Майкл Салливан – Elan I. Легенды Первой Империи (страница 77)
— Халгаври! — прорычал Гриндал и двинул ладонью.
— Минна! — крикнула Сури при виде того, как землю разрывает невидимая сила, и в сторону оглушенного зверя движется разлом.
Рэйт бросился вперед и подхватил Минну на руки. Вместе они откатились в сторону, невидимая сила пронеслась мимо и проделала в стене далля дыру такую огромную, что хоть дорогу прокладывай. Бревна, земля и трава изверглись наружу и покатились вниз по склону холма, оставив после себя облако пыли и новый вид на лес.
— Убейте их всех! — завопил Гриндал своим солдатам, морщась от боли и ощупывая ожоги на лице и груди.
Фрэи в львиных шлемах достали оружие и спустились с крыльца.
— К оружию! — приказал Нифрон, и галанты обнажили клинки, двинувшись навстречу солдатам.
Фрэи сошлись, зазвенел металл, и центр далля превратился в поле боя. Стоя у колодца, Нифрон блокировал чужие удары, сам же не нападал. Сэбек с двумя мечами действовал менее деликатно. Он мигом разоружил противника, бросил на траву и с силой наступил ему на колено. Григор приподнял другого фрэя и швырнул через весь двор.
— Ходу! — гаркнул Рэйт, схватив Персефону за руку и таща ее к воротам, где Сури уже воссоединилась с Минной.
Земля задрожала. Персефона оглянулась на Гриндала, ожидая новых ужасов, но увешанный куда меньшим количеством цепей бог все еще занимался своими ранами.
Одна из жаровен возле колодца опрокинулась, по всему даллю с крыш послетала солома, поленница позади чертога развалилась. Люди зашатались, некоторые даже упали, и схватка между фрэями замерла. Обе стороны отпрянули в замешательстве. Все посмотрели на Гриндала, однако он удивился не меньше остальных. Загадка вскоре разрешилась: из пузырящейся лужи со смолой в небо взмыл фонтан воды. Сила его была так велика, что сбила всех с ног, и далль скрылся в облаке пара и грязи.
Когда дымка рассеялась, из дыры медленно выбралась кашляющая Арион. Она справилась, хотя и перепачкалась с головы до ног. Хватая воздух ртом, она снова встала против Гриндала.
Рэйт дотащил Персефону до ворот, и останавливаться не собирался. Он явно хотел увести ее подальше. Но каким бы мудрым это решение ни было, уйти она не могла. Персефона вырвала руку.
— Мы должны драться! — воскликнула она.
— Как? Чем? — ошарашенно спросил Рэйт.
Ответа у нее не нашлось. Персефона даже копье Мэта потеряла. В руках она держала повязки Арион. Она опустила взгляд, не в силах смотреть на умоляющее лицо Рэйта. У нее осталось лишь упрямство и непреодолимое чувство долга. Она не вправе бросить свою семью! Лучше умереть с ними, чем…
Персефона непроизвольно принялась сматывать повязку и запачкалась углем. Вдруг она сообразила и бросила взгляд на Рэйта с дхергским щитом в руках.
— О, слава Мари!
Миг спустя в ушах у нее зазвенело, и голову пронзила немыслимая боль. Все в далле, за исключением Арион, которая усиленно плела в воздухе магические узоры, схватились за головы. Некоторые, включая Гриндала, рухнули на колени. Трава вокруг Первого министра начала расти поразительно быстро, хватая его за пальцы и запястья. Зелень набросилась на него с яростью, оплетая ноги и взбираясь вверх по телу, стремясь закрыть лицо. Из земли вылезли крепкие длинные корни и обернулись вокруг корчащегося бога, пришпилив его сотней крошечных отростков.
Звон стих.
Персефона воспользовалась моментом и переговорила с Рэйтом, Нифрон шепнул несколько слов Григору. Великан взял свой огромный клинок и направился к обездвиженному миралииту.
— Нет! — крикнула Арион.
Отведя взгляд от Гриндала, она произнесла заклинание, которое свалило великана с ног и выбило у него меч. Большего Гриндалу и не требовалось. Трава тут же передумала удерживать увешанного кольцами бога, и два пальца на левой руке шевельнулись. Арион бросило на спину, вышибив из нее дух. Зелень вокруг Гриндала скукожилась и засохла. Он высвободился из плена. Григор тем временем поднял меч и замахнулся. И вдруг он замер, не донеся клинок до шеи Гриндала.
Хотя Арион и дышала с трудом, она все же смогла пошевелить пальцами. Великана тут же окружила защитная оболочка наподобие мыльного пузыря. Теперь настал черед Арион угодить в травяной плен: сотни ростков обхватили ее пальцы и щиколотки, обернулись вокруг лица, закрыв губы. Гриндал повернулся к великану, пристально глядя на меч, едва не снесший миралииту голову.
— Как ты посмел напасть на меня, грэнмор?
Гриндал быстро шевельнул пальцами. Вокруг Григора вспыхнул яркий свет, однако он не причинил заключенному в защитный пузырь великану ни малейшего вреда.
— Мэдак, не надо! — крикнул Нифрон другому галанту, который метнул сначала один, потом и второй кинжал.
