Михаэль Драу – Плоть и сталь (страница 5)
После некоторых раздумий, Канцлер решиться вывести на улицы и бронетехнику.
Несколько неспокойных недель в городе шли бои, плавно стихающие и переходящие в отдельные стычки, напоминающие скорее партизанские вылазки.
И когда жизнь снова вошла в своё привычное русло, внешне показавшись победой Канцлера, стало очевидно, что болезнь не вылечена, а загнана вглубь.
Люди не понимали, что в пост-ядерном мире любая вольность может привести к катастрофе, к крушению ещё хрупкой цивилизации. Тем более что обывателям важнее было личное благосостояние и сытая жизнь, впрочем, так было во все времена. А Мастера постоянно подчёркивали «жестокость и кровожадность Канцлера», «проявления тоталитарного режима», всячески возмущались тем, что, в принципе, самостоятельные города по какой-то глупой традиции вынуждены платить огромные налоги вместо того, чтобы пустить средства в оборот внутри отдельно взятого города и тем повысить материальное благополучие жителей.
Канцлер снял коммуникатор, прикрыл усталые глаза и упёрся лбом в сцепленные пальцы.
За спиной прошуршал атлас какого-то лёгкого одеяния. Канцлер хорошо знал, что это его сводный младший брат, Принц Велиар. Едва достигший совершеннолетия юноша, который ничего не смыслил в политике, да и не пытался лезть не в своё дело, но зато обладал удивительным даром успокаивать Канцлера и помогать ему выстраивать спутанные мысли в ровные шеренги. Довольно странным и даже предосудительным способом…
— Тебе нужно прилечь, — бархатно прошептал Принц, слегка наклонившись к брату и ласково погладив мочку его уха своими мягкими, гладкими, как шёлк, губами. По шее Канцлера пробежал едва ощутимый рой мурашек. Он чуть откинулся назад и приоткрыл глаза.
— Вел…
— Тссс, — улыбнулся Принц, прикоснувшись пальцем к приоткрытым губам Канцлера. — Давай ты будешь говорить только в Совете, а со мной ты будешь просто улыбаться…
И он улыбнулся первым. А потом медленно поцеловал старшего брата в губы вовсе не братским поцелуем.
С некоторых пор это стало их маленьким секретом, слегка непристойным, а оттого более пикантным. Юридически они считались братьями, но кровь в их жилах текла разная. Это позволило Канцлеру пару лет назад переступить через этические нормы. Тем более что коварный и притягательный, как ластящаяся кошка, Велиар сам элегантно и ненавязчиво его к этому подтолкнул.
Канцлер проснулся легко и довольно быстро, по своему многолетнему обыкновению. Встал, стараясь не потревожить сон брата, который спал как всегда голым. Красивый… Бронзово-смуглый на кипенно-белых простынях и по-детски обнявший подушку, по которой разметались его иссиня-чёрные волосы. Канцлер многое бы отдал за то, чтобы просто проваляться весь день в постели рядом с ним, ничего не делая. Но на это у главы государства не было ни времени, ни права. Особенно времени.
Совершив все необходимые утренние процедуры и велев принести ему кофе, Канцлер заперся у себя в кабинете и работал до полудня, прежде чем кнопочка вызова на селекторе замигала, и голос секретаря сообщил:
— Господин Канцлер, к вам посетитель. Принять просит срочно.
— Хорошо, запишите его к старшему Советнику на будущую неделю, — пробормотал Канцлер под нос, не вполне расслышав, что ему говорят.
— Нет, нет, вы не поняли. Он… эм… Он просит принять
Канцлер отвернулся от монитора ноута и хмуро посмотрел на селектор. В голосе секретаря слышалось волнение, постепенно грозящее перейти в страх. Канцлер быстро постучал пальцами по плазменной панельке с краю экрана. Появилось изображение приёмной.
Действительно, как раз перед столом секретаря стоял странный и довольно жуткий тип в длинном чёрном плаще, респираторе и тонированных мотоциклетных очках, закрывавших лицо ото лба до скул. Похож на жителя Крио.
Хм. Это вполне может оказаться какой-нибудь посланец. Крио вообще свойственны подобные беспардонные визиты. Они только делают вид, что не вмешиваются в дела
Впрочем, Канцлер всегда был рад сотрудничеству с Крио.
— Впустите его, — велел он и быстро добавил: — в сопровождении шестерых охранников.
Приказ Канцлера исполнили через три секунды.
В кабинет вошло четверо солдат в шлемах с прозрачными забралами из бронированного стеклопласта, следом за ними — тот самый тип в плаще, и замкнули маленькое шествие ещё двое охранников.
— Добрый день, — со сдержанной вежливостью поздоровался Канцлер, поднимаясь из-за стола и выходя навстречу визитёру. В Крио не принято пожимать или целовать руку, только сдержанно кивать один раз и стараться держать почтительное расстояние с собеседником.
