Нельсон Демилль – Спенсервиль (страница 89)

– Нет, напишу потом и пришлю на ваш адрес.

Терри вышла за ним следом, говоря на ходу:

– Не знаю, что она вам там написала, но мне известны ее чувства. Быть может, не стоит вам обращать слишком много внимания на это письмо.

– Нормальное письмо.

– Не думаю. Послушайте, ну почему у вас двоих никак ничего не получается?

Кит улыбнулся.

– Не везет, да и, видно, моменты неподходящие выбираем. – Он сел в машину и, опустив боковое стекло, проговорил: – Ничего, обязательно получится.

– На этот раз почти получилось. – Она положила руку на дверцу машины. – Кит, я знаю свою сестру, и я бы не сказала этого ни одной другой живой душе, кроме вас… она напугана. У нее была очень скверная неделя с мужем.

– Ей что-нибудь грозит, как вам кажется?

– Она так не думает, но… по-моему, сегодня утром она не выдержала и сорвалась. Она стала волноваться о вас… и позвонила в Мичиган, в этот их домик. Клифф ответил, Энни не стала ничего говорить и повесила трубку. Она немного успокоилась, выяснив, что муж там, а не здесь. И все равно, примерно час спустя заявила, что едет домой. Это было часа за два до вашего приезда. Я даже удивилась, что вы с ней по пути не встретились.

– Я ехал другой дорогой.

– Она вполне могла проехать мимо вашего дома.

– Возможно.

– Попробуйте как-то переговорить с ней перед отъездом. Ей это очень нужно.

– Это не так просто.

– Я завтра обязательно навещу ее. Я понимаю, что по телефону говорить с ней не надо. Но после церковной службы я заеду к Энни и постараюсь остаться с ней наедине. И придумаю, как вам с ней встретиться.

– Терри, я вам страшно благодарен за все, что вы для нас делаете, но и ей, и мне нужно какое-то время, чтобы все обдумать.

– У вас было для этого больше двадцати лет.

– Тем более еще несколько недель не сделают погоды.

– Могут сделать.

– Нет, не смогут. Пусть пока все идет своим чередом. Я вам через несколько недель напишу. К тому времени у нас в головах прояснится, вот тогда и будем что-то решать.

Терри отступила на шаг от машины.

– Ну, ладно. Не буду вам мешать.

– Напротив, вы нам очень помогаете. – Кит запустил мотор.

– Вы рассердились?

– Нет, нисколько. – Он улыбнулся. – А если я вам скажу, что вы такая же красивая и сексуальная, как ваша сестра, вы, как настоящая добропорядочная уроженка Среднего Запада, наградите меня пощечиной?

– Нет, я вас поцелую, – улыбнулась она, наклонилась к окну и чмокнула его в щеку. – Будьте осторожны. До скорой встречи.

– Надеюсь. – Он задним ходом отъехал от дома и направился назад, по направлению к округу Спенсер.

Тот, кто проработал двенадцать лет в разведке, имеет свои преимущества. В этом случае привыкаешь мыслить нестандартно, начинаешь воспринимать жизнь как игру в шахматы и продумывать все на шесть ходов вперед, никогда и никому не раскрываешь своих планов полностью и не даешь человеку информации больше, чем ему действительно необходимо, чтобы быть в состоянии что-то сделать. Конечно, на Терри он мог вполне положиться, но Кит не доверял ее здравомыслию. Будет лучше, если она сочтет, что он и вправду рассердился – или что там она еще про него думает. Кит не пытался манипулировать ни Терри, ни – через нее – Энни. Но с Клиффом Бакстером необходимо было считаться всерьез, и потому, чем меньше Терри будет знать, тем лучше.

Письмо Энни. Киту не было нужды выискивать там что-то между строк: она все написала открытым текстом. Энни была расстроена, возможно, обижена. Переживала за его безопасность. Не хотела становиться для него обузой. Кит верил, что все это действительно так. И, конечно же, она хотела услышать от него слова успокоения, заверения, что все по-прежнему в порядке, что его поездка в Вашингтон ничего не меняет, что Клиффа Бакстера он не боится, что сама она для него никакая не обуза, а, напротив, поднимает ему дух и вселяет в него новые силы.

И тем не менее, она просила его подождать и, несомненно, высказывала эту просьбу всерьез. Однако даже если бы он и согласился ждать, несмотря на то что он этого не хотел, все равно поступки Клиффа Бакстера были непредсказуемы. У нее была трудная неделя с мужем.

