Мария Байбакова – Стихия Смерти 2: Безумие короля (страница 22)

– Да, – добавил Балор, – Лорен и Велимонт оба неугомонные. Просто не могут спокойно жить без приключений.

Амелия тихонько хмыкнула и показала брату ему большой палец.

– Жаль только, что Артура здесь нет, – грустно произнес Велимонт, – Вот кого сейчас хотелось бы увидеть.

Роза, согласившись с ним, тоскливо вздохнула и снова зевнула, опасливо покосившись на Дино. Тот уже загадочно переглядывался с Амелией, что Розе показалось очень забавным. Она тихонько хихикнула и развернулась ко всем остальным. Она и сама кое-кому казалась забавной, но все еще этого не замечала.

Все они разговаривали еще половину ночи, каждый о своем – о войне уже никому не хотелось говорить. В конце концов, почти все уснули прямо там, в гостиной – может, только, кроме Велимонта и Лорен.

Последние, чувствуя, что уже засыпают, решили все-таки поспать в своей комнате: Велимонт ловко подхватил Лорен на руки и заботливо понес ее к лифту.

Одной ногой во сне, они почти не говорили – им хотелось уже просто упасть на кровать и отключиться. Зайдя в комнату, Велимонт осторожно опустил Лорен на кровать и с лукавой улыбкой поинтересовался:

– Тебя раздеть или ты сама?

– Как-то двусмысленно… – усмехнулась девушка.

– Поэтому и спрашиваю.

– Ну, ты ведь не воспользуешься моей беспомощностью, да? – потянувшись, сонно пробормотала Лорен.

Велимонт, умиляясь, ответил ей:

– Нет, конечно. Но не будешь же ты спать в той же одежде, в которой ходишь целый день…

– Знаешь, Вель… – добавила Лорен, – Мне тоже трудно сдерживать себя…

– Ш-шш, – Велимонт приложил к ее губам палец, – Я все и сам прекрасно знаю. Ни о чем не беспокойся. Спи…

Переодев ее, он лег рядом, укрыл их обоих, и, крепко обняв Лорен, выключил щелчком пальцев свет.

***

Полночь.

В штабе было шумно, как на забитом стадионе. Повсюду – не только в подвале – горели яркие огни, а по всему зданию были развешаны пушистые гирлянды. Все это было идеей девчонок: парни были категорически против праздника, настроения ни у кого не было. Но женской половине хотелось хоть немного остудить накалившуюся атмосферу, и всем хотелось немного романтики.

Кто-то включил радио, чтобы услышать бой курантов, а Дино откуда-то раздобыл кучу бутылок розового шампанского. По всему штабу горели сотни и тысячи свечей, а за окнами хлопьями валил снег, и завывала метель.

Девушки и женщины носились вокруг да около и подготавливали штаб к Новому году, повсюду играла музыка. Всем в штабе было откровенно наплевать на войну, никто не хотел думать о ней в такой день, даже парни. Хотя их никто и не трогал: все остальные – вампиры, оборотни и люди – праздновали его по-своему и не устраивали никаких потасовок. Фактически, это был один из самых спокойных дней на протяжении всей этой войны между нежитью.

Больше всего в ней пострадали Дэни и Эффи, на которых вечно кто-то то нападал, то насылал проклятия. В этот день они как раз отходили от недавнего нападения, а Эффи – еще и переживала очередное отсутствие Демонтина, который в эту ночь просто обязан был находиться рядом со своим кланом.

Василиса с Раймоном, которого она запрягла после его долгого отсутствия, занимались елкой – украшали ее игрушками, сверкающими гирляндами и всяким разным барахлом. Раймону все это ужасно не нравилось, но его не было в штабе месяц с лишним, и он слишком дорожил Василисой, чтобы отказать ей и снова обидеть ее. Для девушек это было важно – с этим он смирился.

– Раймон, ты не туда вешаешь… – деловито распоряжалась Василиса, – Вот здесь будет заметнее. А здесь лучше повесить красные, они больше к месту. И, смотри, не навешивай много сразу – а то будет полный бардак!

Раймон, преисполненный терпения, вздыхал, качая головой, и вешал игрушку на другое место.

Вокруг был жуткий галдеж, и все искали радио – хотелось особой атмосферы. Удивительно, но: все-таки, в самом пыльном углу оно нашлось, и включили его в самый последний момент – когда уже били куранты.

Все бросились разливать то самое розовое шампанское по бокалам, весело расталкивая друг друга и крича поздравления – один громче другого. Казалось, весь штаб содрогался от того, сколько внутри творилось безумств и веселья, и сколько в нем было тепла и радости.

Всем сейчас снился один и тот же сон – тот самый день, когда они были счастливы, несмотря ни на что, почти все. Уснув в общей гостиной целой толпой – разве что только несколько человек, включая Матвея, разошлись по своим комнатам, – они создали один общий сон, в котором могли снова насладиться теми воспоминаниями и окунуться в волшебную новогоднюю атмосферу.

Дэни, попивая шампанское, вдруг бросилась к Богдану, которого розовое шампанское не особо привлекало:

– Богдаш, не трогай игрушки на елке!

– Я там револьвер игрушечный нашел!.. – гоготнул он.

Закатив глаза, Дэни подхватила его под локоть и быстро потащила к бокалам с шампанским:

– А желание кто будет загадывать?..

Некоторые присутствующие уже, разделившись на пары, в забытье танцевали под новогоднюю музыку. Наверное, у одной только Эффи не было пары, но Ванька решил поднять ей настроение и пригласил танцевать.

