Михаил Атаманов – Заклинатель (страница 63)

– Даже втроем мы не сможем контролировать всю длину крыши – только небольшой участок, – задумчиво сказала я.

– Даже небольшой защищенный магией участок – это лучше, чем ничего, – сказал Серый Ворон. – Мы все будем на крыше. Так, кого это принесла нелегкая?

Последняя фраза прозвучала по поводу резких звуков горна, протрубившего откуда-то со стороны улицы. Мы переглянулись. Выходить под дождь никому не хотелось. Но звуки горна повторились. Петька проговорил неуверенно:

– Похоже на сигнал командирам собраться на совет. Я пойду, что ли…

Я откинулась и закрыла глаза. Послушная Виги полетела вслед за Пузырем, дождь не был ей помехой. И снова протрубил горн. Я увидела, что промокший трубач с витым рожком в руках сидит на козлах большой кареты. На дверце красовался роскошный герб. Петька залез внутрь, а Виги успела прошмыгнуть за ним, пока дверца не захлопнулась.

Сидящего внутри старика в роскошной мантии я видела впервые, но сразу догадалась, кто это. Тем более что по правую руку от герцога сидел его личный телохранитель Роббер Смертоносный, а слева какой-то внушительных размеров мужик в доспехах и с мечом.

Напротив герцога Мазуро Кафиштена на мягком диванчике устроились Мадор Кафиштен, Вилль Омникафи и Петр Пузырь. Они одновременно сняли шлемы и теперь держали их в руках. У герцога оказался жутко неприятный хриплый старческий голос:

– Не сегодня, так завтра наши враги пойдут на штурм. В ваших руках судьба Северных Ворот, и лишь от вас зависит, устоит мой город или падет под натиском еретиков. Мадор, мой старший внук и будущий наследник, богиня судьбы Фаэтта подарила тебе шанс отомстить за отца. Используй его! Не щади никого! Клянусь, сразу после победы я представлю тебя в Совет Рыцарства, и ты получишь там свое законное место.

– Я выполню свой долг, мой герцог! – поклонился парень и даже умудрился в тесной карете опуститься на одно колено и поцеловать протянутую правителем города руку.

– Вилль Омникафи, ты моя надежная опора. Я рад, что именно ты обороняешь Северные Ворота. Нет никого другого, кому бы я доверил столь ответственный пост. Твой род верно служил Холфорду сотни лет и давно заслужил титульную корону. Вот тебе мое обещание, как законного правителя города: если граф Армазо и его армия не войдет в город, я отдам тебе его замок вместе с землями и слугами. Вместе с замком ты получишь баронский титул.

Вилль также опустился на одно колено и проговорил благодарно:

– Мой род столетиями защищал Западную Столицу. Я выполню свой долг, мой герцог!

Старик протянул унизанную дорогими перстнями руку для поцелуя, затем повернулся к Петьке и произнес:

– Я помню, как вручал тебе эти латы в качестве награды, Петр Пузырь. Еще тогда я говорил тебе, что герб Кафиштенов тебе к лицу, и ты внушительно смотришься в этих доспехах. Забудем прошлое, ты снова на моей службе. Я давно знаю твою заветную мечту, и именно сегодня она может осуществиться. Удержишь ворота – завтра же станешь рыцарем. Провалишь и это поручение – я припомню, что мой палач тебя заждался.

– Клянусь, я выполню свой долг, мой герцог! – По примеру остальных Петька опустился на одно колено и поцеловал руку старика.

– Все свободны. Мне еще нужно успеть к Западным Воротам, – проговорил правитель города, окликая кучера.

Я не успела вовремя направить летающую пикси наружу, дверца захлопнулась буквально перед ее носом. Когда карета тронулась, Роббер Смертоносный усмехнулся и отчетливо произнес:

– Мой герцог, один и тот же замок графа Армазо ты обещаешь уже пятому из претендентов на титульную корону. Да и другие твои обещания… А ну как придется их выполнять?

В ответ старик лишь зло рассмеялся:

– Не придется. Я уверен, что ни у кого из этих пятерых нет ни малейшего шанса дожить до конца войны. Но, даже если они каким-то чудом выживут в предстоящей мясорубке, ты уж постарайся, чтобы мне не пришлось платить по счетам. Мадора, конечно, жалко, но в моем внуке нет ничего от его отца Рупперта: ни силы, ни смекалки, ни желания учиться. Только голый, ничем не подкрепленный фанатизм. У меня совсем другие планы насчет наследника, и этому наивному пареньку в них нет места. Но зато он выполнит свою клятву и успеет убить немало орков перед смертью, – жестко отрезал правитель города.

– Так ты все-таки надумал объявить наследника, старый лис? – поинтересовался второй охранник.

