Павел Смолин – Фантастика 2026-43 (страница 402)
– Так, может, ее на склад?
– Послушайте, рядовой, мне приказано доставить в штаб, а уж куда ее потом ваше руководство распределит, не мое дело!
– Извините, герр обер-лейтенант, вы правы! – извинился рядовой, утаскивая уже второй ящик.
Всего было четыре полных деревянных ящика. Там внутри граната в качестве детонатора, к кольцу леска привязана, крышку откроют и…
– Куда ее складировать? – вновь спросил рядовой, когда мы с ним вместе вносили в здание последний ящик.
– А давайте под лестницу положим, чтобы на проходе не мешала. Только позовите ваших кладовщиков, нужно, чтобы они сами определились, куда ее. Там в одном из ящиков бумаги какие-то, тоже велели передать, вам понятно?
– Да, герр обер-лейтенант, я сейчас свяжусь со складом.
Пока фриц устраивал сеанс связи, а попросту звонил по телефону, я спокойно пошел к выходу.
– Лейтенант! – О, а это уже кто-то званием повыше.
– Да, господин майор? – обернувшись, вскинул руку в нацистском приветствии.
Толстый майор в форме фельджандарма стоял на пороге здания и разглядывал меня.
– Вы даже не представитесь новому командиру по случаю назначения?
– Извините меня, герр майор, просто с дороги ужасно хочется в туалет, и я должен привести себя в порядок, прежде чем предстать перед вами!
– Похвально, молодой человек, что вы понимаете, как это важно, выглядеть достойно высокого звания офицера рейха. Часа вам хватит?
– О да, конечно, герр майор. – Главное, чтобы тебе, жирный козел, хватило, подумал я и добавил: – Через час я буду точно готов.
– Идите, обер-лейтенант, во втором доме отсюда, – майор указал в сторону, – хорошая хозяйка, хоть и полячка. Знает толк в чистоте и готовке. Свободны.
Слава богу! А то к зданию уже подходили солдаты во главе с унтер-офицером, наверняка кладовщики. Оставив мотоцикл возле здания штаба, я спокойно двинул по указанному адресу. Сзади слышал приветствие майора и унтер-офицера, они начали разговор, а я уже подошел к дому.
Домик был большой и ухоженный, сразу видно, что в нем жили немцы. Видимо, как наши отступили, хозяева навели порядок, готовясь встречать дорогих гостей. Тут были расквартированы офицеры вермахта, мне тоже предложили комнату.
– Господин офицер желает вид на площадь или сад? У нас чудесный вишневый сад, загляденье! – хвасталась хозяйка, по виду лет сорока пяти. Бабенка была ухоженная, да еще и накрашена вполне со вкусом, невычурно.
– Лучше сад, там потише?
– О да! Окна выходят на ту сторону дома, там абсолютно тихо, отдохнете как следует!
– Замечательно, ведите же меня, я сгораю от нетерпения.
Хозяйка двигалась передо мной, виляя мощной кормой и поглядывая через плечо. Я делал вид, что мне очень нравится лицезреть ее телеса. Показав мне комнату, она задержалась на пороге.
– Что-нибудь желаете еще, господин офицер?
– Да, я бы хотел побриться и привести в порядок форму, а то в дороге запылилась.
– Конечно. Все к вашим услугам. Я сейчас нагрею вам воды, а форму вычищу, пока вы будете бриться, хорошо?
– Отлично, – я отвернулся к окну, а полячка, постояв еще несколько секунд, закрыла дверь. Обернувшись, я удивился, увидев хозяйку дома в комнате, а дверь закрытой.
– Что… – хотел было спросить я, но та не дала мне сказать ни слова. Да-да, она начала раздеваться. Тьфу ты, ну нашла же время. Нет, я совсем не против, но я же тут ненадолго, мне валить нужно на самом деле, а она мешает.
– Я исполню любое ваше желание, господин офицер! – томно произнесла полячка, и закрепленные шпильками волосы вдруг рассыпались по плечам. Твою мать, ну как же ты, падла, под фрица лечь хочешь, аж изнываешь вся!
– Сударыня, к сожалению, вынужден вас огорчить, но мне меньше чем через час нужно быть в кабинете моего нового командира, а задержаться я не могу.
– Я прошу прощения, пан офицер, – смущаясь, но явно не обидевшись, пробормотала полячка и быстренько выскочила за дверь.
– Фу-у-у-у! – выдохнул я и плюхнулся на кровать. Но рассиживаться времени не было, надо валить.
И тут раздался взрыв, а за ним, спустя секунду, еще три. Даже здесь, в комнате, я свалился с кровати, а дом-то стоит в двух сотнях метров от штаба. Услышав звон стекла, я офигел, увидев, как из окон вылетели стекла.
