Лорен Донер – Тру (ЛП) (страница 16)

— Что Поланитис с тобой делал?

— Опыты, — прошептала она. — Уколы. Я кричала. Моя кожа будто плавилась в огне и… так много боли. — Её голос сломался, и она вывернулась из его захвата.

Он позволил ей это, ошеломленный информацией. Лишь один препарат имел такие эффекты. Он сжал колени вместе, чтобы не упасть. Его разум пытался понять причины, по которым этот препарат дали именно ей, и все они были ужасными. Но она бы умерла от первого же укола. Это невозможно. Более приемлемым казалось описание действия этого препарата на мужчину Видов, которое она наблюдала непосредственно.

Неужели её пихнули в клетку к сошедшему с ума мужчине на наркотиках, который занялся с ней сексом? Он, Тру, отказался взбираться на неё, но другие согласились? Это было безумно, если целью возбужденного Нового Вида была человеческая женщина. Картинки того, что ей пришлось бы пережить, сделали его больным. Как она вообще выжила после этого?

— Ты согласилась помочь им в экспериментах с препаратом для размножения в тот день, когда меня вели к тому зданию, из которого не вернулся ни один из моего вида? Не так ли?

— Да.

Он закрыл глаза, кипя от ярости. События того дня не имели никакого смысла, пока Джини его не просветила. Она всегда была добра, но позволить себе вредить, чтобы спасти ему жизнь? Он распахнул глаза, но её собственные были закрыты.

— Джини? Расскажи мне больше о том дне.

Она не ответила.

— Джини?

— Она в отключке, — сообщила Миднайт из-за его плеча. — Я действительно превысила дозировку. Она не проснется еще несколько часов.

Он повернул голову, удивленно отметив, что Миднайт стоит прямо у него за спиной.

-　Ты был слишком занят ею, а препарат лежал на тележке, стоящей за дверью. Я услышала　большую часть того, что она тебе сказала. — Миднайт пристроила груду одежды в одной руке, а другой сжала его плечо, чтобы утешить. — Под такой дозой она не смогла бы соврать. Я полагаю, что тайна раскрыта. Теперь ты знаешь, почему тебя в тот день вернули обратно, в камеру, а затем — перевели с одних тестов, на другие. Она заключила сделку с тем человеком, чтобы спасти твою жизнь. — Женщина пристально посмотрела на Тру. — Я помню, после того как тебя спасли, ты говорил, что этот перевод тебя обеспокоил.

— Почему она пошла на это?

— Я не уверена, — пожала плечами женщина. — Мы ведь тоже подчинялись требованиям Мерсил, если они угрожали кому-то из нашего вида, — Миднайт запнулась. — Она человек. Достаточно ли она заботилась о нас? Поступила бы она так же, если бы оказалась в такой же ситуации, а кому-то из наших грозила опасность?

Он повернулся обратно к койке, глядя на спящую Шивер.

— Тру, на мой взгляд, она не кажется злым человеком. Я видела эмоции на её лице. Она всё пережила, но травмирована.

Тру выпустил руку Шивер, и встал. Миднайт убрала руку с его плеча, когда он отошёл.　

— Травмирована?

— Пережив принуждение, ты никогда не исцелишься полностью, — мягко пояснила она. — Я тебе живой пример? В Дреквуде были вызволены лишь несколько самок. А соотношение самцов к самкам десять-к-одной? Даже в Мерсил не были настолько глупы, чтобы посылать одну из нас самцу под препаратом для размножения. Мы бы долго не протянули. — Миднайт потянулась к Джини, и убрала волосы с её лица. — Бедный человек. Она не выглядит достаточно сильной или выносливой, чтобы пережить такое?

— Они бы не оставили её на милость одного из наших под препаратом. — Тру отступил от койки.

Миднайт вздохнула.

— Если ей тоже вводили препарат, то она была неспособна сопротивляться самцам. Возможно, именно так она смогла выжить. Не все самцы говорят о том, что с ними происходило в плену Мерсил. — Она тоже отошла от койки и пристально глянула на Тру. — Особенно, если к ним приводили человеческих женщин. Они бы не помнили кем или чем она была. Никто бы не любил о таком вспоминать. Мужчины становились безумными от боли, а наши самки переживало тот ужас в полном сознании. Мы никогда не знали, выживем ли после такого. — Она нахмурилась. — И она в точности описала действие этого препарата. Значит, они действительно испытывали его на ней.

На него нахлынули воспоминания о его собственном опыте с этим препаратом.

— Они бы так не сделали. Ни один человек не выдержит самца под препаратом для размножения. Я знаю. Меня ведь тоже травили этим. Возможно, она не могла сопротивляться, если препарат давали именно ей. Её тело слишком хилое. Сердце бы не выдержало.

— Но, похоже, что так и было, — возразила Миднайт. — Это имеет смысл, если её тоже дозировали. От сексуальной потребностиона была бы не в своем уме, а возбужденный самец не убил бы её, если она не сопротивлялась. Скорее всего, он бы захотел на неё взобраться, если она уже была возбуждена препаратом. — Миднайт вновь подошла ближе, и погладила Джини по голове. — Возможно, боль от наркотика была столь невыносима, что любое грубое отношение самца не было таким ужасным.

