Мария Байбакова – Стихия Смерти 2: Безумие короля (страница 23)

– Говоришь уже, как вполне умная и опытная ведьма, – прозвучал рядом одобрительный голос Балора.

Роза удивленно обернулась к нему, чувствуя, как у нее краснеют щеки:

– Ты серьезно? Я так себе… пока еще ничего не умею… даже магии своей боюсь.

– Не волнуйся насчет этого, ты еще всему успеешь научиться, – успокоил ее Балор, – Главное – не учиться тому, что тебя, в конечном счете, погубит. Особенно с твоей родословной.

– О чем это ты? – напряглась Роза.

– О твоем тесном родстве с Артом. Будь осторожна, Роза – главное, не доверяй, кому попало. А лучше – вообще никому.

– Доброе утро, мякотка, – пробормотал где-то рядом Богдан. Дэни, которую он прижимал к себе, сонно заерзала, что-то бурча себе под нос. – Я знаю, ты всегда мне рада по утрам…

Дэни, услышав его разочарованный голос, хихикнула и развернулась к Богдану:

– Да ладно тебе, я же в шутку! – и чмокнула его в губы, – Мы с тобой все делаем в шутку, да? – Богдан заметно напрягся, услышав это, но Дэни снова хихикнула: – И это тоже была шутка.

– Вот теперь я уже совсем не понимаю, что – шутки, а что – нет, – в замешательстве ответил тот и схватил Дэни, прижимая к себе: – Заобнимаю тебя, зараза моя!

– Аа-а! – пискнула Дэни и расхохоталась на всю гостиную.

– О, а вот и остальные уже потихоньку просыпаются! – произнес Балор, окидывая взглядом огромную гостиную. Он, растроганно заметив пробуждение Дэни и Богдана, обернулся к Кэтрин, и тоже изо всех сил прижал ее к себе, чем вызвал у нее поток бурных эмоций.

– Так! – воскликнула Дэни, хлопнув в ладоши и бодро вставая с ковра, – Встаем, кучка, и идем завтракать!

– Ээ-э… – отозвался Дино, – А кто будет готовить завтрак?

Дэни снисходительно воззрилась на Дино и, не оборачиваясь, схватила Богдана и потащила вперед, на кухню:

– Мы, кто ж еще! Да, котик?

Богдан терпеливо вздохнул, приобнял любимую и направился за ней.

– Она уже восстановилась? – озабоченно произнесла Эффи.

– О чем ты? – Балор нахмурился.

– Недавно они с Эф очень сильно пострадали после схватки с вампирами, Дэни долго восстанавливалась, – пояснил Ванька. – Ей досталось больше, она даже шутками разбрасываться перестала, была сама не своя. Но, видимо, возвращение Лорен на нее подействовало весьма заживляюще.

– Дэни сильная, она с чем угодно справится, – хмыкнул Дино, – Главное, что все целы, а этим подонкам мы еще дадим пинка.

Все наблюдали за Дэни и Богданом, осведомленно шарящим по кухне, которая была рядом с гостиной. Они носились и делали завтрак, смеялись, обнимались и щекотали друг друга, а их смех разносился по всему штабу.

– Богдань, а где сахар? – бодро звучал голос Дэни из кухни, – И где моя любимая кружка?

– Вот, кто действительно счастлив! – прокомментировала Амелия.

Дино, услышав ее голос, резко развернулся и улыбнулся ей. Та, сидя неподалеку, чуть придвинулась к нему.

– Круто вчера мы поболтали! – выпалил Дино, – Доброе утро.

– Спасибо за кровь, – благодарно шепнула Амелия, – И мне очень нравится с тобой общаться!

– Всегда обращайся… – довольно хмыкнул маг.

Ванька, наблюдавший за ним, радовался за друга. Тот, наконец, не будет страдать от несчастной любви – и, может, уже, наконец, хоть кто-то из них двоих будет счастлив. Он восхищенно взглянул на Эффи, чем немного смутил ее.

– Не смотри ты так на меня, я же страшная с утра и все такое… – пробурчала она.

– Перестань, Эф. Ты всегда прекрасна, – ответил Ванька.

Эффи растроганно взглянула на него, и на долю секунды ему даже показалось, что она вдруг все поняла, но тут же девушка весело и по-дружески подскочила к нему и, хохоча, обняла изо всех сил.

– Ох, задушишь… – рассмеялся Ванька.

– Завтрак готов! – громко донеслось с кухни, – Валите все сюда!

Все, потихоньку вставая с насиженных мест, двинулись на кухню, весело обсуждая события прошлого вечера и ночи.