Оба клинка с шипением исчезли в облаке пара. Гриндал сжал кулак, и Мэдак вопил до тех пор, пока голова его не провалилась в туловище.
Гриндал вперился в фрэев яростным взглядом. Оглянулся на великана — тот все еще находился под защитой пузыря. По груди миралиита стекала кровь от вырванных колечек, кожа покраснела и пошла пятнами от опалившего его огня. С пленением Арион никто не осмелился даже шевельнуться, и в далле стало очень тихо.
— Святотатцы! — завопил Гриндал так неистово, что шарахнулись даже его солдаты. — Как вы смеете поднимать руку на меня! На меня! — В небе вспыхнула молния. — И ты туда же, — обратился он к мертвому Мэдаку. — Что за глупец! Великана я еще могу понять — он не фрэй. Но ты, ты… Ты не мог убить меня, не утратив душу!
— Зато я могу, — сказал Рэйт по-фрэйски и вышел вперед, пытаясь загородить собой Сури, сидевшую с Минной на гравиевой дорожке. Слова его не прозвучали ни громко, ни хвастливо. Он произнес их самым будничным тоном, точно собрался подраться с пьяным селянином. Рэйт вытащил из ножен меч Шегона и свободно держал его в одной руке, в другой — маленький дхергский щит. — Я — Убийца Богов.
— Так это ты! — Гриндал захохотал. — Никакой ты не убийца богов, малютка рхун. Ты убил всего лишь обычного фрэя. Фрэи — не боги, а вот я — бог!
— Отлично, — ответил Рэйт. — Значит, в этот раз я точно убью бога.
Гриндал ухмыльнулся.
— Прощай, мнимый Убийца Богов…
Гриндал поднял палец и вызвал молнию. Рэйт прикрылся маленьким щитом, и Персефона воззвала к богам, чтобы ее догадка подтвердилась. Из туч вылетела зазубренная стрела света и ударила в щит. Отразившись от него, сине-белый луч метнулся обратно к Гриндалу. И тут все потонуло в ослепительной вспышке и громовых раскатах. Когда Персефона снова обрела способность видеть, Рэйт все еще держался на ногах. Гриндал стоял на коленях неподалеку и дымился.
Ни секунды не колеблясь, Рэйт шагнул вперед. Гриндал не шевелился. Возможно, он уже был мертв, но дьюрийца это не остановило. Он взмахнул мечом и одним ударом снес голову унизанного колечками бога.
Все остолбенели. Вряд ли заминка длилась долго, хотя для Персефоны она растянулась на несколько минут. Позабытый всеми принц стоял на крыльце и изумленно таращился на отрубленную голову, лежавшую на траве щекой вниз. Мовиндьюле открыл рот, губы его задрожали, словно он пытался что-то сказать. Юноша моргнул, и его брови недоуменно поползли вверх.
Тучи снова разошлись, и проглянуло солнце.
Первой пришла в себя Сури. Девочка подбежала к Арион и принялась срывать оплетшую ее траву. Персефона опустила взгляд и с удивлением обнаружила неподалеку копье Мэта. Она подошла, подняла его и стукнула древком о землю.
— Клан Рэн! — крикнула она и подняла копье над головой. — Защищай свои дома!
Все уставились на нее широко распахнутыми глазами.
— Делайте, как вам сказано! — крикнула Мойя, пихнув стоявших рядом селян. Особенно досталось Трессе.
Тоуп поднял грабли и водрузил на плечо. Бергин-пивовар нашел топор. Остальные мужчины и женщины далля бросились врассыпную. Они исчезли в своих хижинах, и едва Персефона решила, что они останутся внутри, как люди вернулись с лопатами, ножами и копьями. Мойя схватила факел с подставки возле колодца. Роан взялась за свой топорик. Тресса вооружилась каменным ножом, и даже Гиффорд угрожающе поднял костыль. Селяне сплотились, лица их стали суровыми и сердитыми.
Нифрон посмотрел на принца, затем на солдат в львиных шлемах, которые так и стояли с оружием в руках.
— Будет лучше, если вы проводите его высочество подальше отсюда. Если начнется драка, он может погибнуть, а Лотиану это вряд ли понравится.
— Делайте, как он говорит! — Арион встала, отряхивая землю и траву с рукавов ассики.
Принц смотрел на труп Гриндала полными слез глазами.
— Ты — предатель! — крикнул он.
Голос его сорвался на визг. Раскрасневшись от злости, принц принялся судорожно жестикулировать. Пальцы двигались так, будто плели сложный невидимый узор. Он произносил непонятные слова, сбивчиво выпевая их грозным голосом. Перед юным фрэем начал разгораться свет. Он закружился огненным вихрем и полетел к Рэйту, который снова поднял щит.
— Нет, — сказала Арион.
Хотя в словах ее не было не малейшего усилия, огненный шар погас, даже не добравшись до Рэйта.
Принц опять принялся плести заклинание и махать руками, однако ничуть не преуспел. Мовиндьюле взбесился. Он пытался снова и снова, и каждый раз Арион останавливала его без малейших усилий.
Принц предпринял еще одну попытку. На этот раз Арион выбросила вперед ладонь и проговорила слово. Юноша упал на землю.