18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Рамис Латыпов – Пацан шел к успеху: хроники Бататыстана (страница 3)

18

Маленький Ажаган во дворе не шёл играть с детьми. Сначала наблюдал за ними. Потом позвал одного из них к себе. Когда тот подошёл, Ажаган величественно сказал:

– Вы играете?

– Да.

– А они тоже играют?

– Да, конечно!

– Позови их сюда!

Родители обрадовались – сын растёт настоящим начальником!

В школе Ажагана не любили за надменный характер. Его постоянно дразнили, обижали. Он жаловался родителям, и те принимали такие меры, что директор школы легла в больницу – стало плохо с сердцем. Потом меры приняли против родителей одноклассников. Бить его перестали, но и в свой круг ребята его так и не приняли.

Ажаган вырос озлобленным.

«Я ещё покажу вам!» – думал он всегда.

По совету отца он поступил в аграрный институт. Стараниями родителя ему «нарисовали» красивую биографию: два года агроном в элитном колхозе, потом главный агроном, а оттуда – разные должности в администрации.

Ажаган скитался по разным постам в районе. Влияния отца не хватало, чтобы занять желанную должность – стать председателем колхоза. Это стало главной целью его жизни.

В личной жизни ему не везло. Девушки с ним не хотели дружить. Стоило ему показать свою надменность и властность – они исчезали. Но однажды Ажаган влюбился по уши. Настолько сильно, что его надменный характер исчезал в отношениях с этой девушкой. А девушка тоже влюбилась.

Родители были не против брака – она оказалась дочерью известного врача. В день свадьбы звучало много красивых слов. Казалось, если хотя бы десятая часть из этих пожеланий сбудется, это будет самая счастливая семья на свете.

Ажаган угомонил свой характер, не хотел обижать свою красавицу-жену. Да и она не была слабохарактерной. Вскоре родился ребёнок. Родители помогли им обрести собственное жильё.

Одно только его беспокоило – Ажагана не назначали на хорошую должность. Он мечтал жить богато, в огромном доме и хозяйничать. Нереализованная энергия выползала наружу в виде раздражения дома.

– Чего тебе не хватает? У нас же всё есть, – недоумевала его жена.

Она напрочь не понимала, почему её молодой супруг так хочет стать начальником. Работает ведь в администрации – чего ещё желать? Но Ажаган знал: при желании тесть мог бы походатайствовать перед «большими» – и его, возможно, назначили бы. Только не сошлось. Тесть зятя не любил, считал бездарем, терпел лишь ради дочери. Ажаган это понимал и срывался дома, злился на жену.

Удача пришла оттуда, откуда он не ждал.

Глава района устраивал праздник. Ажагана, вместе с другими мелкими начальниками, отправили на пасеку – готовить шашлык. Такие поручения он выполнял особенно усердно. Ему нравилась эта «неофицерская» работа – здесь можно было выделиться. Большинство от подобных заданий морщились, работали с неохотой. А Ажаган отдавался делу на все сто. Он надеялся, что руководство заметит его рвение.

К тому же, он себя не забывал. И в этот раз, когда никто не видел, украл и спрятал в укромном месте выпивку и закуски – импортные соления, которые на свою зарплату не купишь. Никто не заметит – их всё равно слишком много. Пустым он никогда не возвращался. Четыре бутылки водки, запрятанные под лопухами, грели душу: как всё закончится – заберёт.

Он колол дрова, когда к нему подошёл помощник главы:

– Тебя зовёт глава района.

Ажаган похолодел. Первая мысль – неужели кто-то видел, как он прятал бутылки? Вторая – неужели сам глава знает о его существовании?

– Иди уже! – подтолкнул помощник.

Он побежал на другую сторону пасеки, зашёл в шалаш, где отдыхал глава района. Ожидал увидеть толпу гостей – но стулья были пусты. Его пригласили на личный разговор?

Глава задал пару дежурных вопросов, поинтересовался настроением. Конечно же – всё отлично! Не дай бог покажется, что он недоволен в день рождения главы. Кланяясь до земли, Ажаган поздравил его. Чванливому чиновнику это понравилось – он засмеялся от души.

– Умеешь, мальчик, умеешь… Ну как, нравится тебе твоя работа?

Ажаган понял – случай не случайный. Сейчас или никогда.

– Мне очень нравится работать под вашим началом. Я готов к более ответственной работе, вы можете на меня положиться.

– Да? А что бы ты хотел делать, мальчик?

– Я бы хотел руководить колхозом. Это моя мечта.

– Почему?

– Думаю, так я смогу принести вам больше пользы.

