Наталия Галаган – Фантасмагория (СИ) (страница 1)

Глава 1. Кто я?

Сладостно потянувшись, я несколько минут нежился в теплой постели, прогоняя остатки сна. Когда мозг, наконец, потихоньку запустил мыслительные механизмы, первой промелькнула здравая мысль: "А где я вообще нахожусь?", за ней тут же последовала бредовая: "Кто я?".

Мигом вскочив с постели, я стал оглядываться по сторонам. Спальня по цветовой гамме и декору явно принадлежала девушке. Значит, ночь удалась!

— Доброе утро! — поздоровался я громко, но никто не ответил.

Стоял я в чем мать родила, но одежды рядом не наблюдалось. Прикрыв наготу одеялом, я вышел из спальни и отправился на поиски хозяйки. "По дороге не мешало бы найти свою одежду", — подумал.

— Есть кто-нибудь дома?

В ответ тишина.

Квартира довольно просторная, обустроенная со вкусом, в стиле минимализма, точно не без помощи дизайнера. На стенах и тумбочках отсутствовали какие-либо признаки самолюбования хозяйки: ни тебе фотографий, ни грамот, ни дипломов или кубков ну хоть о каком-то достижении. На кухне царил идеальный порядок, а в холодильнике торжествовала пустота. Отсюда вывод: моя ночная пассия дома не готовит.

В ванной обнаружилось немалое количество всевозможных приспособлений для одурачивания мужчин: косметика, парфюмерия, плойки, утюжки и прочая дребедень по совершенствованию женских прелестей. Раз девушка так тщательно работает над образом, значит, знает себе цену. Не уродина, и уже хорошо. Моей одежды не нашлось и в этом последнем обследованном уголке жилища.

Остановившись, я решил оценить обстановку. Почему-то на сто процентов был уверен, что оказался в этой квартире случайно, так сказать, зашел на чашечку чаю и остался до утра. Но почему ничего не помню о себе? Амнезия?

Наконец мой мозг окончательно проснулся, и с целью идентификации личности я взглянул в большое зеркало над раковиной. На меня смотрел парень около тридцати лет, довольно симпатичный, хорошего телосложения. Да что уж там скромничать, такой рельефный пресс и накаченная мускулатура вполне могли бы красоваться на обложке какого-нибудь спортивного журнала. Только вот все это нисколько не приближало меня к раскрытию тайны моей личности. Возможно, если узнаю больше о хозяйке квартиры, вспомню хоть что-то из прошлого, хотя бы один день.

В шкафах находилась исключительно женская одежда, довольно миленькая, как раз в моем вкусе. Судя по нарядам, девушка была невысокого роста, миниатюрная, вот только с размером обуви что-то не совпадало. Обычно тридцать девятый размер обуви имеют девушки с ростом как минимум метр семьдесят — нестыковочка получается. Этот факт еще более распалил интерес к той, с кем провел ночь.

Без зазрения совести я обследовал содержимое ящиков комода, но кроме сугубо женских вещей не нашел ничего, что помогло бы мне освободиться от ношения одеяла подобно тунике древних римлян. Однако кое-что любопытное я все же нашел, а именно неимоверное количество брелоков для мобильного телефона. Похоже, в этом царстве порядка нашлось хоть немного места для нерациональности в виде увлечения.

В коридоре пропищал электронный замок, и открылась входная дверь. Кто бы ни пришел, прятаться было бессмысленно, и потому я в ставшей уже бессменной тунике-одеяле вышел навстречу вошедшей. Предположения о внешности хозяйки-незнакомки оказались очень близки к истине: передо мной стояла девушка лет двадцати пяти-шести ростом выше среднего. Одета в короткое элегантное платье, хотя, подумалось, бабульки-сплетницы из-за такой длины юбки точно причислили бы ее к девицам, ловящим удачу ночью у дороги. Вспоминая осмотренный гардероб, я понял, что таков стиль незнакомки — никаких брюк, а также юбок до колен и ниже. С первого взгляда показалось, что она несколько худощава, но, присмотревшись, увидел упругое тело, как у гимнастки. О внешности можно было сказать, что она очень красивая. Таких в природе очень мало, чаще их можно видеть на картинах художников: белая бархатистая кожа, детский румянец, правильные гармоничные черты лица. Ярко-зеленые глаза выгодно оттеняли длинные светло-русые волосы, непослушно выбивающиеся из сковывающей их заколки. Так как я уже обследовал ванную комнату, знал, что линзами она не пользуется, да и косметики по минимуму — такая красота ей дарована природой. Обратилась красотка ко мне очень уж буднично, без эмоций.

— Очнулся? Вот и замечательно. Я принесла тебе одежду. Быстро одевайся, надо ехать.

Девушка отдала мне бумажные пакеты и слегка подтолкнула в плечо к спальне.

— Куда ехать?

— По дороге расскажу. Иди быстрее, время поджимает, — она уже с силой толкала меня в спальню.