— Уверяю вас, господин Канцлер, вам не нужно меня опасаться, — прозвучал очень низкий, рокочущий бас несколько странного тембра.
Хм. Не нужно опасаться? Намёк на охрану.
Канцлера едва не передёрнуло от звуков этого голоса, и шестерых охранников показалось недостаточно.
— Вы не потрудились объясниться и требуете срочного приёма, я по вполне понятным причинам решил немного усилить охрану.
— Смутное время. Я понимаю, — чуть склонилась седая голова. Блеснули очки и респиратор.
— Вижу, вы в курсе небольших проблем, существующих в Империи.
— Да. В некотором роде. И именно об этом я и хотел бы поговорить с вами. Я хочу предложить свою помощь.
— Я весьма польщён, — слегка растянул губы в вежливой улыбке Канцлер. — И на каких же условиях?
— Я хотел бы работать на вас. Кажется, это так называется.
Канцлер сжал и без того узкие губы ещё плотнее и медленно проговорил, чтобы скрыть саркастическую усмешку:
— Ммм-да, предложение заманчиво, но несколько неожиданно. Для ответа на вашу просьбу мне было бы весьма интересно сперва взглянуть на ваше резюме.
Странный визитёр стоял неподвижно и молчал целую минуту, а потом заявил:
— В таком случае, мы должны остаться одни.
Канцлер нахмурил почти бесцветные брови и слегка сощурил светлые глаза.
— Что же такое вы хотели бы мне продемонстрировать, что больше никому не следует видеть? — хрипло проговорил Канцлер.
— Нечто такое, что больше никому не следует видеть, — непреклонно заявил визитёр.
— И с какой же стати я должен вам доверять? — Канцлер позволил себе слегка приподнять уголок губ.
— У вас нет ни объективных, ни субъективных причин мне доверять, — кивнул крио. — Но я могу гарантировать, что после того, как я пробуду на службе у вас неделю, в столице ни один недовольный не посмеет выйти на улицу с крамольными выкриками.
— То есть, как я могу понять, вы как-то связаны с тайной полицией? — Канцлер заложил руки за спину. Это многое бы объяснило бы.
— Нет, — коротко ответил крио и разрушил все гипотезы Канцлера, которые успели возникнуть в его голове.
— В таком случае потрудитесь представиться, наконец! — потребовал Канцлер.
— Я могу сделать это лишь наедине с вами.
Канцлер помолчал, раздумывая. Он не любил людей, которые знают слишком много, но при этом не спешат ничего рассказывать о себе. Захотелось немедленно выгнать странного посетителя. Но усмирить разошедшуюся не на шутку толпу хотелось ещё больше.
— Оставьте нас, — коротко кивнул Канцлер охране.
Солдаты недоуменно переглянулись.
— Будьте в состоянии полной боевой готовности, — добавил Канцлер. — Если возникнет острая необходимость, я вас вызову.
Солдаты помешкали ещё немного и вышли из кабинета.
Оставшись один на один со своим странным гостем, Канцлер сурово сжал челюсти. Это существо пока не проявляет каких-либо агрессивных намерений. Но доверять ему всё же не следует.
— Это Библия? — спросил вдруг визитёр, указав на толстую потрёпанную книгу на бархатной подставке за бронированным стеклом одного из стеллажей. Каждый аристократ считал признаком хорошего тона держать в доме какую-нибудь древность.
— Да, — решил поддержать светскую беседу Канцлер. — Ей около тысячи лет, она из самого Вэткана, страны до-ядерной эпохи.
— Ватикана, — сказал вдруг незнакомец.
— Простите? — не понял Канцлер.
Лицо в респираторе и массивных очках обратилось к нему.
— Эта страна называлась Ватиканом. Страна внутри города Рима.
— О… Вы увлекаетесь историей? — сдержанно улыбнулся Канцлер.
— Я есть история, — проговорил незнакомец своим необычным низким голосом. Канцлеру начинал надоедать этот спектакль. Он постарался сохранить на лице нейтральное выражение, но в голос добавил стальных ноток:
— Кто вы на самом деле такой, вы можете, наконец, сказать? У меня много дел, и если вы не перейдёте к сути, я вызову охрану.
Незнакомец помолчал. Потом медленно приблизился к драгоценной древней книге, говоря при этом:
— А на шестой день сказал Бог: «Сотворим человека по образу нашему и подобию. И да владычествуют люди над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землёю». И сотворил Бог человека из праха земного, вдунув в лицо его дыхание жизни. И стал человек душою живою.
— Я, конечно, польщён беседой со столь осведомлённым в истории человеком, но уверяю вас, я не шучу, — жёстко заявил Канцлер, размашисто прошагав к своему широкому письменному столу, где располагалась панель с кнопками различного назначения, в том числе и вызова охраны.
Незнакомец повернулся к нему и вдруг двинулся в его сторону. Канцлер нахмурился. Глубоко в душе кольнуло неприятное ощущение, похожее на беспокойство. Или даже страх.