Олег Шевченко – Два года СВО. Философский дневник крымчанина (страница 6)

29 марта 2022 года Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко заявила, что есть идея создать наш Суд по правам человека стран СНГ. «Мне кажется, что это было бы более правильно. Мы могли бы именно в рамках этого своего Суда по правам человека рассматривать жалобы граждан, которые считают, что их притесняют в той или иной стране, и отстаивают свои права. Уверена, что это будет неполитизированный суд, объективный, и он будет помогать в защите прав человека, в решении гуманитарных вопросов»[14].

Решение, прямо скажем, знаковое, но отчего же только в рамках суда по правам человека? Представляется, что назрела НЕОБХОДИМОСТЬ формирования специального, постоянно действующего международного суда, в чью компетенцию входит правовая оценка нацистских преступлений, вынесение приговоров и выдача ордеров для международного розыска.

Ни одна из ныне существующих международных судебных инстанций не ставит своей задачей борьбу с нацизмом. Речь всегда идет о следствиях и последствиях нацизма: геноцид, нарушение гуманитарного права и т. д. Пора начать бороться правовыми механизмами, с ИСТОЧНИКОМ проблемы — международным нацизмом.

Президент РФ недвусмысленно назвал одной из двух стратегических целей Специальной военной операции на Украине денацификацию. Осуществлять ее исключительно в рамках национального Российского законодательства — смешно и наивно. Для этого важна мощная международная судебная структура. В настоящий момент Следственный комитет РФ, профильные организации ЛДНР ведут сбор и анализ нацистских преступлений на территории Украины. А что дальше? Районный суд Москвы их будет рассматривать? Или военный трибунал в рамках профильных организаций вооруженных сил РФ?

Полагаю, что нет. Очевидно, что нужна международная судебная инстанция. Причем не разовая (как в случае, например, с Токийским процессом 1946–1948 годов). А постоянно действующая. Ведь нацизм и нацистские преступления — это не только нарушение обычаев войны, не только физическое уничтожение людей определенной культуры. Это и психологическая война, и призывы к человеконенавистничеству, это и расчеловечивание отдельных групп населения. Это сложнейший комплекс философских идей, правовых доктрин, эстетических концепций. Как, например, блюдо суши «жареные сепаратисты», консервы «снегирь православный»[15] и тому подобные мерзости. Этому надо дать специальную правовую оценку, судебный вердикт, отнюдь не на уровне городского или федерального суда и уж точно не в рамках военного трибунала.

Повторюсь: необходима постоянно действующая, международная, компетентная СУДЕБНАЯ институция по борьбе с международным нацизмом. Предлагаю создать ЯЛТИНСКИЙ ТРИБУНАЛ (постоянно действующий, бессрочный международный суд по наказанию нацистских преступников). Почему Ялта? На это есть минимум три аргумента.

1. Именно в Ялте, в Ливадийском имении, в 1893 году последний русский император Николай Второй разрабатывал концепции, которые в последующем стали основой для знаменитых Гаагских конвенций по гуманитарному праву. В частности, о создании третейского суда по предотвращению войн, идеи по всеобщему разоружению и т. д.

2. Именно в Ялте, в Ливадийском, Воронцовском и Юсуповском дворцах, в рамках Крымской конференции СССР, Великобритании и США в 1945 году было принято решение о денацификации Германии. Было решено, что нацистские преступники должны будут предстать перед судом, нацистская партия должна быть ликвидирована, а нацисты — исключены из органов власти и правопорядка.

Преемственность Ялты в вопросах денацификации и осуждения нацизма, как говорится, налицо. Но есть и третий аргумент.

3. В 2014 году нацистские преступники, руководствуясь идеями этнических чисток и массового геноцида, осознавая катастрофические последствия, на несколько суток лишили Крымский полуостров поставок воды и электроэнергии, оставив в зимние холода свыше двух миллионов людей без света, воды и отопления. В результате этой акции они обесточили детские сады, роддома, больницы… Лишь оперативное вмешательство РФ предотвратило катастрофу. А значит, Крым и, в частности, Ялта географически близки к эпицентру нацистских преступлений и стали объектом силового воздействия нацизма.

Очевидно, что такой суд должен представлять не одно и не два государства. Очевидно, что в рамках нынешнего Совета Безопасности ООН таковой суд не может быть инициирован. Очевидно, что лишь в рамках СНГ он будет малоэффективен, ибо должен включать в себя страны всех континентов. Быть может, этим может заняться БРИКС, быть может, РИК. А может, необходима новая переговорная площадка. Но делать такой шаг надо. Без него стратегическая цель денацификации будет приравнена к демилитаризации и замотана в бесконечных дискуссиях по поводу мирных переговоров. Тем более, что союзников России и стран, симпатизирующих нынешней позиции России, достаточно много.

