Наталья Коралевских – Я - Хюррем! (СИ) (страница 1)
Часть 1. В неволе.
Пролог
Кара Дениз — Черное море…Бескрайнее, прекрасное, не одну тайну скрывшее в своих глубоких волнах. Турецкий корабль, полный русских невольниц, направлялся в Стамбул. Уже начали показываться на небе первые звезды, когда сопровождавшего столь ценный груз Айяза-эфенди неожиданно охватило дурное предчувствие.
— Ин ша Аллах… — пробормотал толстый низенький турок, оглядывая своих зареванных пассажирок. — Ин ша Аллах, доплыть нам до султана с попутным ветром и без потерь!
Рыжеволосая невольница, которую планировали подарить новому великому визирю, неожиданно открыла глаза.
— На Бога надейся, а сам не плошай, — на чистейшем турецком языке произнесла она, хитро улыбаясь. — О чем задумался, болезный?
Айяз поперхнулся. Роксоланка еще утром не понимала и слова из того, что он пытался ей сказать, переводила ей одна из невольниц — а тут вдруг нате вам, пожалуйста! И не просто заговорила — речь льется, словно мед, плавная, прекрасная…
Только очень уж дерзкая.
— Русская рабыня, держи язык за зубами! — нервно утерев пот со лба, прикрикнул на девчонку Айяз. Рыжая передернула плечами и поинтересовалась:
— А где ты здесь увидел рабыню, пес?
Последнего слова ей лучше было не произносить…
Рыжая плакала, кричала, молила о пощаде и пыталась вырваться — но турки били умело. Чтобы кожу не попортить, но боль причинить. Этому учились долго.
— Я вам всем устрою… Варфоломеевскую ночь! — от души пнув своего мучителя, выплюнула рыжая, зло сверкая глазами. — Скоты, мало мы Вас били при Екатерине, нужно было не бить, а добивать!
— Айяз-эфенди, никак она шпионка…или блаженная — странные вещи говорит… — незаметно подкралась к турку черноволосая и черноглазая невольница Дарья с Крыма. — Вы уверены, что ее следует везти в подарок визирю?!
— Не твоего ума дело! — тоненько взвизгнул турок, отмахнувшись. — Иди к своим, роксоланка!
Неожиданно рыжая вздрогнула и уставилась на него огромными испуганными глазами.
— Как ты ее назвал…эфенди? — вежливость явно далась ей через силу.
— Роксоланкой, как и тебя, о непослушная дочь Иблиса! Что ты все вопросы задаешь?! — турок никак не мог смириться с тем, что вчера еще забитая и покорная девушка неожиданно осмелела, да еще и научилась говорить на турецком.
— Ой мать моя женщина, бабуля коммунистка! Ну я попала-а!! — неожиданно взвыла рыжая. — Какой сейчас год, епрст?!
Айяз тоненько застонал и быстро сбежал из каюты.
— Не было у бабы забот — купила баба огород… — печально констатировала рыжуха, отойдя в уголок и с ненавистью глядя на своих недавних мучителей, следивших за каждым ее движением. — И куда меня занесла нелегкая?!
ЧАСТЬ 1. В НЕВОЛЕ.
Глава 1.
— Маленькая моя, прости, но мы должны расстаться, — угрюмо произнес симпатичный брюнет, стараясь не смотреть в глаза своей собеседницы. — Ты же понимаешь — работа…
— Именно, что работа, так как начать собственный бизнес у тебя до 32 лет просто мозга не хватило, — источая сладкий яд, ответила ему стройная высокая блондинка. И нервно схватилась за стакан с безалкогольным мохито.
Эта блондинка — я. А чувак, который сейчас мне втирает что-то по поводу карьерного роста и его роли в пирамиде Маслоу — мой почти что муж, Антон, с которым мы благополучно прожили почти 2 года и ссорились по 15 раз на дню. Видимо, ссориться ему порядком надоело. Или я надоела. Один хрен…
Вот почему мне так не везет с мужиками?! Это третьи по счету серьезные отношения в моей жизни — и снова облом! Первого я застала в постели с лучшей подругой, будучи на пятом месяце беременности. Выкидыш на нервной почве и год нежелания видеть кого бы то ни было рядом с собой.