Тру вскипел. Он не согласен с мнением Миднайт! Логика подсказывала, что если дозировали Шивер, то мужчину Видов — вероятно, что нет. Он никогда не слышал, чтобы пару испытуемых дозировали размножающим наркотиком одновременно. А значит, самец осознанно согласился взобраться на его женщину. Это также объяснило, почему она осталась жива. Вероятно, что самец не хотел причинить ей вред, когда она была настолько беспомощна. Наверное, Поланитис заключил сделку с другими самцами, и те согласились. Тру пришёл в ярость, его бросило в пот, а от злости он не мог говорить.

— Кто такой агент Брайс? — спросила Миднайт, глядя на него настороженным взглядом и сознавая, что он вот-вот сорвется и начнет крушить все вокруг, но все же успокаивающе погладила его руку. Это был жест поддержки. — Она упоминала о нем несколько раз. И предупредила его о препарате, способном натравить одних Видов на других. Я правильно расслышала? Ты думаешь, этот препарат использовали на Муне? Мун кидался на каждого, кто оказывался поблизости. Она также сказала, что Брайс способствовал спасению наших людей. С каким-то ордером. Что это?

Тру испытал благодарность, что Миднайт нарочно перевела разговор на другую тему.

— Она сказала, что он был агентом, работающим на ОНВ, который требовал доказательств существования плененных Видов, когда Джини узнала, где их содержат. Ордер — это человеческое понятие, документ, позволяющий проводить обыски и аресты.

Миднайт повернулась к стойке, на который свалила сложенную одежду, и села на стул.

— Ты ей не веришь?

— Нет.

— Она настолько не в себе, что я ей поверила. Этот человек существует.

— Ты уверена, что она нами не манипулирует?

— Я работаю в Медцентре. Тебе стоило бы послушать, что они лепечут, получив дозу этого успокоительного. — Она закатила глаза, ухмыляясь. — У Бука, например, стояк каждый раз, когда он видит дока Тришу. Он даже признался, что частенько специально получал травмы, лишь бы почувствовать её прикосновение. Слейд его прикончит, если узнает. Думаешь, что мне довелось бы услышать подобное признание, будь он способен держать язык за зубами?

Тру покачал головой.

— Флейм плакал, как малое дитя, получив вывих плеча во время спарринга с одним из человеческих мужчин. Еще он крепко запал на женщину, но слишком упрям, чтобы последовать за ней. Он узнал, что она чуть не умерла от рук какого-то мудака, которому доверяла, и не хочет, чтобы она столкнулась еще и с тем дерьмом, которое мы получаем от наших врагов. Он чересчур переживает, и не хочет рисковать её эмоциональным комфортом из-за себя самого.

— Аманда. — Тру слышал эту историю, и было трудно поверить, что Флейм способен лить слезы.

— Ага, она. — Миднайт заговорщически наклонилась ближе к нему. — Ну а Фьюри? Он носит в кармане трусики своей пары. Уже ношенные ею. Ему нравится нюхать их, когда он скучает по ней, и это препятствует ему бежать домой сломя голову и, рыча на окружающих, прямо посреди смены, с желанием уткнуться носом ей между бёдер. Аромат успокаивает его, и так он чувствует себя ближе к ней. Это то, в чем он признался, находясь в палате, когда родился Салвейшн. Доку пришлось вкатить ему дозу, чтобы он не начал рвать нас на клочки каждый раз, как Элли закричит от боли. Он хотел, чтобы каждый из нас испытал на собственной шкуре то, что чувствовала она. — Миднайт ухмыльнулась. — Думаю, люди назвали бы его подкаблучником в крайней степени, но ты ведь не станешь трепаться. Фьюри выбьет дерьмо из любого, кто такое ляпнет. Эта пара уже давно вместе. Я подозреваю, что женский аромат — это одержимость, которая со временем становится только хуже. Мне от этого почти не по себе. Но временами даже любопытно, каково было бы, будь у меня пара одержимая обнюхиванием меня.

Тру бросил взгляд на Джини, затем снова на Миднайт.

— Ты ведь в паре с младшим доком Харрисом. — Ведь у них работают двое Харрисов — отец и сын.

— Да, он считает нас парой, но наша связь на самом деле не является таковой. Он не Вид. Я тоже называю нас парой потому, что не хочу ранить его чувства.

— Элли и док Триша тоже не являются Видами, но они в парах.

Миднайт закусила губу, колеблясь, затем вздохнула.

— Тру, лишь самцы способны к созданию связи пары. Лишь они, имея глубокие инстинкты, способны её закрепить. А человеческие самки достаточно покладисты, чтобы позволить этому случиться. Для женщин Видов, человеческие мужчины недостаточно доминантны. Я испытываю глубокие чувства к моему мужчине, и он, как правило, делает меня счастливой, но между нами всегда будет расстояние. Понимаешь? Он не способен удовлетворить все мои потребности, как это может сделать пара Видов. На данный момент все хорошо, но это не означает, что я не испытываю зависти к истинным парам. Я гарантирую, что он никогда не будет носить в кармане мои трусы и никогда не испытает жажды рвануть домой, чтобы взять меня лишь потому, что мы не виделись несколько часов.