ОЧЕВИДНО, что рывок в направлении создания постоянно действующего, бессрочного международного суда по наказанию нацистских преступников — ЯЛТИНСКОГО ТРИБУНАЛА — надо делать сейчас. Сначала рывок публицистический. Рывок в пространство массмедиа. Потом рывок теоретический: разработка профессиональными юристами и политиками проекта и концепции. И, наконец, рывок последний, организационно-административный: открытие первого заседания по нацистским преступлениям на Украине… Как начало, но не как окончательная цель.

Будущее должно создаваться сейчас, иначе мы будем жить не в своем будущем, а в чужом…

В течение последних нескольких недель активно муссируется информация о трибунале над украинскими военными. Чаще всего речь идет о военных преступниках. При этом понятие: «нацистский преступник» практически неотличимо в массмедиа от понятия: «украинский националист» или «военный преступник».

Согласно открытым данным, устав трибунала только разрабатывается. Известно, что он будет иметь статус международного. Так, в своем интервью Денис Пушилин заявил, что трибунал будет создан Россией, ЛНР и ДНР. Что и обеспечит ему статус международного.

Заявлено также, что обвиняемые будут иметь адвокатов и возможность подать апелляции в Верховный суд ЛНР и ДНР.

Активно идет сбор доказательной базы, и эти доказательства, согласно интервью политиков, уже достаточны для вынесения обвинений[16].

Вот, в общем-то, и все, что можно узнать о данном вопросе из СМИ. Не густо. Прямо скажем, отнюдь не много. Четкой, внятной информации нет. В заявлениях, например, Дениса Пушилина много неясного, например:

Военными преступниками, по словам лидера Республики, считаются не только командиры боевиков, но и те, кто исполняет их приказы, а также несет нацистскую идеологию в своих действиях и поступках, особенно в отношении гражданского населения»[17] ^[18].

То есть тот, кто несет нацистскую идеологию в своих действиях, это военный преступник? А военный преступник — это обязательно нацист?

И действительно ли будет легитимным международный трибунал, состоящий из ДНР, ЛНР и России? Да, преступники будут наказаны и понесут заслуженную кару. Но что в смысле международного права? Например, насколько такой трибунал будет отвечать целям формирования источника международного права? Будет ли он авторитетен в глазах жителей за пределами России и ЛДНР? То есть сможет ли он послужить предупреждением, например, для прибалтийских нацистов? Или останется таким же региональным событием, как международный трибунал по Руанде [19]? Тем более, что сейчас и речи не идет, что создаваемый трибунал будет учрежден Советом Безопасности ООН.

Отечественная исследовательская практика накопила немалый опыт изучения международных трибуналов, в частности трибунала Нюрнбергского. Это и исследования историографического плана,[20] и материалы о корреляции внутреннего права РФ с идеей Нюрнбергского трибунала[21], а также исследования о роли Нюрнберга в становлении международного права[22]. Имеется также опыт исследования трансформации принципов Нюрнбергского трибунала в серию международных трибуналов уже в нашем столетии[23]. Однако наше юридическое сообщество еще не отреагировало на происходящие на Украине процессы и не выдвинуло свое понимание вероятного международного военного трибунала по украинским национал-фашистским преступникам. Отдавая себе отчет, что в противостоянии с неофашизмом и при разработке норм трибунала, направленного на денацификацию, крайне важными являются именно философско-правовые идеи (Сальников), рискнем предложить ключевые, на наш взгляд, принципы грядущего трибунала.

Очевидно, что формируемый трибунал не должен быть ситуативным судебным действием по наказанию отдельных преступников из числа ВСУ и силовых ведомств Украины. Для этого было бы достаточно судов в юрисдикции ДНР, ЛНР или РФ. Очевидно, что трибунал не будет детищем ООН. Очевидно, что он должен быть не фарсом, а серьезной, обстоятельной, авторитетной, международной судебной площадкой. Очевидно, что одно дело — военный преступник, стреляющий в наркотическом опьянении по пленным или гражданским лицам, и совсем другое — чиновник из министерства образования, составляющий методичку по проведению обязательных уроков в школе «Смерть москалям!» или «Гитлер — наш кумир». Это разные вещи. В первом случае достаточно было бы, вероятно, военно-полевого суда, а вот во втором, — нужен Международный трибунал. Естественно, что диффузия военного преступления и преступления по составу «национал-фашизм» в современном украинском обществе тоже есть факт, который нельзя игнорировать. Но тогда необходимы четкие принципы, которые позволили бы ответить, с какой целью проводится трибунал?