Второй — уехал в Турцию по горящему туру, и вернулся оттуда с какой-то смазливой хохлушкой. Счастлив в браке, уже третьего ребенка ждут. И теперь вот — Антон…
Стакан трещит под пальцами, до того мне хочется вцепиться ему в шею и как следует потрясти. Мне почти 25 лет, и до сих пор — никакой устроенности в личной жизни! Меня постоянно в чем-то обвиняют — то в излишней самодостаточности, то я слишком много секса хочу, то фригидная, то ревнивая очень, то готовлю плохо, то еще что-нибудь…Надоело!
Так, Саша, сделай морду кирпичом — в конце концов, это всего лишь мужчина! Таких в твоей жизни еще будет — связками носи! Но до чего ж обидно-о…
— Котенок, ты должна понимать, наши отношения мешают нам развиваться мы же деградируем на пару!
— За себя говори! — вызверилась я. — У меня свой бизнес и стабильный миллион в месяц, а деградируешь за 50 тысяч в месяц — ты!
Антон молча бахнул недопитую чашку с кофе об стол и строевым шагом направился к выходу из кафе. Поговорили, называется.
Ну и… леший с ним.
Пытаюсь отдышаться, успокоиться и прийти в себя. Получается плохо. Можно сказать — не получается вообще.
Неожиданно чья-то рука касается моего плеча.
— Позолоти ручку, красивая, всю правду тебе расскажу! — шепелявая цыганка с мордочкой старой обезьянки и колодой потрепанных карт в руках.
Приехали.
— Доказательство теоремы Ферма расскажешь? — помахав у нее перед носом тысячной купюрой, злобно поинтересовалась я. Цыганка вздрогнула.
— Шайтан, ее там весь Стамбул ищет, а она тут бродит!
С этими странными словами побирушка подхватила пестрые юбки и куда-то бодренько ускакала. Я осталась сидеть в полной прострации перед пустым стаканом.
***
С грехом пополам добравшись до дома, я первым делом отправилась в ванную — снимать стресс. Вещей Антона в доме было немного, и те, я думаю, он сможет прекрасно собрать сам. Не барин! А я ему — не прислуга.
В смысле —
Отогнав чисто бабские мысли на тему" ой да на кого ж ты меня покину-ул", я быстро разделась, как обычно разбросав вещи где попало, и по шею погрузилась в теплую воду, пахнущую лавандой и розовым маслом.
Мысли почему-то переключились на увиденную сегодня цыганку.
О чем она говорила? Почему Стамбул ищет? Ответов нет… Но интересно же! Может быть, она меня просто с кем-то перепутала?
Отогнав видение своей циничной физиономии на стендах "Их разыскивает милиция", расклеенной по всему Стамбулу, я нервно хихикнула.
И погрузилась в мечтания.
Глаза сами собой закрылись…я томно замурлыкала.
Какие-то неясные, но будоражащие кровь образы, ощущение чьих-то ласковых пальцев на обнаженной коже, теплое мужское дыхание касается шеи…
— Хюр…рем… — имя — или что это? — звучит как выдох на самом пике страсти. — Моя…Хюр…рем…
Очнулась только когда вода в ванной уже остыла. Ежась от неприятных ощущений, вылезла из ванной и, немного подумав — отправилась в постель. предаваться блаженным грезам, где невидимый любовник называет меня Хюррем.
Снился мне заснеженный Стамбул — величественные мечети, прекрасные сады, дворец падишаха, и вечный, прекрасный в своем величии Босфор…
Утром меня разбудило шуршание ключа в замочной скважине. С трудом залепив глаза и чувствуя себя разбитой, я подняла голову от подушки и с интересом воззрилась на смущенную девицу, неизвестную мне доселе.
— Ты кто? — церемониться я никогда особенно не любила. — Какого тебе здесь… надо? Ключи откуда?
— Антон…дал…за вещами… — проблеяла девка, меняя цвета как хамелеон. Сейчас она была чудесного пепельного оттенка — под цвет шторкам.
— Пусть сам забирает. Ключи отдай.
— Он не веле… — подавилась окончанием слова неизвестная засланка. Я встала. И выражение моего лица явно не сулило незадачливой полюбовнице (ну ты га-ад, Антошенька!) ничего хорошего.
…Ключи я у нее быстро и без лишних эмоций изъяла, саму спустила с лестницы и позвонила консьержу с просьбой как следует обшмонать на входе. Не со зла, а так — просто. Настроение с утра было никакое.
Да еще эта мадам его подгадила своим визитом…
Пока варился кофе, я наскоро привела себя в порядок и задумалась. Ехать в офис, проверять дела на фирме не хотелось совершенно. Незачем сотрудникам видеть меня в таком состоянии. Позвонить подругам, предложить смотаться в бар? Нет, не пойдет…