя – старичка, героя социалистического труда, чьими стараниями колхоз стал миллионером, – просто вышвырнули на улицу.
Глава района поймал двух зайцев одним выстрелом:
– избавился от «старой гвардии», чьи связи и авторитет мешали ему управлять по-своему;
– и, наконец, выдал замуж свою засидевшуюся сестру.
НЕДОБРЫЙ НАЧАЛЬНИК
Ажаган Ялагаевич упивался властью. Он знал: короля делает свита. Первым делом уволил бывших заместителей и набрал в команду лично преданных холуёв. Благо желающих было в избытке.
Больше всего на свете он любил проводить многочасовые совещания, где унижал и высмеивал подчинённых.
Колхоз был богатым, всё было отлажено – всё шло по инерции. Прежний председатель хозяйства сделал многое, но так и не смог победить одну беду: в деревне процветало мелкое воровство.
Ажаган Ялагаевич понимал – реальными достижениями блеснуть будет сложно. Значит, нужны громкие победы. Нужно, чтобы его хвалили… Но как? Он объявил, что при нём воровства не будет. Люди усмехнулись:
Ажаган Ялагаевич решил взяться за дело лично. Выезжал по ночам вместе с холуями и за малейшую кражу наказывал кулаком. Люди начали понимать: будешь воровать – получишь «лещей».
В кабинете он повесил два портрета: главы района и Сталина. Ажаган помнил с уроков истории – не Сталин лично расстреливал в деревнях, а люди сами друг друга сдавали. Вот эту систему он и решил внедрить. Если кто-то «стучал» на соседа, всё изъятое передавалось доносчику в качестве награды. Многим это понравилось: сам не воруешь – и всё равно получаешь. Законно! А сосед с носом остаётся. А узнает ли он, кто сдал – это ещё вопрос…
В деревне, конечно, все всё понимали, но доносчики надеялись, что их никто не раскроет.
Что бы ни украл человек – сразу появлялись люди Ажагана Ялагаевича и изымали ворованное. Доносчиков поощряли, воров – били.
Вскоре весь район начал бояться Ажагана Ялагаевича.
– Вот, при нём люди перестали воровать! – хвалил его глава района и ставил в пример другим.
Однако дела в колхозе шли всё хуже. Это компенсировалось тем, что Ялагаевич не только «искоренил» воровство, но и перестал платить зарплату.
– Экономика должна быть экономной! – внушал он на совещаниях и часами объяснял, почему платить нельзя. – Деньги в руках населения подрывают стабильность! Поэтому и Союз развалили!
При этом сам Ажаган Ялагаевич любил воровать. Глава оказался прав: его сестра оказалась молчаливой, покорной женой, но с головой – всё было в порядке. Она помогала мужу надёжно прятать ворованное – так, что «дебет с кредитом» сходился до копейки. Ни одна проверка не могла ничего найти.
Был, правда, один минус: она была точной копией брата.
– Усы у тебя лучше, чем у него, – поддевал её Ажаган, наслаждаясь тем, что она терпит, глотая слёзы.
Но она терпела.
Во-первых, была старше мужа на семь лет. До замужества уже потеряла всякую надежду выйти замуж – а это в тех краях было мечтой каждой женщины. Она помнила, как ежедневно молилась, прося Всевышнего послать ей супруга.
Она всё видела: как легко Ажаган порвал свою прежнюю семью. И теперь боялась потерять его. Поэтому закрывала глаза на многое.
Он ей нравился. Она любила его.
Да, он дурной, но –
Она выстрадала это «счастье». И если прежняя жена его не удержала – сама виновата.
АЖАГАН ЯЛАГАЕВИЧ – ИСТИННЫЙ ХОЗЯИН
Но Ажагану она с каждым днём всё меньше нравилась. Избивать жену он боялся – глава района мог вмешаться. Поэтому издевался в основном морально.
Всю злость он срывал на населении. Ему ничего не стоило прямо во время совещания дать пощёчину подчинённому. Обычно бывало так: Ажаган заходил в кабинет – бледный, измученный… Потом следовал трёхэтажный поток брани, унижения. После этого – пара тумаков. Все сидели в тишине и печали, а он буквально на глазах преображался: становился довольным, румяным, улыбающимся. И провожал всех словами:
– Ну ничего, ребятушки, во время работы всякое бывает. Не обижайтесь!
Он собрал вокруг себя таких холуёв, что те ещё и благодарили его «за урок». На праздниках поднимали за него тосты:
– Ажаган Ялагаевич – настоящий начальник! А начальство лучше знает, что нам надо! Он же за нас старается! Ругать и критиковать – дело начальства! Давайте выпьем за это!
Одних подчинённых ему стало мало – он переключился и на обычных жителей.
Несогласных председатель мог избить прямо на улице, не стесняясь:
– Кулаками и добрым словом можно добиться большего, чем просто добрым словом, – усмехался он, перефразируя услышанное когда-то выражение.
Ажаган был уверен: никто не пожалуется, никто не осмелится – в деревне шёпотом говорили:
– Он человек главы…
Однажды Ажаган Ялагаевич избил ветерана войны. Его сын отказался работать в колхозе бесплатно и устроился к газовикам. Председатель понимал – стоит дать слабину одному, и все пойдут по его стопам.
Увидев старика на улице, Ажаган вышел из машины и начал угрожать. Разговор не задался – ветеран отказался уговаривать сына возвращаться. Тогда председатель не выдержал – избил его прямо на улице и уехал.
Ажаган был уверен – ветеран «образумится».
Но старик сильно обиделся. Дома бушевал:
– Как так? Я воевал за свободную Родину, а какой-то молокосос избивает меня!
Вскоре до Ажагана донесли: ветеран
Когда жена рассказала об этом Ажагану, он смеялся до слёз:
– Дожили! Значит, тот свет точно существует, если красный коммунист вдруг поверил в ад!
Жена промолчала. Ей было по-настоящему жаль старика.
АЖАГАН ЯЛАГАЕВИЧ – ПОВЕЛИТЕЛЬ СТРАХА
Когда ветеран понял, что никто не собирается извиняться, он написал об инциденте в районный совет ветеранов. Те, в свою очередь, сообщили о случившемся в республиканский центр. Однажды в деревню приехала делегация из столицы: журналисты и представители общественных организаций.
Ажаган Ялагаевич всё отрицал. Сваливал на возраст ветерана – мол, старик путается в воспоминаниях.
– Может, какой-то проходимец и избил его… Тут всякие ездят, надо бы, кстати, перекрыть въезд-выезд… Да-да, я помогу, покажу врачам. Конечно, конечно… только времени нет.