Он вспомнил, как Гейл рассказывала ему, что однажды в доме Бакстеров была какая-то стрельба, и Киту, уже не в первый раз, пришла в голову мысль, что Энни может убить мужа. Этого он допустить не мог. Но если подобному суждено случиться, то Энни, несомненно, дождется, пока Кит Лондри уедет; так что у него в распоряжении есть некоторое время, чтобы предотвратить такой поворот событий. Если в только что состоявшемся разговоре с Терри Кит все сделал правильно, то та должна будет передать сестре, что Лондри собирается уезжать и, судя по его настроению, возможно, больше уже не вернется. Конечно, Кит признавал, что с его стороны это было не чем иным, как попыткой манипулировать Терри; но в данном случае цель оправдывала средства. «В любви и на войне можно все». Ну, может быть, и не все, но, во всяком случае, очень многое.

Он пересек границу округа Спенсер и спустя двадцать минут был уже в Спенсервиле. Кит проехал по Вильямс-стрит мимо дома Энни, но ее машины во дворе не увидел. Он доехал до центра, остановился у банка и получил по кредитной карточке в автомате максимально возможную сумму наличными – в здешних местах она составляла четыреста долларов. Потом немного покрутился по городу, но белый «линкольн» Энни так ему и не повстречался.

Кит выехал из города, свернул на шоссе номер 22 и остановился у принадлежавшей Арлесу колонки самообслуживания.

Там он вышел из машины и вставил шланг в бак. Из будки появился и засеменил к нему, приветственно махая рукой, Боб Арлес.

– Как дела?

– Хорошо, – ответил Кит. – А у вас?

– Ничего. – Боб Арлес подошел к Киту. – Смотрю, новый «блейзер» себе купили.

– Точно.

– Нравится?

– Да.

– А от той штуковины избавились?

– Сделал из нее курятник.

Арлес рассмеялся, потом спросил:

– Послушайте, а начальник полиции Бакстер к вам не заезжал?

Кит внимательно посмотрел на Арлеса и ответил:

– Заезжал на той неделе.

– Да, он говорил мне, что собирается это сделать. Я ему рассказал тогда, что вы вернулись.

– Спасибо. – Закончив заправляться, Кит воткнул наконечник шланга на место, потом они вместе с Арлесом прошли к будке, и Кит расплатился за бензин. – А он часто сюда заглядывает? – поинтересовался он.

Выражение лица Арлеса изменилось.

– Н-ну… раньше заглядывал часто. Мы с ним много дел вместе делали и для города, и для округа. А потом… возникли кое-какие проблемы.

– По-моему, я что-то об этом слышал.

– Д-да… об этом многие слышали.

Кит зашел в магазин, Боб Арлес последовал за ним. За прилавком с кассой никого не было, и Кит спросил:

– А где же миссис Арлес?

– Уехала на время. Думаю, вы понимаете почему, если слышали о том собрании в церкви, в Овертоне.

– И все же почему?

– Ну… как вам сказать… по-моему, она стала… немного нервничать после того, как натрепала там тогда много лишнего.

– Но она ведь правду сказала?

– Да какая там правда! То есть я хочу сказать, что в этом мире, если желаешь что-то получить, надо уметь и давать. Женщины не понимают, как делается бизнес. – Арлес покачал головой, потом добавил: – Начальник полиции и Дон Финней, это его родственник и он же шериф, явились сюда и заявили, что переведут счета города и округа в другое место. А знаете, какая это часть моего бизнеса? Я вам скажу: почти половина, черт возьми! Вы понимаете, что теперь будет? Со мной покончено. И все только потому, что она там наболтала лишнего.

– Значит, вы Бакстера больше не видите?

– Ну, он заезжает, как и прежде, – потому что, пока городской совет не перевел счета, он вынужден расплачиваться через меня. Но он со мной почти не разговаривает, а если что и скажет, то какую-нибудь гадость. Говорит, что он еще с Мэри поквитается… Я уж ему объяснял, что ее тут долго не будет, – добавил Арлес.

– И что, он по-прежнему берет что хочет, не расплачиваясь?

– Слушайте, он же никогда так не поступал! Всегда платил. А если я давал ему на дорогу чего-нибудь пожевать, так что с того?

Кит бросил возле кассы несколько упаковок, по его расчетам, выбранного ему должно было хватить на выходные. Арлес сел за кассу и пробил чеки.