Лора Старцева – Никто не расскажет, кроме меня (страница 4)

Мона собирает баллы, суммирует их, мечтая о карьерном взлете и, если я сейчас не получу заветный балл, то она, как минимум, расстроиться, и, как максимум, наша мечта отодвинется на срок, равный ещё одной командировке.

А сейчас я стою, и не могу решиться открыть дверь в офисное здание, потому, что понимаю, контракт мною выполнен плохо, а я привык всё делать на отлично и, поэтому готов прямо сейчас вернуться обратно и всё исправить.

И я понимаю, что мог пройти всю игру на отлично, как прописано в моём контракте попроси я, в свою очередь, помощи у своего наблюдателя. Я же, уверенный в своих силах и знаниях, ничего не просил, и вот результат!

Это ещё одно условие моей работы: находясь в командировке любому сотруднику предусмотрена, так называемая, помощь зрителей, и стоит только обратится за помощью, как она обязательно приходит.

Но я гордый, я не просил.

У меня ещё оставалась слабая надежда на то, что может в контракте есть какая-нибудь оговорка по поводу изменения пути, хотя вряд ли …

Тяжело вздохнув, я нажал на дверную ручку и дверь открылась.

Глава 5

Я открыл дверь и сделал шаг в тёмный проём.

В ту же секунду сработали датчики движения и коридор осветился приглушенным белым светом, а я услышал, как за моей спиной закрылась входная дверь.

Мне ничего не оставалось, как начать свой путь по узкому, длинному коридору.

Этот коридор настолько узкий, что в нём невозможно поднять руку, затруднительно развернутся на месте. Части моего тела при движении касаются холодных стен, а голова то и дело задевает потолок, поэтому мне приходится всё время втягивать её в плечи.

Конечно, я не в первый раз возвращаюсь из командировки и прохожу через этот коридор. Все неудобства мне давно и очень хорошо знакомы, поэтому я их почти не замечаю.

По моим ощущениям, этот коридор тянется несколько десятков метров, и тут главное не поддаться панике, а уверенно продолжать свой путь до спасительного выхода.

Я стараюсь, как можно быстрее двигаться к выходу и скоро попадаю в овальное, ярко освещенное помещение, похожее на холл дорогого отеля.

На несколько секунд я слепну от яркого света, но скоро зрение возвращается, и я вижу в центре зала, похожую на корпус космической ракеты, кабину лифта.

Тут я должен отметить, что лифт в нашем здании – это особое устройство, которое может двигаться не только вертикально: вверх или вниз, но и горизонтально: вправо и влево.

Главное условие для тех, кто попадает в него – это правильно указать свой путь и тогда лифт, без проблем, доставит до нужного места.

Возникает вопрос, почему я не могу узнать количество этажей в здании, находясь в кабине лифта, ведь обычно мы просто нажимаем нужную кнопку с нужным номером и едем до указанного этажа. Но дело в том, что в нашем лифте вместо кнопок имеется только небольшой экран, расположенный на одной из стен кабины.

Обращаясь к экрану, пассажир четко проговаривает путь до своего рабочего места специальными фразами, в которых, на первый взгляд, нет смысла или какого-то логического порядка. Зашифрованный код офиса написан на карточке-ключе, которая выдаётся при поступлении на работу.

Я вынимаю карточку и не надеясь на свою память, глядя на неё, начинаю чётко проговаривать фразы кода.

Спросите, почему я не могу запомнить код-ключ за то время, что работаю здесь? Потому что, очень часто, возвращаясь в офис у многих командировочных с памятью случаются сбои, и требуется некоторое время для её восстановления. Так что карточка с кодом, в данной ситуации, как нельзя кстати.

Итак, находясь в лифтовой кабине, я проговариваю код и с моей последней фразой, экран радостно мигает, дверь кабины закрывается, свет гаснет и, лишь по слегка заметному покачиванию, становиться понятно, что лифт начал движение.

Минут через пять кабина останавливается, ярко вспыхивает свет, дверь открывается, и я, сделав шаг, оказываюсь у дверей своего офиса.

«С прибытием домой!» радостно говорю я про себя и мой рот растягивается в улыбке.

Одно из обязательных требований в нашей работе это, при возвращении из командировки, обязательно быть в хорошем настроении, несмотря ни на что.

Входить в помещение с унылой, или уставшей физиономией – это нарушение общепринятого этикета. Никто не обязан слушать про твои проблемы, или успокаивать тебя, потому что у тебя плохое настроение. Это твое личное дело, и ты должен сам справляться со своими проблемами.

Я считаю это одним из основных правил на работе. Не вникая в чужие проблемы, ты полностью сосредотачиваешься на своих, тем самым решаешь их наиболее эффективно.