– А я думаю постричься… Как можно покороче – по плечи или еще чуть-чуть, – задумавшись, говорила Эффи. Ванька воодушевленно улыбался.

Дино в этот день ужасно скучал по Лорен – вот кого он тогда хотел увидеть больше всего. Связи с внешним миром не было, и уходить из Питера было рискованно – можно было легко напороться на врагов на окраине, что уже не раз происходило.

Оставалось только верить, что они сами – Лорен, Велимонт, Кэтрин и Балор – узнают про войну и вернутся в Питер. Хотя, это бы означало, что они так же рискнут собой, появившись здесь…

Поэтому Дино просто молча наслаждался волшебной новогодней атмосферой, вливал в себя все подряд, что только можно было выпить, и просто в пьяной дымке радовался жизни. Он был счастлив за всех, кто сейчас был счастлив.

Даже за Ника, который улыбался телефону – на который, видимо, пришло сообщение от его таинственной возлюбленной.

Кажется, в штабе был лишь один человек, который не разделял их праздничного настроения. Точнее – вампир-маг смерти. Даже если бы Роза сейчас знала все о нем и была с ним, Матвей совсем не привык к такой торжественности, постоянно мыслями и душой пребывая во мраке и холоде.

И, увидев, как она веселится, он понял, что своим настроем даже испортил бы все еще больше. Здесь ему было неуютно, и он чувствовал себя лишним. Хотя и очень хотел остаться, и стать когда-нибудь частью всей этой шумной и дружной семьи, если это вообще возможно…

Матвей сидел на подоконнике на одном из верхних этажей, где сейчас уже никого почти не было. Сидел на пару с Раймоном, который уже украсил елку в гостиной и конкретно вымотался. И, выпив шампанского со всеми, просто нашел себе спокойное местечко, чтобы посидеть в тишине.

Да и, они с Матвеем были старыми друзьями, если это можно так назвать – они через многое прошли вместе еще в Ордене. Они вообще могли долго молчать и в этом просто понимать друг друга.

В такие времена вообще любая тишина была дорогим подарком.

– Ты знаешь кого-нибудь надежного, кого можно взять с собой? – вдруг прервал тишину Матвей. – Например, эта девушка, Роза. Я вообще думал взять нового ученика или ученицу…

Раймон нахмурился и ухмыльнулся Матвею – как-то даже нагло и с хитрецой:

– А почему именно Роза? Ты положил на нее глаз? Она даст тебе в этот глаз, если сделаешь ей больно, – он тихонько расхохотался.

Матвей с пониманием ситуации выдавил улыбочку, но тут же спохватился и презрительно фыркнул:

– Еще чего… Я что, на самоубийцу похож? Буду я еще как ты за кем-то бегать и влюбляться. Вот и посмотрим, кто кого. Я попробую.

Раймон ненадолго задумался:

– Не, нет у нее учителя, и явно не предвидится. Что-то мне подсказывает, что она больше нуждается в друге. Но помощь с контролем магии еще никто не отменял. Валяй.

– После поисков, – Матвей спрыгнул с подоконника и медленно направился прочь по коридору.

Раймон усмехнулся и окликнул его:

– Что, ты просто свалишь в самый разгар праздника?

– Ага, – бросил тот в ответ, не оборачиваясь.

***

Но, как обычно, сны всегда заканчиваются: наступает утро, и ты возвращаешься в скучную реальность. Хотя, если подумать, реальность не всегда скучная, пусть зачастую и в самом нехорошем смысле.

Теперь же, в этот момент все они были одной семьей: уснув в гостиной целой толпой, утром все поняли, насколько хорошо прошел вчерашний день, потому что давно так уже не собирались вместе, чтобы отметить что-то или даже просто вместе посидеть в тишине и поговорить допоздна.

Первыми проснулись Кэтрин с Розой и, увидев всю эту сонную компашку в одной куче, принялись умиляться.

– Так вот, как вы, значит, проводили время вместе в лаборатории Велимонта, пока меня не было, – улыбнулась Кэтрин, – Балора тоже можно считать – хоть и в облике кота, но он был с вами. А, знаешь, мне это нравится. Вот, была бы я хоть немного помоложе…

– Всего лишь тысяча лет! – зевнула Роза, – Никогда не поздно отрываться, не важно – восемнадцать тебе или тысяча восемнадцать.

– Ну да, ну да… – согласилась Кэтрин, – Кстати… мне еще вчера стало интересно, кто и как обустраивал все эти комнаты, да и весь штаб тоже?

– А… – Роза махнула рукой, – Пустяки. Маги смерти занимались всем этим, а потом научили меня. К вашему приезду все готовила я, слишком уж хорошо я вас всех знаю. На самом деле, это очень сложная магия. Тем более, что комнаты все слишком разные даже по планировке, как и весь наш штаб – снаружи ведь все выглядит совсем иначе. Я не думала, что у меня получится, мне даже не раз говорили не лезть, потому что у меня не хватит навыков… Сказали, что я только дел натворю. Но у меня получилось! В общем, эта магия требует изменения всей структуры мира – особенно когда перемещаешь откуда-либо предметы, чтобы их отсутствие не вызвало последствий. Все это барахло ведь не берется из воздуха, – Роза хитро улыбнулась Кэтрин. – А чтобы не было последствий, нужно сосредоточиться и закрыть все разломы в ткани мироздания.