– А что же там, на улице, интересно? – прошептал я и, отряхиваясь, поспешил к выходу.
А у выхода уже собиралась толпа. Военных было мало, как мы и предполагали, все больше местные. Пока меня кто-нибудь не хватился, я тихонько двинул назад в комнату и, осмотревшись, вылез через окно в сад. Слышались трели свистка и крики на немецком. Я, сидя под кустом акации, наблюдал за беготней, блин, и на этой улице бегают. Откуда-то с окраины слышалась стрельба, интересно, а это еще что?
Продвигаясь от огорода к огороду, я вынужден был наконец-то выбраться на улицу. Офицеры не попадались, зато рядовые пробегали мимо не раз. Пост на въезде оказался атакован, да, конечно, Черным с оставшимися бойцами, помочь решили, мать их… Обойдя опасное место, где уже лежали на земле несколько трупов немецких солдат, я вышел в поле. Тут до ближайшей рощи, где наверняка укрылись мои архаровцы, километр примерно, поэтому, иногда оглядываясь, я просто побежал. Уже на подходе к лесу услышал сзади стрельбу и в очередной раз обернулся. О-о! А немчики-то разозлились, вон как пришпоривают. От поста КПП в мою сторону двигались два мотоцикла и бэтээра.
– Зверюга, давай сюда! – услышал я, да и увидел уже машущего мне руками сержанта. Наддав ходу, быстренько оказался рядом с ним, но тот не дал ничего спросить, а, увлекая за собой, побежал в глубь рощи.
– Чего мы так несемся-то? – спросил я, когда наконец-то мы удалились на приличное расстояние.
– С севера колонна идет, там аж шесть танков и пехоты до фига, мы и пошли тебя вытаскивать, как чуяли!
– Да я вообще-то спокойно ушел, если бы не побежал, так в меня и стрелять бы никто не стал. Где эта сраная колонна?
– Да уже, наверное, на подходе, – чуть растерявшись, ответил сержант.
– Если бы вы сидели тихо, даже если и приперлись сюда, я спокойно бы ушел. До того, как вы тут пострелять решили, все немцы были в городке, не хрен им было делать в поле. Давай так, сержант, чтобы больше никакой отсебятины, хорошо?
– Хорошо, товарищ старшина, – сержант понурился, как школьник. Было непривычно видеть этого, уже немолодого человека таким расстроенным.
– Да ладно тебе, чего на официоз перешел? Забыли! Людей не потерял?
– Нет. Мы только этих на КПП постреляли, да и назад…
– Ага, так в город вы входить и не собирались? – ехидно спросил я.
– Да понял я оплошность, велел отходить. Колонна-то скоро там будет, если уже не пришла.
– Ладно уж, а где все-то?
– Да рядом… – И тут же из ближайших кустов один за другим начали вылезать бойцы.
– Все в порядке?
– Да, – тихо и нестройно ответили бойцы.
– Яхненко, подь сюды. – Парень буквально прыжком оказался рядом.
– Да, товарищ старшина?
– Двигаем сейчас строго на запад, там станция где-то, надо найти.
– Взрывать будем? – радостно ощерился бравый вояка.
– Да вряд ли. Станция узловая, охраны… В общем, будем посмотреть. Себя не обнаруживать, если не подойти, рисковать запрещаю, встреча… – я достал и развернул карту, – …вот тут, – тыкая пальцем, я указал небольшой лесной массив возле железнодорожной станции. У Сереги карта тоже есть, немчура поделилась. Мы вообще для отщепенцев довольно хорошо укомплектованы, в разумных пределах, конечно. Минометы или ПТР на себе не носим, но два МГ, две снайперки, тоже немецкие, а также автоматы все имеем. В немецкой форме, да с их оружием, мы в тылу фашистов, как дома.
– Игорь, так все же ты решил партизанить? Не хочешь к нашим пробиваться? – затронул больную тему сержант.
– Толя, ты опять? Ну, пробовали уже, чем кончилось, напомнить?
– Да знаю все. Где будем базу устраивать?
– Да нигде.
– Как?
– Любая база – это отсроченная смерть и привязанность по местности для работы. Движение – наша жизнь, а также смерть для врага. Сегодня мы тут, завтра – в сотне километров.
– Так бойцы же не выдержат такого темпа!
– Ну, во-первых, не всегда будем пешком бегать, а во-вторых, не каждый день.
Ну, вот уверен я, что так мы нанесем больше ущерба врагу, уверен и все. Отоспавшись в найденной старой избушке посреди лесной чащобы, через сутки заслали Малого на разведку. Я уже говорил о его даре, просто восхищаюсь постоянно, что