Миша Шрай – Невинность. Наизнанку (страница 11)
Она позвала Берна продолжить их путь, но тот указал ей вдоль нити. На некотором удалении от них в толстой говорящей паутине запутался один из ломщиков. Он пробовал разные руки и ноги, но каждый раз увязал сильнее, чем и заставлял нить снова повторять всё сначала.
Обе головы этого существа повернулись на путников. Водоросль снова дёрнулась, но не смогла броситься на гостей из внешнего мира. Это очень рассмешило Берна. Как ребёнок он стал дразнить несчастного монстра и использовать слова нитей против него.
Лея собралась уже просто оставить их двоих, но Берн крикнул ей сквозь завесу дождя:
– Используем нити болтука! Защищаться от ломщиков!
Это было здраво. Лея вернулась назад. Она смотрела, как Берн устраивает засаду, чтобы дождаться животного, чьи зубы они смогут использовать для разрыва его же паутин.
Болтук приполз достаточно скоро, и хоть он и не причинял, почему-то, людям никакого вреда, Лея не решалась возиться с ним. Максимум помощи в их нелёгком деле, что она могла оказывать, это сбор уже нарезанных о зубы нитей. Их она укладывала в мотки друг на дружку.
– Пять, шесть…– считала она, не будет ли им уже достаточно, ведь нити были довольно тяжёлыми.
Вдруг Берн застыл. Не зная, в чём дело, Лея тоже прислушалась. Но слышала только дождь.
Так же внезапно, как он застыл на месте, Берн резко закрыл лицо ладонями, будто его свело в сильной боли.
– Что? Покажи! – Лея подошла ближе, и вот теперь-то она услышала явный звук.
С макушек деревьев падало что-то большое. Очень большое. За ливневой стеной не удавалось ничего разглядеть, кроме тени, но звук оно издавало пронзительный.
– Это крыласы, – объяснил Берн раньше, чем Лея успела спросить.
– А почему крыласы?
– Потому что они с крыльями. Не показывай им лицо.
Лея сразу повторила движение за Берном – немедленно прикрыла лицо ладонями. Мотки нитей остались лежать перед её ногами, так что она стала наклоняться, чтобы их никто не увёл.
– Лея, брось! Они всегда ходят стаями. Если заметят нас, нити нам не помогут.
В полунаклоне девушка застыла. Ей было страшно подглядывать, но ничего не видеть казалось ещё страшнее. Впереди себя она услышала шорох травы. Тяжёлые ноги ступали всё ближе.
Она поняла, что стала дышать тяжелее. Как бы ей ни хотелось спрятаться, всё в её теле – от сердцебиения до вздохов – как назло лишь сильнее выдавало её присутствие. Совсем близко, самой шеей она ощутила горячее дыхание шумных ноздрей.
– Заметили, – сказал Берн за спиной.
Со всех сторон зашумели грузные крылья. Лея ничего не видела, вздыбленная как кошка, она только ждала конца бури. Широкие перепонки мокрые от дождя били её, толкая вперёд.
– Не открывай лица! Просто иди с ними! – кричал из-за спины Берн.
Шепча себе под нос просьбы не убивать её, Лея двигалась. Она не разбирала дороги. Её заботило только, как бы ни наткнуться на новую нить, ни споткнуться и ни открыть случайно лицо. Но, возможно, путь видели эти создания, и потому нитей перед ней не встречалось.
– Берн? – почти всхлипывая, окликнула Лея. – Ты тут?
Он отозвался. Если бы можно было, она, наверняка, взяла бы его за руку, но тогда бы их обоих, скорее всего, не стало. Так что она перебирала ногами в направлении ударов по спине.
Скоро дождь прекратился. Крылья били всё реже. Временами она вообще не понимала, в какую сторону ей двигаться. У пространства вокруг появилось эхо, а трава под подошвой сменилась на камень. Последнее мокрое крыло коснулось её, и всё затихло.
– Берн? – шёпотом позвала она снова.
– Ничего не делай. Попробуем просто уйти.
Она не поняла, можно ли уже открывать глаза, но на всякий случай не стала. Ногой она шаркнула в обратном направлении. Затем ещё. Впереди послышался звук, и Лея застыла. Но тихими шагами Берн за плечом продолжал отодвигаться назад.
