Натализа Кофф – Свет утренней звезды (СИ) (страница 1)
Пролог
'Пап, не уходи! Ты же не оставишь меня, ведь так?'
'Ты никогда не будешь одинока. Мы с мамой всегда рядом'.
'Но ты почти ушел! Как и мама!'
'Так получилось….'
Ночной кошмар, которому нет конца. Мокрые простыни от холодного пота, причиной которому страх и воспоминания, который не можешь отпустить, и от которых плачешь, когда они приходят.
Теплая, родная, сильная рука медленно становится холодной и безвольной. Рука, которая привела в этот мир, защищала и оберегала от невзгод, больше не греет.
Бум. Бум. Бум.
Секунда. Вторая. Третья… Еще одна. И уже не так невыносимо больно. Кажется, не можешь дышать. Бум. Бум-бум. Заставляешь себя сделать вдох. Второй. Третий.
Предрассветное утро, серое и невзрачное. Но горизонт окрашивают первые лучи летнего солнца, и город перестает быть чужим и мрачным.
Бум. Бум. Бум.
Дышать. Нужно просто дышать. Вдох. Второй. Третий.
Тонкая сигарета в подрагивающих пальцах. Легкий ветерок, еще холодный, ночной, скользит по вспотевшей коже. Горьковатый мятный дым. Холодная кирпичная стена не больно, но неприятно врезалась в затылок. Грива белокурых волос с пепельно-белыми прядками разметались по грязному кирпичу.
Бум. Бум. Бум.
Уже все хорошо. Всего лишь кошмар. Уже не больно. Но еще не прошло. И никогда не пройдет.
Все как обычно. Все как всегда. На крыше дома напротив сейчас появится мужчина с оголенным торсом в черных широких штанах. Босой. Поставит литровую пластиковую бутылку воды на пол. И приступит к тренировке. Прыжок. Выпад. Полусогнутые колени. Вот он застыл. Замер. Не шевелится. И вдруг стремительный прыжок и удар ногой. Вновь застыл, так и не опустив ногу. Тело напряжено, натянуто, будто струна. И каждый нерв — как оголенный провод. Прыжок. Выпад. Шаг назад. Вперед. Кувырок в воздухе. И он вот-вот сорвется с плоской крыши. Нет. Удержался. Идеальное равновесие. Вновь шаг. Уже дальше от края. Прыжок. Кувырок. Вновь замер.
Вторая сигарета. И последняя на сегодня. Все как обычно. Все как всегда. День похож на день. А ночь — на ночь. День дарит надежду, а ночью возвращаются кошмары. Ночью царит одиночество, чувство утраты и безысходности. А утром две привычные сигареты, чашка горячего чая и наблюдение за мужчиной дома напротив. Сорок минут. Иногда полчаса. Но каждое утро. Его тренировки — хрупкий мостик через бездну. Парень из дома напротив — словно символ надежды. Он балансирует на краю, но каждый раз побеждает.
Но сегодня все иначе. Двадцать минут проходит, и мужчина прерывается. В его руке мелькнуло длинное лезвие. Вот он близко придвинул оружие к лицу, словно рассматривая его. Взмах, второй, третий…. Лица не рассмотреть. Очки в комнате на тумбочке. Но можно поклясться, что на нем выражение покоя и сосредоточенности. Словно перед боем. Словно воин, сражающийся с врагами. И побеждающий.
Третья внеплановая сигарета с мятным привкусом. Нет, здесь нельзя не закурить. Иначе не скинуть напряжения от представшей картины.
Мелькнувшая мысль. Шальная и крамольная. Хочется подойти ближе и прикоснуться к блестящему в солнечных лучах клинку. И к мужчине. К мужскому телу хочется прикоснуться еще больше. Просто чтобы убедиться, что он живой. Он — не сон. Не плод воображения или продолжение кошмаров.
Но он недосягаемо далек. И ничего не изменить.
Парень заканчивает тренировку. Прячет оружие в ножны. Опускает плечи и легко склоняет голову. Словно благодарит невидимого противника за честный бой. Пьет воду и вытирает пот полотенцем.
Все как обычно. Все как всегда. Сейчас он скроется за дверью. А девушка вернется в комнату общежития, умоется, оденется и побежит на учебу.
Но не сегодня. Сегодня ее застукали. Долгую минуту мужчина смотрел на девушку на небольшом балкончике здания общаги. Девушка стояла, прислонившись затылком к кирпичной стене. В руке сигарета, во второй кружка. Короткий кивок. Мужчина скрылся за старенькой дверцей, ведущей на чердак. А девушка еще минуту постояла, и тоже вернулась в комнату.
Новый день начался.
1.
— Так, красотка, смотри, — деловито пояснял администратор, — Здесь бар, там подсобка. Стажируешься сегодня и завтра. Если подойдешь — берем, и выходишь в смену с Гором два через два. Форму выдадут через час. Пойдешь к тете Марфе. Бейдж принесет начальник охраны или кто-то из его парней. А вот и Гор.
Администратор присела на высокий барный стул и приветливо улыбнулась хмурому парню по ту сторону стойки.
— Горушка, — едва заметно улыбнулась девушка, — Смотрю, ты, как обычно свеж и весел.