Глава смеялся до слёз.

– Ну, умеешь ты говорить, мальчик… Я могу назначить тебя. Но сам понимаешь – просто так такие должности не дают. Желающих много. Значит, будешь выполнять мои поручения.

– Я с удовольствием выполню любое поручение.

– Любое?

– Да, да, конечно…

Глава района озвучил своё требование. Оно показалось фантастическим: у главы, оказывается, была сестра, и он хотел выдать её замуж. А женихом должен был стать Ажаган.

– Так я же женат…

– Так разведись! У меня тоже второй брак. На то он и брак, чтобы быть браком. Ничего невозможного нет – было бы желание…

Глава начал расхваливать свою сестру. Оказывается, он и двухэтажный дом для неё построил, и красавица она, и умница. Бухгалтер по образованию – всё делает хорошо и умело.

– А знаешь, как председателю колхоза нужен хороший бухгалтер? Сколько уже председателей погорело на бухгалтерии? Так что я, в первую очередь, о тебе забочусь. Ну как?

– Я… я же её даже не видел ни разу, – выпалил Ажаган.

– Так ты можешь её увидеть. Она работает в этом колхозе. Мы, как раз, и находимся на территории того самого колхоза. Вот все эти люди, эти поля, пасеки, леса – всё будет твоим.

– Да?.. – Ажаган своим ушам не поверил.

– Да! И я буду гостить у тебя, и все эти люди будут готовить шашлык уже для тебя, и ты будешь сидеть в этом шалаше рядом со мной. Даже бухгалтер будет твоей, – рассмеялся глава района.

– Нет, я не об этом… Я это… Я, конечно, бывал в этом колхозе, но как-то с бухгалтером не пересекался…

– Как не пересекался? Она работает в правлении… Я, конечно, могу её пригласить. Но ты ведь хочешь править колхозом, да?

– Да, конечно, очень даже…

– Ну ладно, иди пока. Тебя пригласят. Но учти – не обижай её! Гулять-то можешь, мы все мужики, хе-хе… Но обижать – не смей! Если она пожалуется мне, учти, бля!

Ажаган пошёл жарить шашлык. Коллеги пытались разговорить его, но он ничего не выдал. В голове вертелись тысячи мыслей. Как? Кто? Почему именно он?

В конце концов не выдержал, отошёл в сторону, нашёл местного парня и как будто вскользь спросил, знает ли он ту самую бухгалтершу.

– Знаю, – глаза у парня широко раскрылись. – А тебе-то она зачем?

В этот момент Ажагана «срочно» позвали к главе, и он поспешил. Судя по реакции того самого парня, бухгалтерша, наверное, невиданная красавица – не зря же он так отреагировал… Видать, подумал: «Не туда тянешься». А вот Ажаган – дотянулся!

Он зашёл в шалаш. Глава попросил его сесть рядом с собой. В шалаше уже была какая-то пожилая женщина – видимо, повариха. Она торопливо накрывала на стол. Ажаган оглядывался, ждал: вот-вот зайдёт девушка. Какая она? Как выглядит? Блондинка? Брюнетка?

– Сестра! Положи жирный кусок мяса вот этому парню. А это как раз и есть тот самый парень, который положил на тебя глаз и хочет на тебе жениться! – сказал глава.

Ажаган обомлел.

Это и есть та самая сестра?!

Он чуть не выскочил и не убежал. Сказать, что она была некрасивой – значит не сказать ничего. Худая, с кривыми зубами, глазами, утонувшими в глубинах глазниц, как у обезьяны. Телосложение – мужское, ноги – узкие и кривые… И усы! О господи, даже кавказец позавидовал бы таким усам. Не хватало только бороды. Старая.

У этой женщины, как показалось Ажагану, был полный комплект недостатков. Если бы у неё были ещё рога и копыта, – подумал он, – можно было бы считать её дьяволом. Всё остальное у неё уже есть…

Он не мог вымолвить ни слова, а глава района вдруг с царским размахом объявил их мужем и женой. Прямо как падишах! Срочно позвали начальника ЗАГСа – оформлять брак. Прямо в шалаш! Тут же оказался и прокурор, и начальник РОВД.

Ажаган юлил, как крыса в западне, пытался ускользнуть, но глава района встал. Его глаза сверкали от ярости.

– Извини, она тебе не попугай в клетке. Сам дал добро, сам просил её пригласить. Обнадёжил девушку, теперь хочешь опозорить, обесчестить и бросить?! Извини, но за родную сестру я и убить могу. Знаешь, как карают за поруганную невинность? Это самый большой грех. Я тебе жить не дам – это точно!