Расспрашивать далее, стоя в чем мать родила, хоть и закутанным в одеяло, было нелепо. Я решил сначала одеться, а потом уже подумать, позволять ли этой барышне верховодить. Вся одежда подошла мне идеально. По всей вероятности, наша связь длилась не одну ночь.

— А где моя старая одежда? — спросил я, выйдя одетый из спальни.

— Она была вся в крови, пришлось выбросить.

— В крови?!

— Ты все еще ничего не вспомнил? — Девушка поправила ворот моей рубашки. — Можешь не отвечать, и так понятно, что не вспомнил. Не волнуйся, кровь не твоя, но лучше поскорее уехать из города.

— Что произошло? Мы от кого-то убегаем?

— Да, поэтому надень очки и кепку, — она взглядом указала на лежавший на столе пакет с логотипом какого-то бутика. — На все вопросы отвечу по дороге.

— Ответь хоть на один вопрос: "Как меня зовут?".

Девушка некоторое время помедлила, то ли припоминая мое имя, то ли не веря, что я даже это забыл.

— Тебя зовут Валера, а я Марина, и, кстати, мы встречаемся, если ты и это забыл.

Она дала мне небольшой чемодан, подошла к комоду, открыла один из ящиков и выгребла из него в свою сумку с два десятка брелоков.

— Это для тебя самое ценное? — спросил я.

— Они — часть меня, — не вдаваясь в подробности, ответила Марина. — Поторапливайся.

Все же я сомневался в правдивости ее слов. Однако то, как вела себя Марина, выйдя из квартиры, убедило меня, что об окровавленной одежде она не шутила. Осторожно выглянув из-за угла и убедившись, что за ним никого нет, она позволила мне идти по коридору. С неожиданно ставшим громадным и тяжелым чемоданом девушка заставила меня спуститься пешком по лестнице с двенадцатого этажа. В паркинге я подождал, пока она подгонит машину, и юркнул на заднее пассажирское место. Марина же запихнула чемодан в багажник и села за руль.

— Почему только на мне маскировка, а что на счет тебя?

— В отличие от меня, ты засветился перед камерами наблюдения, поэтому твои фотографии во всех розыскных сводках. Сзади окна тонированы, можешь расслабиться, снять очки и кепку.

— Что я натворил?

— Долго рассказывать, — она пристально смотрела на меня, вероятно, обдумывая, как бы короче и доходчивее мне все изложить.

— Куда едем? — прервал я затянувшуюся паузу.

— К моим друзьям в деревню. Там отсидишься, пока я тут все улажу.

— Как далеко эта деревня?

— Около двухсот километров.

— Значит, вполне достаточно времени, чтобы рассказать мне все в мельчайших подробностях.

Болтливая женщина — горе для мужчины, но не в этом конкретном случае. Все мои воспоминания ограничивались сегодняшним днем. Как-то странно работал мозг: я узнавал марки встречных автомобилей, знал названия доносящихся из приглушенного радиоприемника песен и исполнителей; компаний и брендов на мелькающих рекламных щитах, но вот о себе ничего не помнил.

Марина рассказала, что вчера мы планировали ограбление инкассаторской машины, но, как выяснилось, не только мы позарились на ее ценное содержимое. Внутри машины оказались не деньги, а какой-то дипломат. Что в нем было неизвестно. Операцией руководил наш напарник Андрей, он-то и погиб во время стычки со второй бандой.

— Кому мы должны были передать дипломат?

— Хороший вопрос. Вы с Андреем решили не рассказывать мне этого. Мы еще по этому поводу с тобой поссорились. Как жаль, что ты забыл. Тогда бы убедился, что был не прав, — Марина метнула на меня взгляд-молнию. — Ладно, Андрей, он всегда был безбашенный, но ты меня очень обидел.

— А где сейчас тот дипломат?

— Это я хотела бы у тебя спросить. Когда Андрюху подстрелили, ты велел мне убегать, а сам остался прикрывать его. Позже мы встретились в условленном месте. Ты был каким-то пришибленным, словно с инопланетянами встретился.

— А дипломат?

— У тебя его не было. Я расспрашивала-расспрашивала, а ты был совершенно невменяем, не понимал, о чем я тебя спрашиваю, и не узнавал меня. Я надеялась, что к утру вспомнишь, но, по всей вероятности, тебя сильно долбануло.

— Возможно, дипломат отобрали напавшие?

— Уверена, нет. Будь он у них, о нас попросту забыли бы и не пытались меня выследить. Именно из-за этих придурков нам пришлось ночевать на моей служебной квартире. Не волнуйся, о ней никто не знает.

— Почему квартира служебная?

— А вот теперь я тебе ничего не скажу, и это будет моя маленькая месть.

Марина демонстративно надула губки, но у нее это не очень хорошо получилось, актриса из нее никудышная. Во всех движениях и мимике проявлялось сильное эмоциональное напряжение.

— Ладно, — размышлял я вслух. — От бандитов, возможно, удастся скрыться в деревне, но от полицейских… Они нагрянут на наши квартиры, будут расспрашивать родственников, соседей, знакомых.