Оксана Окуловская – Проводник. Тень и туман (страница 7)

Женя шёл рядом с Аней по плиточной дорожке, в этот момент думая, с чего бы начать разговор. А когда он увидел знакомую полянку, то тут же выпалил:

– Хочешь, покажу моё любимое место в этом парке?

– Конечно, – скромно ответила девушка.

– Я так любил забираться на эту достопримечательность. Вообще, конечно, все любили. Но не всем удавалось это сделать. Вечно кто-нибудь приходил и прогонял. Ох, уж эти взрослые, – рассмеялся он.

Женя провёл её по главной дороге и свернул на пересечении двух просёлочных.

– Ты представь, ещё стоит! – восторженно воскликнул он.

– Ты про медведей? Их недавно поставили. Ну, как поставили, вернули,  – пояснила она.

– Да ладно? Я, получается, вовремя приехал. Это же символ моего детства. Каждый раз тащил сюда маму, чтобы потрогать мишек.

Он восхищённо смотрел на старую бронзовую фигуру медведицы с двумя непоседливыми медвежатами. Ему сразу вспоминались белые шорты и футболка в полоску, мамино ситцевое платье и постоянные уговоры про то, что пора идти, пока автобус до посёлка не уехал.

После радостных воспоминаний они сели на освободившуюся лавочку.

– Аня, а чем ты занимаешься? – начал он диалог.

– Ммм, делаю маникюр, педикюр, покрытие. В общем и целом, работаю в бьюти-сфере.

– Я так и понял, – кинув взгляд на её аккуратные руки, произнёс он. –  А в свободное время?

– Ну, по-разному, иногда хожу с подружками куда-нибудь.

– А другое иногда?

Девушка смутилась, не ожидая подобного расспроса:

– Эмм, смотрю сериалы, – краснея, сказала она. – Я много работаю, поэтому сил заниматься чем-то другим не остаётся.

– Да я же не упрекаю. Сам иногда грешу этим. А ну, дай мне рекомендацию по просмотренным сериалам, – попросил он.

– Думаю, ты такое не смотришь.

– От чего же?

– Да это турецкие мелодрамы.

– А, мыльные оперы. Ну, тоже имеют место быть.

Девушка рассмеялась, а потом ответила:

– Посмотри «Большая маленькая ложь». Там подстава на подставе. Всё время ждёшь от актёров какой-нибудь гадости.

– Заинтриговала. Буду иметь ввиду, – улыбнулся он.

После длительной паузы Анна решила поддержать разговор:

– Маша сказала, что ты был художником. И что ты рисовал?

– Ну, как сказать, художником… Скажем, я и по сей день творческий человек, в понятной всем форме. Раньше писать приходилось много всего: и по работе, и по учёбе. Но лично к моим предпочтениям я относил портреты. Это могли быть выдуманные персонажи, нацарапанные обычным карандашом на листке бумаги, или прекрасные девы на огромных полотнах, – рассказал он.

– Ого, мне кажется, это сложно – рисовать портреты.

– Любая работа – не лёгкое дело. Потому и зовётся работой. Даже продажа чужих полотен – довольно непредсказуемое дело.

– А ты продаёшь картины таких художников, как Пикассо?

– Как сказать, я, конечно, надеюсь на то, что когда-нибудь работы из нашей галереи получат мировую известность, но пока такого не произошло. Возможно, в скором времени и в нашей галерее будет «Герника».

– «Герника»?

– Это название очень известной работы Пикассо. Не слышала о бомбардировке города под названием Герника?

– Нет, это в Первой мировой?

– В Гражданской, когда на один город было сброшено несколько тысяч бомб. Город горел трое суток.

– Какой ужас!

– Да, Аня, война – это всегда ужас.

Внезапно перед ними возникла молодая цыганка. Она пронзительно посмотрела в глаза Жене и дёрнулась:

– Дар у тебя вижу, страдаешь ты от него…

– Да-да, уходи, – перебил её Женя.

– Ты только отца своего выслушай. Ох, никто даже не знает о нём, а ты всё держишь его в клетке.

Женя не выдержал, дал ей мелочь из кармана и пошёл прочь, за ним последовала и Аня.

– Женя, подожди, ты чего так сорвался?

– Ань, давай я тебя домой отвезу, я немного устал.

Они сели в машину и почти всю дорогу молча слушали радио. Женя высадил её у дома и поехал домой. Заварив себе крепкий чай, он улёгся на диван. Вскоре он понял, что его руки забились от тяжёлой работы, от чего он чувствовал непреодолимую усталость, поэтому он отправился спать.

 ***

После очередного пробуждения в 4:33 он заснул ещё крепче и проснулся от утреннего солнечного луча, который отразился от соседского флигеля, а после  – от зеркала в комнате и далее – от часов, лежавших на столе, направившись прямо в левый глаз сонного Жени. Поднявшись, он очень удивился такой спонтанно спланированной игре света. На часах было 7:15.

– Ну и рань, – брезгливо произнёс он.

Завернувшись в одеяло, он подошёл к окну, чтобы закрыть его, но увидел бегущую светловолосую девушку в спортивной одежде и наушниках.

– Вот это новости! Тут ещё  кто-то занимается спортом, помимо огородов?

Весь остальной день он занимался уборкой в доме, чтобы хоть как-то занять себя. И наконец, устав, решил прогуляться по улице. Он прошёл от дома до пшеничного поля, вспомнив, как бегал от отца по нему, а потом до железнодорожного моста, где, по версии Витька, ходят свиньи-призраки. На обратном пути он встретил Даню, который стоял у соседских ворот.

– О, Даня, чем занимаешься?

– Эм, ничем, – пожав руку Жене, ответил он.

– Чего-то тебя не видно в последнее время. Работы много?

– Да я, в общем-то, долго не сижу на одном месте, – сказал Даниил.

– А, так сказать, вольная птица? – подметил Женя.

– Типа того.

– Тогда ладно. Кстати, если что, приходи, у меня в гараже куча лишних запчастей.

Даниил уже собрался что-то ответить, как за воротами послышались чьи-то шаги, а потом заскрипела дверь. Со двора, мягко плывя, вышла девушка, из-за которой лицо Даниила преобразилось. Его улыбка так растянулась, что казалось, она заканчивается где-то за ушами.

– Здравствуйте, – произнесла она и протянула Жене руку.

Он безмолвно пожал ей руку, явно не осознавая, что происходит. Он просто пялился на девушку без зазрения совести, рассматривая её светлые волнистые волосы, которые спускались до плеч, её нежные черты лица, тонкие блестящие губы и мягкие голубые глаза. Её сиреневое платье слегка поднимал слабый ветер, а белый кардиган прикрывал волнующие плечи. На секунду Женя решил, что он у океана, которого никогда здесь не было. По его спине пробежала прохлада, и он вздрогнул от набежавших мурашек.

– Лиза, – тихо произнесла девушка.

– Что? – спросил Женя слегка охрипшим голосом.

– Меня зовут Лиза.