— Угу, — невнятно промычал парень, не отрываясь от своего занятия. Парень методично натирал чашки и стаканы, готовясь к вечернему часу пик.
— А я тебе напарника привела, — все также позитивно говорила администратор Виктория Яковлевна, — Просил? Получите. Распишитесь.
— Девчонка? — брови изящно изогнулись, — Вик, учить не буду.
— Гор! — строго оборвала парня, — Бери, пока дают. Второй раз предлагать не стану. Отправлю ее в банкетный.
— Умеете уговаривать, Виктория Яковлевна, — пробурчал парень и отвернулся от непосредственной начальницы. А спустя пару секунд, перед девушкой появилась кружка крепкого горького кофе.
Благодарно улыбнувшись парню, Виктория Яковлевна взяла чашку, посмотрела на девушку, стоявшую рядом.
— Беги, он не съест, — приободрила и подмигнула, — Покусает немного, но это не смертельно.
Девушка послушно нырнула под стойку и уже оказалась в святая святых бармена. Хмурый и не очень приветливый парень по имени Гор окинул ее изучающим взглядом.
— Аврора, — представилась девушка. Брови парня изогнулись. А взгляд хмурый и неприветливый скользнул по джинсовой куртке, затянутым в хвост волосам, спустился ниже и застыл на обуви. Изящных кожаных туфлях на умопомрачительном каблуке.
— Мда, — изрек парень, — Ходули в цирке брала?
— На сдачу в соседнем киоске выдали, — пожала плечами Аврора, — Гор, значит? Отчества нет?
Хмурый Гор промолчал. А девушка, пожав плечами, отправилась в подсобку. Там переоделась, сменив туфли на удобные кеды, джинсовую куртку сняла, оставшись в черной облегающей футболке. Волосы собрала, заплетя в косу. Телефон на беззвучный режим и в карман. Все, Ави готова к работе. И она сделает все, чтобы ее получить.
— Будешь на подхвате, — встречает ее суровый голос, стоит ей только вернуться за бар, — Кофе. Чай. Фреш. К элитке не подходишь. Еду не подаешь. Из закусок — лимон. Остальное — дело официантов. Расчет сразу. Вопросы?
— Всегда хамишь новичкам, или только мне такая честь? — Ави изогнула бровь также, как Гор десять минут назад. Вот только теперь, без каблуков, она почувствовала себя крошечной рядом с хамоватым парнем.
— Вопросов нет, — прокомментировал парень и вернулся к работе.
Девушка сама взяла полотенце и принялась натирать стаканы, попутно изучая расположение бутылок, ассортимент, посуду. Все, что находилось в пределах видимости.
— Ух ты, какая куколка! — раздался веселый голос за спиной. Ави бросила быстрый взгляд через плечо. Мужчина, лет сорока-сорока пяти. Улыбчивый. Симпатичный, — И где тебя Виктория Яковлевна отыскала?
— Она не искала, — едва заметно улыбнулась Ави, — Я сама пришла.
— Как звать? — мужчина подпер рукой подбородок и с явным интересом изучал молоденькую девушку, — Капучино мне сваргань.
Быстрый взгляд в сторону хмурого Гора. Дождавшись легкого кивка, Ави принялась готовить кофе.
— Аврора, — ответила девушка.
— По представительским, — подсказал Гор, — Сотрудник клуба.
Ави знала, как именно приготовить капучино, чтобы не опала молочная пенка раньше времени, чтобы рисунок был четким, а вкус приятно удивлял.
— Сахар? — спросила девушка своего первого клиента. И после утвердительного кивка, юркнула к своей сумке, где в полиэтиленовом пакете хранились трафареты, карамельный сахар и прочие приятные и секретные мелочи.
— Баа, какая красота! — восторженно заявил мужчина, любуясь на четкий рисунок на поверхности.
Капучино получился на славу. Клиент восторженно причмокивал, каждый раз делая глоток.
— Гор, я люблю твой кофе, — хвалил мужчина, — Но у девочки определенно талант. Зацени!
Девчонка слегка застеснялась, но не подала виду, вернувшись к прерванной работе. Взявшись за полотенце, принялась натирать стаканы.
— Кофе вредно для здоровья, Егор Саныч, — вежливо ответил парень, недовольно скользнув взглядом по хрупкой фигурке девчонки.
— Зануда, — махнул рукой Егор Саныч, — Куколка, сделай ему такой же. Пусть подобреет.
Ави посмотрела на бармена. Смотрела и ждала его решения. Тот кивнул. И Ави, отложив полотенце, принялась готовить вторую чашку.
— С сахаром? — поинтересовалась девушка, прикидывая, какой у нее есть самый страшный трафарет. Жалько нет кукиша, или фигуры покрепче. Остановила выбор на силуэте волка, воющего на луну.
— Нет, — только и ответил Гор.
Девушка кивнула. Взяла трафарет, сделала рисунок порошком, и поставила перед парнем. Гор секунду смотрел на поставленную перед ним кружку, словно на двухголового монстра. Отпил. Кивнул.
— Хвалю, — прокомментировал парень, но взгляд и выражение лица говорили об обратном.
Егор Саныч, выпив кофе, удалился. Спустя пару минут появился еще один клиент, также сотрудник клуба. Сан Саныч — так обращался к нему Гор. Вновь порция капучино и рисунок на белоснежной молочной пенке.