Оксана Заугольная – Фантастика 2025-156 (страница 311)
— Тихо! — рявкнул отец. — Цыц! А ты, — он перевёл взгляд на Керли, — марш отсюда! Нечего мне тут!
Парень послушно выскочил из комнаты. До него донёсся возмущённый голос Мирды. Отец девчонки проговорил в ответ что-то неодобрительное. Было ясно, что платить он не собирается.
Взрослые иногда вели очень странно. Неправильно. Совсем не так, как требовали от детей.
«Я заплачу за себя и за Мирду!» — решил, выйдя на улицу, Керли. Лишь бы хватило бэнтов в отцовской заначке.
Натянув шапку, мальчишка стремглав помчался домой. Он не знал, долго ли осталось до истечения положенного демоноборцем срока — просто торопился, чтобы успеть найти деньги и отнести Легионеру, пока тот не уехал из Годура.
За двадцать минут деньги принесли шестеро. Перепуганные и торопящиеся поскорее положить десять монет к ногам сидевшего на крыльце храма некромага и убраться восвояси. Никем из них не двигала совесть — только страх.
Затем явилась жена жреца Сарадана. Молча протянула мешочек с бэнтами и ждала, пока демоноборец возьмёт его. Когда Эл убрал подношение, женщина продолжала стоять, словно хотела о чём-то спросить, но не решалась.
— Я не знал твоего сына, — проскрипел Легионер из-под амигасы. — Как и детей других жителей Годура. Поэтому не могу сказать, что видел его среди тех, кого я убил этой ночью. Но поверь: из выводка не уцелел никто.
Женщина опустила голову и ушла, скрывшись в храме. Её муж тоже находился там. Пару раз перед этим он выходил, требуя, чтобы некромаг убрался с крыльца, но Эл игнорировал его. Интересно, как жене жреца удалось взять монеты и вынести из храма? Тайком, или супруг всё-таки позволил?
Демоноборец достал мешочек и высыпал бэнты на ладонь. Два десятка — за обоих. Что ж, очень хорошо.
Подняв голову, он взглянул на башню с часами. Полчаса почти прошли. Годурцы не торопились воздать своему спасителю по заслугам.
Из-за храмовой ограды показался мальчишка. Эл узнал его: к крыльцу направлялся пацан, захваченный беззаконниками. Кажется, его взяла к себе содержательница местного борделя. Явившаяся, кстати, с деньгами первой и заплатившая только за себя.
Мальчик замедлил шаги, когда приблизился к некромагу. В кулаке он сжимал монеты — ну, а что ещё?
— Я… хочу заплатить, — пробормотал он, встав на нижнюю ступень. — За себя и Мирду. Вы спасли её, помните? Вот! — он вытянул раскрытую ладонь. — Ровно двадцать!
Кивнув, Эл поманил паренька.
— Подойди же и положи монеты, — сказал он. — Ты славный человек, зло не проникло в твоё сердце. Это теперь редкость. Да и раньше, если честно, встречалось нечасто.
— Мирда просила отца заплатить, — сказал, поднимаясь по ступеням, Керли. — Но он отказался. Она… очень вам благодарна. Пришла бы сама, но ещё болеет. Её не отпустили бы.
Бэнты со звоном просыпались на ступень рядом с Элом.
— Беги же домой, — кивнул демоноборец. — И ни о чём не беспокойся. Ни ты, ни твоя подружка. Надеюсь, она полностью исцелится, — Эл надеялся, что Мирда не станет однажды ведьмой или кем похуже. Но девчонка глотнула жидкости из черепа капы, и кто знает: быть может, однажды демоноборцу придётся вернуться за ней.
— Спасибо! — развернувшись, Керли дунул прочь, охваченный восторгом и страхом одновременно: сам мертвяк говорил с ним! Боги, это было так… потрясно! Нужно непременно рассказать Мирде. Она описается от зависти!
Спустя несколько минут после ухода мальчика Эл поднялся и спустился с крыльца. Время вышло. Он дал шанс каждому жителю Годура. Что ж, кто-то воспользовался им, а кто-то предпочёл справедливости и благодарности деньги. Легионер не судил людей — что бы ни говорил Арко Спиллиан. Он просто истреблял чудовищ — в каком бы виде те ни встретились. Искоренял зло во всех проявлениях.
Эл направился в сторону городского кладбища. По пути потрепал лежавшего у ограды циклопарда.
— Скоро поедем, — сказал он зверю. — Уже скоро.
Время имело значение. Художник смерти кроил пространство вселенной, следуя своему безумному замыслу, и демоноборец должен был остановить его. С какими бы тварями он ни сражался по пути, его главным делом оставалась схватка с ним — человеком, отыскавшим Звезду!
Некромаг прошёл между могилами и остановился в центре погоста. Он знал, что жителей Годура мучили кошмары. Они думали, это из-за магии стригоя, но они ошибались. Сны, насылаемые вампиром, составляли только малую часть. Остальные же ночные видения были следствием того, что Художник резал по пути к Чёрному озеру пространство своим волшебным кинжалом и стягивал слои мирозданья, уродуя его естественную структуру. В его безумной голове стучали тысячи швейных машинок, требуя, чтобы он кромсал, расчленял и собирал вселенную заново — но уже на собственный вкус! И эти изменения, приобретая характер пророчеств, являлись людям, живущим в городах, через которые пролегал путь Художника, в виде снов. В виде кошмаров.
Эл опустился посреди кладбища на колени. Его губы зашевелились, читая заклинание. Изо рта потёк зелёный туман. Он распространялся по земле, завихряясь вокруг могильных камней, просачивался в почву и проникал в останки тех, кто когда-то жил в Годуре. Трещали и хрустели в глубине старые кости, шипела гнилая плоть, шевелились истлевшие волосы. В панике расползались черви и насекомые-трупоеды.
