Леонид Юзефович – Жизнь после смерти. 8 + 8 (страница 62)

Небольшой двор враз заполнился: собаки выли и лаяли, львы утробно рычали. Почтительно глядя на охотников, старик осторожно спросил:

— Господин, позвольте узнать ваше имя?

— Я принадлежу к роду Сюэ, — ответил гость, — имя мне Сюэ Бэйкэ из Байшуя. Я еду в город торговать.

— Господин Сюэ! — старик вытаращил глаза, выронив из рук мешочек с монетами, тот звонко ударился о землю.

— Жена, жена! — вдруг закричал старик, повернув голову. — У нас гости, скорее выходи! К нам приехал сам господин Сюэ Бэйкэ из Байшуя!

Сюэ Бэйкэ чуть улыбнулся и промолчал — его имя почти всегда производило подобное впечатление.

Сюэ Бэйкэ не был родом из Ваньчжоу. Он родился в состоятельной семье в степях Ебэя, был крупным землевладельцем в Ланьчжоу. Его бескрайние пастбища раскинулись на сотни тысяч цинов[46] — даже добрый конь за сутки не доскачет с одного конца до другого. Как-то раз поехал император Се-ван по своим северным землям и поднялся на гору поглядеть на луга Бэйкэ, смотрит — а вокруг бескрайние зеленые просторы, а там — точно белые облака, гуляют стада белых баранов, и в каждом сотни тысяч голов. Удивился Се-ван и пошутил, мол, стоит баранам обернуться боевыми лошадьми, как перестанет столица Тяньци принадлежать его роду Цзи, а все вокруг станет империей клана Сюэ.

На торговых путях к северу от Восточных Земель дела у Сюэ Бэйкэ шли хорошо, однако в глубине души он мечтал обрести славу в Ваньчжоу. Как бы хороши ни были товары у купцов в других землях, Ваньчжоу считался настоящим краем торговцев. Местные купцы назывались лучшими из лучших и считались выше купцов из других земель. Это давно уж не давало Сюэ Бэйкэ покоя, поэтому в год, когда ему исполнилось пятьдесят семь лет, он передал дела старшему сыну и вместе с огромным войском в семьсот человек отправился на юг в сторону Ваньчжоу — так он и оказался в городе Байшуй.

Сразу же по прибытии Сюэ Бэйкэ разослал всем местным купцам приглашение на званый ужин. Местом встречи был назначен большой дом на улице Цинхуэй в восточной части города. Дельцам из Байшуя уже давным-давно было знакомо имя Бэйкэ, но они и представить не могли, каким состоянием владел этот богач с севера. Никто из них не посмел не ответить на приглашение, и купцы один за другим отправились на улицу Цинхуэй, прихватив с собой подарки. Однако, дойдя до нее, они обнаружили, что на месте большого дома, о котором писал Сюэ Бэйкэ, один лишь пустырь — куда ни глянь, сплошь густые заросли. Торговцы были вне себя от ярости, когда поняли, что их обвели вокруг пальца. Они уже было собрались писать донесение императору, как вдруг откуда ни возьмись появился улыбающийся Сюэ Бэйкэ в окружении свиты. Не успели ваньчжоуские купцы и слова молвить, как слуги Бэйкэ с бревнами и досками в руках принялись строить дом прямо на пустыре. В один миг они соорудили фундамент, воздвигли деревянные сваи и сколотили стропила — дом рос, будто по волшебству.

Тут появились слуги с подносами и предложили гостям чаю — не успели гости выпить и двух чашек, как перед ними уже возвышалась грандиозная постройка, украшенная искусной резьбой. Бэйкэ, в легком халате с широким поясом, с улыбкой пригласил купцов войти и сесть за стол.

Войдя в дом, торговцы еще больше поразились его великолепию. Внутренняя отделка пестрела изображениями птиц, людей и рек, и не верилось, что это все соорудили у них на глазах. Гости будто оказались на Волшебном Пиру Карповой Губы и Верблюжьего Горба, стол ломился от изысканных яств, вокруг порхали прелестные девушки-прислужницы. Даже бывалые купцы, видавшие в жизни немало удивительного, не верили, что это происходит наяву. В середине ужина Сюэ Бэйкэ приказал слугам вынести и вручить каждому присутствующему в подарок по одной жадеитовой шкатулке. Всем было известно, что ланьчжоуский жадеит гораздо лучше зеленого и черного нефрита из Ваньчжоу. Все купцы были вне себя от восторга, их руки тряслись от алчности.

Раздав шкатулки, Сюэ Бэйкэ с усмешкой сказал, что в первый же день раздарил весь жадеит, что привез с собой, кроме одного камушка. Покоренные щедростью хозяина, купцы принялись расспрашивать, что это за камень. Сюэ Бэйкэ молча усмехнулся и оттопырил мизинец, на котором красовался жадеитовый перстень. Увидев неказистый камень, которым тот был украшен, гости примолкли. Наконец из-за стола встал купец из Данпу и дрожащим голосом попросил Бэйкэ поближе показать перстень. Сюэ Бэйкэ с улыбкой снял кольцо и отдал — тот, повертев его в руках, воскликнул:

— Камень из драконьей крови! Неужели он и правда существует?!

Услышав это, бывалые цинъянские купцы побелели от страха. Этот камень был самым дорогим и редким из всех жадеитов. Но не потому, что обладал какими-то особыми свойствами сам по себе, а потому, что сами мастера Тайного Пути изготовляли из него магические предметы. По легенде, давным-давно, когда умирал Великий Дракон, то спустя десятки миллионов лет его кровь отвердевала и превращалась в драгоценный камень, в котором, как в магическом сосуде, была запечатана вся сила и мудрость Драконов. Такие камни считались бесценными.

Вернувшись домой в ту ночь, все купцы были не в духе: оказалось, ничего-то они в жизни не видели. Вот так за один вечер слава о Сюэ Бэйкэ разнеслась по всему Ваньчжоу.

Жена старика выбежала из дому. Это была немолодая женщина со смуглым лицом и шрамом на переносице, при виде Сюэ Бэйкэ она улыбнулась, отчего ее лицо сразу стало уродливым.

— Такой дорогой гость, а угостить нечем! — сказала жена. — Я сейчас же пойду на кухню и приготовлю чего-нибудь, а вы пока отдохните и выпейте вина.

— Спасибо, — удовлетворенно кивнул Сюэ Бэйкэ.

Старик почтительно предложил гостю войти. В доме было чисто и опрятно, на беленых известью стенах висело несколько полотен никому не известных каллиграфов, а посередине стоял небольшой столик. Отряд Сюэ Бэйкэ спокойно остался ждать снаружи. Старик затворил дверь и предложил гостю сесть во главе стола. Смуглолицая жена поставила на стол новенький фаянсовый сервиз, налила господину Сюэ и старику рисового вина, а сама ушла на кухню.

Сюэ Бэйкэ отхлебнул и почувствовал терпкий вкус горного вина. Слегка наклонив голову и улыбнувшись, он заговорил со стариком. Для жителя горного захолустья тот был весьма сведущ и легко поддерживал разговор об удивительных случаях из дальних мест и событиях из истории прежних императорских династий. Интересная беседа оставляла приятное послевкусие. Иногда старик бил в тарелки и затягивал деревенские северные напевы и песни отшельников из Нинчжоу, которые буквально заворожили слушателя. Старик держался все так же почтительно, и досада Сюй Бэйкэ из-за внезапного ливня совсем рассеялась.

Немного погодя, жена старика принесла закуски — грибы с капустой, обжаренные в масле стебельки полыни, тушеную люффу и невероятно прозрачный бульон из куриных лапок. Сюэ Бэйкэ съел две ложки и еще сильнее подобрел, ему вдруг стало интересно, как живется супругам в этой горной глуши.

— Почтенный господин, вы уже давно здесь живете? — спросил Сюэ Бэйкэ.

— В молодости я был торговцем, прямо как вы, господин Сюэ, торговал как раз в Байшуе. А потом приехал жить сюда. Уж, наверное, лет двадцать с тех пор прошло.

— О, вы занимались торговлей? — улыбнулся Сюэ Бэйкэ.

— Да, немного, помаленьку зарабатывал на жизнь, — сказав это, старик вдруг посерьезнел, встал из-за стола и низко поклонился Сюэ Бэйкэ. — Раз судьба даровала мне шанс встретить вас, господин Сюэ Бэйкэ, позвольте попросить кое о чем, уж не знаю, изволите ли вы выполнить мою скромную просьбу.

— В чем дело? — снисходительно сказал Сюэ Бэйкэ. — О чем вы хотите меня просить?

— Есть у меня пара друзей, они тоже дельцы из Байшуя, потомственные торговцы. Лавки у них были небольшие, торговля шла еле-еле. Не так давно вы, господин Сюэ, выкупили их лавки и хоть цену предложили справедливую, но все же время-то идет, без своего дела им совсем не выжить. Простите мне такую наглость, но позвольте спросить: не изволили бы вы вернуть им лавки по изначальной цене? Что скажете?

Услышав это, Сюэ Бэйкэ грозно нахмурил седые брови.

После того как на том великолепном пиру он поразил всех торговцев Байшуя, богач Сюэ Бэйкэ стал скупать все лавки в городе. Он хотел покорить весь юг, а значит, подчинить себе всю торговлю в Байшуе, ни один даже самый мелкий торговец не должен был остаться независим. Если кто не хотел продавать свое дело, Сюэ Бэйкэ нанимал разбойников, чтобы те запугали упрямцев, — и тем оставалось лишь подчиниться. Вскоре весь рынок Байшуя трепетал, ни мелкие, ни крупные торговцы не смели и шагу ступить, боясь потерять свой заработок. Поговаривали даже, что Сюэ Бэйкэ затевает мятеж и собирается, захватив торговлю, устроить восстание против Се-вана. Даже крупные купеческие гильдии из других торговых городов рядом с Ваньчжоу не знали, что делать, потому что не представляли, на что способен Бэйкэ, и боялись поступить опрометчиво. Они пробовали отправлять к нему доверенных людей, пытаясь убедить его оставить в покое мелких торговцев. Но всех встречал грубый отказ.

— Почтенный, не стоит больше об этом, вы сам торговец и отлично все понимаете.

— Понимаю, господин Сюэ, вы большой человек, — тяжело вздохнул старик, — но ведь вы должны заботиться и о мелких торговцах, ведь им же так нелегко — у каждого всего одна лавочка, которая передавалась от отца к сыну на протяжении нескольких, а то и нескольких десятков поколений! Состояние нажито потом и кровью их предков, пожалуйста, господин Сюэ, пощадите их!