Этаж, где находиться мой офис № ЛВ 18-09 представляет собой длинный коридор, где пол, стены, потолок имеют серо-голубой цвет. И это тоже правильно, потому что яркие цвета отвлекают от работы, а наша работа требует особой внимательности и сосредоточенности.

Никаких экзотических пальм, картин в золоченых рамах, замысловатых светильников и других украшений, которые обычно выставляют в солидных офисах, здесь нет. Даже свет, который, предназначен для освещения коридора, идет из-под пола, исключая наличие наружных осветительных приборов.

Вдоль коридора тянется ряд дверей такого же цвета, как и коридор. Единственное, что отличает одну дверь от другой – это небольшие таблички с номерами офисов.

Подойдя к двери, на которой указан нужный мне номер, я прикладываю к ручке-кнопке свой указательный палец. Звучит негромкий сигнал, и дверь отъезжает в сторону, предлагая мне войти внутрь.

Глава 6

Первое, что бросается в глаза, едва перешагнув порог офиса – это огромное, во всю стену, витражное окно, которое настолько огромное и прозрачное, что возникает ощущение, будто ты из коридора вышел на улицу.

И я, признаюсь, если появляется свободная минутка, любуюсь огоньками мерцающих далёких звезд, или желтой лепёшкой луны, которая постепенно, ночь за ночью, превращается в золотой серп, или просто наслаждаюсь медленным восходом солнца, лучами которого, постепенно наполняется всё пространство вокруг меня.

Наблюдая за окном постоянную смену дня и ночи, я понимаю, что это лучшее, что создано в этом мире. Да, именно создано, потому что такое чудо не рождается само собой, его можно только создать, как и всё, что нас окружает. Мы сами творим свой мир, и у каждого он свой.

Далее, я постараюсь раскрыть это понятие шире …

Итак, общая рабочая зона представляет собой полукруглую, в форме огромной подковы, моноповерхность, которая расположена параллельно наружной прозрачной стене.

Это сделано для того, чтобы каждый, кто находится на рабочем месте мог видеть, что происходить за стенами здания, так сказать, не отрывался от реальной жизни.

Это очень важно, так как за время своей работы, мне не раз приходилось наблюдать, как работник настолько сильно вовлекался в свою работу, что терял ощущение реальности и находился на грани нервного срыва, что недопустимо, так как каждый из работников должен чётко помнить, где он находится, и кем он является, а главное, какая огромная ответственность лежит на нём.

Я не могу сказать какое количество сотрудников работает в нашем офисе, так как это количество постоянно меняется.

Большая часть сотрудников всегда находится в командировках. Возвращаются одни, другие тут же отправляются в командировку. И это постоянный процесс.

Пересчитать количество рабочих мест то же практически невозможно, потому что на каждом рабочем месте имеется по нескольку экранов, так как наша работа связана с постоянным анализом событий, наблюдением за текущей ситуацией и изучением актуальных документов…

Длина рабочей моноповерхности, у которой находятся наши рабочие места, тоже неизвестна. Она уходит за границу нашего офиса, и мы привыкли ориентироваться только на то, что видим вокруг себя. Моноповерхность проходит через все помещения, которые находятся на нашем этаже и образует замкнутый круг.

Те, кто работает рядом со мной составляют основу нашего сектора. А это, примерно, несколько сотен работников, хотя я могу ошибаться. Все мы находимся в одной связке и, если что-то незапланированное происходит во время рабочего процесса, то это сразу отражается на каждом из нас.

Наш сектор является частью огромного организма, называемого матрицей или системой. Из таких секторов, как наш, состоит основная конструкция игры для живых. Лично мне данная конструкция больше напоминает пчелиный улей.

С первого взгляда, слишком много работников, слишком много суеты, но всё работает чётко, спланированно и любое вмешательство из вне тут же пресекается.

Мы все вовлечены в эту игру, мы все играем в неё, и будем играть ещё долго.

Если рассказывать более подробно про выстроенную систему, на это уйдёт время, а время – это самый ценный ресурс. Поэтому, продолжим далее, исходя из возникающих обстоятельств и тогда всё станет понятней.

Глава 7

Часы показывали полночь.

Кира сидела на кухне, смотрела в окно на ночное небо и мысленно посылала в небеса вопрос: как ей жить дальше, и стоит ли жить вообще.

Ночное небо хранило молчание, а Кира продолжала всматриваться в непроглядную тьму осеннего неба, в надежде, что кто-то там, наверху, ответит ей.

А всё было банально, как гвоздь, забитый в стену, на котором держится зеркало, как стеклянный бокал, разлетевшийся на куски, едва соприкоснувшись с каменным полом, как цветок выпавший из букета и растоптанный подошвой ботинка.