Когда земля взгорбилась, а обелиски покосились, некромаг поднялся и двинулся по кладбищу назад. Никого из тех, кто заплатил демоноборцу, воскресшие не тронут. Остальным же ночные кошмары скоро покажутся всего лишь милыми сновидениями.
Эл легко запрыгнул в седло циклопарда.
— Только праведные должны унаследовать землю, — проговорил он, запустив обтянутые перчаткой пальцы в густую шерсть на загривке зверя. — Иначе за что сражался Мёртвый Легион? И ради чего продолжает топтать грешную землю последний некромаг?
Когда циклопард двинулся на запад, покидая негостеприимный Годур, два всадника появились из-за ближайшего дома и поехали следом.
— Моя госпожа, — тихо проговорил Кэзо, глядя на оживающий погост. — Вы уверены, что вам нужен Легионер?
— Я проделала долгий путь, — помолчав, ответила девушка. — Было нелегко отыскать его. Я приложила немало усилий, принесла не одну жертву. Так что да, он необходим мне. И я не остановлюсь!
— Как скажете, моя госпожа, — покорно опустив голову, проговорил Кэзо. — Я повинуюсь вам.
— Мы едем на запад, — кивнула ведьма. — Каким бы долгим ни оказался этот путь. И да не помешают мне боги!
Виктор Глебов
Мертвые воды
Глава 1
Все шестеро были мертвы. Они лежали кто лицом вниз, а кто уставившись в ясное синее небо. Некоторые — на боку, подвернув руку. Но даже издалека этих крепких мужчин в разношёрстных доспехах нельзя было принять за спящих или отдыхающих. Может, потому что ни в одном не наблюдалось и намёка на движение, а может из-за жужжания крупных насекомых, роившихся над телами. Ну, или дело было в том, что все шестеро валялись безо всякого порядка. В любом случае, Эл повидал достаточно привалов, чтобы ещё издали понять, что видит трупы. Так что, когда он спрыгнул с широкого удобного седла циклопарда, то не рассчитывал на беседу. Огромный мутант с Топей, покрытый серебристой шерстью, заурчал и, обойдя мертвецов стороной, улёгся в высокую траву, пользуясь моментом для отдыха. Широкий язык прошёлся по когтистой лапе, и животное занялось смыванием с шерсти собственного запаха, словно почуяло: впереди находится тот, с кем лучше не встречаться.
Тем временем некромаг обходил тела. Некоторые он переворачивал и разглядывал с особым вниманием. Как ни удивительно, вещи убитых не были тронуты — они валялись в кустах, укрытые растениями. Но при желании отыскать их не составило бы труда. Тот, кто прикончил шестерых мужчин, до сих пор сжимавших оружие, просто не интересовался их скарбом. Он раскроил черепа, переломал конечности и раскрошил грудные клетки так, что сплюснутые рёбра пронзили сердца и лёгкие. При этом он, кажется, даже не коснулся ни одной из своих жертв.
Когда Эл закончил обход, картина произошедшего была ему более-менее ясна. Шестеро трудяг ножа и топора — а вернее, кистеня и меча — укрылись в придорожных кустах, спрятав там же свои вещички. То ли они устроили здесь постоянную засаду, то ли поджидали конкретно одинокого путника, заметив его заранее — в любом случае, когда всадник поравнялся с кривым деревом по левую сторону дороги, они дружно повыскакивали из кустов и напали на него. Это было видно по следам ног и отпечаткам копыт: первые окружили вторые. А дальше… Художник прикончил разбойников, превратив их тела в месиво из мяса и костей. Повсюду виднелась кровь, брызгавшая из беззаконников, когда сломанные кости протыкали кожу, вылезая наружу. Едва ли Художнику пришлось спешиваться, чтобы уложить своих противников. Скорее всего, он лишь поворачивался в седле, направляя свою чудовищную силу то на одного бандита, то на другого. А затем двинулся дальше, гонимый одной идеей — перекроить мир на собственный вкус.
Легионер очень живо представлял разыгравшееся на дороге побоище. Сколько оно заняло? Пару минут? Одну? Может, и меньше. Враг был крайне опасен. Одержим и безумен, но исключительно силён.
Задрав голову к ясному синему небу, Эл мысленно воззвал к парившему там среди прочих птиц мёртвому стервятнику. Тот отлично маскировался в стае своих собратьев. Никому и на ум не пришло бы, что он подвластен воле некромага и служит ему глазами. Вот и сейчас Легионер видел то же, что стервятник: двоих всадников, неторопливо едущих по дороге в трёх милях позади. Демоноборцы — женщина по имени Эра и мужчина, называющий себя Кэзо. Они не отставали и не нагоняли. Просто сидели у некромага на хвосте. В очередной раз Эл задумался, что им нужно. Для настоящих демоноборцев, за которых они себя выдавали, Эра и Кэзо вели себя странно. Им бы избрать иной маршрут — подальше от того, которым следовал Легионер. Ведь ясно, что он получит любой заказ первым. Как бы к нему ни относились обитатели Пустоши, какое бы отвращение он ни вызывал, все отдавали предпочтение знаменитому «мертвяку». И даже были готовы платить больше, лишь бы их «делом» занялся именно он. Разумеется, никто не признался бы в этом. Но это являлось чистой правдой. Рассчитывать что-то урвать, подобно шакалам или гиенам, Эра с Кэзо тоже не могли: Легионер всё оставлял себе, ни с кем не делился. Любой уважающий себя демоноборец это знал, даже если никогда не встречал «мертвяка».