– Никита, это совсем не твоего ума дело, – вмешался Роббер, но герцог перебил доверенного охранника:

– Пусть знает. Если после свадьбы у Камилетты первым родится мальчик, то именно его я и думаю объявить своим законным наследником. Если нет, наследником рода Кафиштенов станет первенец Дофилетты. Я второй день молю богов, чтобы моя младшая дочь сумела благополучно добраться до замка Древний Брод, где ее смогут укрыть и защитить охранники будущего мужа. И почему Петр Пузырь бросил ее на дороге и не довез до места?! Я до сих пор в страшном гневе, и лучше бы ему самому погибнуть на войне, чтобы мне не пришлось лишний раз марать руки кровью. И уж, во всяком случае, выполнять данное ему обещание я точно не собираюсь!

К тому моменту, как Пузырь вернулся, я уже успела пересказать остальным содержание подслушанного мной разговора. Настроение у собравшихся, и без того достаточно тревожное, сразу же испортилось. Серый Ворон и Каришка о чем-то тихо шептались, Ярик в сотый раз принялся нервно точить каменным бруском секиру. Свелинна рассказывала Фириату о групповой магической защите, но темный эльф слушал ее не слишком внимательно, постоянно закрывал глаза, еле слышно бормоча слова какой-то эльфийской молитвы. Я же постаралась вздремнуть, прислонившись спиной к стене.

Петька явился воодушевленным и окрыленным. Увидев наши кислые рожи, Пузырь искренне удивился и поинтересовался причиной такого настроения. Я объяснила. Петька помолчал и ответил, тяжело вздохнув:

– Вот что, друзья. Всю жизнь я шел к этому дню, и сегодня буду биться за свою заветную мечту. Каждому кандидату в рыцари перед посвящением положено пройти испытание. И дело тут даже не в герцоге, дело во мне самом. Я должен для себя лично осознать, что могу преодолеть страх, могу справиться с любыми врагами, могу быть примером и вести за собой людей. Поэтому я в любом случае останусь и удержу эти ворота, чего бы мне это ни стоило. Вы же, если хотите, можете уходить в город. А сейчас извините, мне нужно идти к бойцам, воодушевлять и объяснять задачи.

Петька резко развернулся и вышел на улицу. Мы посидели еще немного и тоже стали собираться. Ярик надел шлем и достал из своего объемного мешка квадратный щит. Фириат пристегнул к поясу кривой нож. Серый Ворон и Каришка одновременно скинули длинные плащи и оказались в темных кожаных доспехах. И если у Каришки это была просто добротная легкая куртка, сшитая из множества полосок дубленой кожи, то у Серого Ворона одежда была к тому же потрясающе красивая: черный костюм, расшитый серебряными узорами, высокие до колен сапоги, тонкие перчатки и шлем-маска. Я замерла в немом восхищении – настолько моему другу шел этот доспех. Даже не представляю, сколько он мог стоить, но явно оправдывал любое вложение денег.

– Будешь здесь спать или пойдешь на крышу? – спросил меня Сергей.

– Пока отдохну тут, а как дождь закончится, поднимусь наверх, – ответила я.

Когда дождь наконец-то закончился и в башню один за другим потянулись бойцы, я пошла вместе с ними. На крыше было сыро и прохладно. На самом краю у зубчатого парапета Свелинна продолжала рассказывать темному эльфу о совместном магическом щите. Я не очень-то верила, что моя маленькая подруга сумеет быстро научить Фириата работе в группе, но все же не стала отвлекать их.

Десятники инструктировали расчеты трех громадных катапульт, указывая на одним им понятные ориентиры в черном сгоревшем лесу. Другая группа бойцов разводила костры под котлами с застывшей смолой. Бойницы одну за другой без спешки занимали лучники и арбалетчики, солдаты подкатывали поближе к краю огромные валуны.

На крыше появился Пузырь в сопровождении нескольких десятников и седого сотника. Наш друг отдавал приказы на понятном им военном языке, активно жестикулируя и вовсю используя состоящий сплошь из нецензурных слов солдатский лексикон. Непривычно было слышать такие непечатные слова из уст такого культурного парня. Но, видимо, так было нужно: десятники согласно кивали и спешили исполнять приказы молодого командира.

– Вилль, где твоя обещанная сотня подкрепления? – свесившись через край стены и рискуя свалиться, проорал Пузырь в сторону огромной охранной башни.

– Должны были уже подойти, – донесся далекий отклик.

В этот момент на лестнице послышался топот множества ног, и на крышу вывалилась разношерстная толпа городских ополченцев. Даже на мой непрофессиональный взгляд сразу стало понятно, что вояки из них, мягко говоря, неважные. Это были обычные лавочники и ремесленники, которым выдали по длинному копью или окованной железными кольцами дубинке. Никакой брони, никакой дисциплины, никакого понятия о тактике и стратегии. В глазах вновь прибывших сквозили страх и легко читаемое желание дать деру при первой же возможности.

Пузырь потратил пять минут на то, чтобы просто построить их в три ряда. Я думала, что Петька их прогонит или отошлет куда-нибудь на другой участок обороны, но мой друг, скрывая раздражение, постарался пристроить всех новоприбывших к делу: по два десятка копейщиков направил к каждому из мостов, остальных оставил на крыше помогать кипятить смолу, таскать камни и поворачивать тяжелые орудия.