С грохотом он наткнулся на что-то, заставив её вздрогнуть. Она сжалась, как только могла прижимая ладони к лицу, но, очевидно, Берн потерял равновесие и не мог себе того же позволить.
Нечеловеческий крик оглушил всё пространство, и Лея бросилась сама закрыть парню лицо. Он провалился в груду какого-то хлама. Вешалки, грязные детские игрушки, расчёски. Берн вылезал из настоящей свалки старых предметов, и в тот же миг на них с Леей вырвался столб огня.
Его выкрикивала гигантская птица. Это её логово было завалено сломанными вещами, сама она была голой, больше походя на динозавра, чем на птицу, а ещё больше – на человека.
– Закройте личики, девочки! – визжала она, обливаясь плавленой кожей вместо волос.
Каждый её пламенный крик распадался на десятки бегущих птенцов, чьи крылья оказывались одеялами, шторами, кружевным тюлем.
Гигантская птица продолжала визжать, и Лея закрыла лицо.
– Плевать, бежим! – Берн дёрнул её за руку, и потащил прочь.
Вместе они понеслись со всех ног из логова крыласов, но открывать лицо Лея больше не решалась. Этот визг засел в её голове, и она просто не могла ослушаться. Рождающиеся из пламени новые крыласы, бежали во все стороны, и не лезли из её разума.
– Лея, здесь выход!
Она не могла отнять от лица рук. Птицы за её спиной шелестели своими крыльями-шторами. Она знала, что если откроет лицо, они сожгут её заживо.
– Лея, тут дверь, – говорил Берн теперь странные вещи. – Лучше вместе взяться, зная Изнанку. Чтобы вместе пройти.
– Я не открою лицо.
– Лея, они ушли. Мы одни в пещере, оглянись.
– Это не ты. Я не верю.
– Что?
Она не могла объяснить: за спиной она слышала крылья, впереди слышала Берна, и один из этих звуков ей лгал. Но который?
Запертая в своих сомнениях, Лея дышала всё чаще. Крыласы за ней шуршали одеялами, из глубины пещеры приближались их шаги.
– Лея? – вновь позвал её Берн слегка тише.
Ей хотелось заплакать от страха. Шаги вдалеке становились всё ближе. Она вдруг задумалась: если они вдалеке, то как дыхание может быть за спиной?
– Это что был
– Это же их. – Она опустила ладони, но не могла так быстро отпустить ужас. – Здесь всё реально! Берн, это ад!
Берн молчал. За его плечами, в самом конце пещеры, действительно находилась дверь.
8.
За дверью, ручку которой они повернули вместе, вновь оказался зал активностей.
– Мы проваливаемся снова и снова, но возвращаемся опять в клинику! – возмутилась Лея. – Как управлять этими провалами?
– Никак. – Берн же безразлично плюхнулся на диван, мгновенно став целью близняшек. – Оно просто заберёт тебя, когда ему будет нужно, и когда нужно, отпустит. Если выживешь.
– Но в пещере мы нашли дверь! Откуда ты знал, что будет дверь? – Лея присела возле него на кресле.
– Они иногда появляются.
– То есть сами? Как понять, будет ли у двери пароль?
– Мне кажется, такие твои. Паролей не было раньше. Они просто открывались, когда уже не нужно.
– Как понять мои и твои? Кто вообще расставляет двери?
В их разговор вклинилась пожилая медсестра с короткой стрижкой. Сначала она просто подошла с орешками в кулаке к их дивану вплотную, откровенно подслушивая разговор. Им пришлось замолчать. В тишине Берн отвлекал близняшек от Леи своими волосами. Когда сестра поняла, что продолжения не будет, она позвала Лею за собой:
– Идём, по средам у тебя музыкальная терапия. – С её словами на плече Леи загудели свинцовые пальцы.
– Сейчас!? Я пробыла в Изнанке неделю?
Берн вытянулся в удивлении, но близняшки яростно дёргали его волосы, и это не позволяло ему надолго застыть.
– Нет, сестра,… – Лея пригляделась к бейджику пожилой работницы: – Сестра Ропси! Могу я, пожалуйста, поменять вид своей творческой терапии? Я бы хотела попробовать себя лучше в лепке.
– Хорошо. Я передам об изменениях твоих предпочтений врачу.