***

Лучи солнца мягко проникали в комнату, освещая ее и падая на лицо Лорен. Это утро было счастливым для всех, и они оба не были исключением. Банши и вампир-маг смерти…

Лорен аккуратно потянулась и высвободилась из крепких объятий Велимонта, ласково взглянув на него.

Как же хорошо, наверное, быть гибридом – солнце никогда не сможет причинить тебе боль или испепелить. Это приятная привилегия, быть почти неуязвимым – чего, наверное, Лорен никогда не смогла бы достичь. И все же, смотря на него, она понимала, что лучше идти по жизни рядом с неуязвимым, зная, что он всегда защитит тебя.

Она воодушевленно уставилась в окно, и тихо встала с кровати, подойдя к окну.

На улице уже было светло и тепло, как и должно быть весной: солнце заполонило каждый уголок раненого Питера, обнимая каждый сантиметр этого безумного мира. Все вокруг светилось и оживало, и мгновенно появлялось такое чувство, будто и внутри все оживает, поет и улыбается.

Одевшись, Лорен вышла из комнаты на прогулку по штабу и направилась к уже полюбившемуся ей подоконнику, откуда открывался вид на небольшую часть острова. Ведь вокруг неподалеку много было двухэтажных и четырехэтажных домов, а возле штаба – так и вообще некоторая часть местности пустовала, из-за чего казалось, что он обнесен какой-то невидимой прочной стеной.

И, не успела она наглядеться на все эти виды, как к ней бесшумно подкрался Велимонт и, нежно обняв ее, прошептал:

– Сбежала опять, значит… оставила меня там одного, в кровати.

Лорен улыбнулась, накрыв его ладони своими, и произнесла:

– Совсем чуть-чуть. От тебя нигде не скрыться.

– Да, – согласился Велимонт, – Да и, ходишь ты не так уж и тихо, как тебе кажется.

В гостиной и на кухне их уже все ждали, оставив им немного завтрака. Только у Велимонта настрой был обеспокоенный. Он вспомнил о словах Балора еще в Донеголе, и поинтересовался у всех, создав тишину вокруг:

– Кто-нибудь что-нибудь знает об охоте на банши?

– Да, кстати, – подхватила Кэтрин, допивая чай.

– Нет, ничего, – удивилась Эффи, – Демонтин ни о чем подобном не рассказывал.

– А я о чем-то таком слышала от Лукаса, – беспокойно отозвалась Амелия, – Но, честно говоря, я так и не узнала подробностей – наверное, все хотят перевес в свою сторону, ведь банши очень сильны. Раз так, то вам обеим нужно быть осторожнее, – она кивнула на Кэтрин и Лорен.

Лорен дернула Велимонта за руку и переглянулась с Кэтрин и Балором:

– Надо отправиться в ближайшее время в мою заброшенную квартиру и забрать ожерелье. Что-то мне подсказывает, что нам обеим оно очень скоро понадобится.

– Если хочешь, мы пойдем с тобой! – Дэни охотно вышла вперед.

– Что, прямо все вместе? – усмехнулась Лорен.

– Ну, хочешь, все вместе, – улыбнулся Ник, – Хотя, так мы привлечем очень много внимания. У тебя есть верный защитник – думаю, этого будет достаточно, он ни за что не даст тебя в обиду.

***

Солнце поднималось над городом, и все создания ночи прятались в тень – те, кто не мог находиться на солнце. Да и, все остальные по привычке не выносили солнечного света – просто по своей природе.

Равен, всю ночь и утро наблюдавший со стороны и внимательно прислушивающийся ко всему, что происходило в штабе – наконец убедился, что Амелии ничего не угрожает, и со спокойной душой отправился домой, в Скайлайт. Он просто не мог оставить ее там, на произвол судьбы – слишком много всего произошло между Ковеном и вампирами за последнее время. Они жестоко враждовали – хуже даже, чем с оборотнями.

В Скайлайте его уже поджидали Лукас с Лизой – главные управляющие всеми вампирами на данный момент, хотя они и боролись постоянно за право первенства. Равену было наплевать на все это, ему всегда была важна лишь безопасность двоюродной сестры и матери, Мары – хоть она и совсем не нуждалась в защите. Но, кроме них у него больше не было никого.

И самой первой его встретила Мара, прямо в лесу у порога клуба – солнечный свет ей тоже не причинял никакой боли. Это у них было семейное – спасибо Келии. Мара даже практически не менялась и чем-то смахивала на мрачного призрака с распущенными длинными темными волосами и в черном платье, как вдова. Равен в своем длинном темном пальто был ей под стать.

– Почему ты один? – забеспокоилась Мара.

– Позже все расскажу. Амелия в порядке, за нее можно не беспокоиться – она с родным братом и родителями.

Мара обрадованно, насколько это ей позволяла ее пугающе мрачная внешность, улыбнулась и обняла сына: