Ксения Вавилова – Проклятые приносят несчастья (2) (страница 7)

6 – Кирилл и походные трудности

Поправив рюкзак, Кирилл нахмурился, глядя на тучи над долиной.

Желание провести время с сыном перевесило здравый смысл, и он согласился отправиться в поход. Не просто в поход, а ещё и в сплав по реке, и подъём в гору, и катание на лошадях, и что-то там ещё. В теле не осталось мышцы, которая не болела бы. После сна на камнях он каждое утро хотел мирно умереть в спальном мешке и никуда не идти.

Зато Сашка был доволен. Скакал по курумнику, словно молодой козёл, не зная усталости и мозолей.

Когда после двадцатилетнего отсутствия Кирилл заявился на порог бывшей жены с желанием пообщаться с детьми, то закономерно получил по лицу от старшего. Впрочем, ничего удивительного. Если бы ему довелось встретить того, кем он был двадцать лет назад, тоже пустил бы в ход кулаки.

Из всех только Сашка отвечал ему осторожной взаимностью. Глядя на младшего сына, Кирилл не знал, как себя вести, о чём говорить. Нельзя же хмуро смотреть на него, как на коллег. Оценивать его эффективность сын не будет, а иных достоинств у Кирилла не было. Потому налаживать отношения решили на территории сына.

Очень скоро Кирилл понял, что это было весьма поспешное решение. Сашка не знал, какого это – хотя бы пару секунд стоять на месте. Учёба, тренировки, конный клуб, вклиниться в это плотное расписание ещё одному человеку – не просто.

Когда Сашка предложил отправиться в горы, Кирилл, не раздумывая, согласился. У него остались смутные воспоминания о том, что горы – это что-то красивое и величественное. Вот только теперь это красивое и величественное его убивало.

Подъём на плато занял два дня. Два дня по невероятно живописным местам вдоль горных рек. Они шли скорым маршем. Любоваться скалистыми обрывами и пригорьем было некогда. Тут бы успевать ноги переставлять, не поскользнувшись на размякшей глине или вылезшим на тропе корне.

Поднимаясь по тропе, Кирилл увидел на вершине огромный крест и подумал что это неплохое место, чтобы упокоиться с миром.

– Сейчас передохнём и спустимся в долину, – объявил Сашка. Заскочив на камни, он всматривался в тучи, плывущие над долиной, удивительно низкие и тяжёлые.

Сбросив рюкзак, Кирилл постарался опуститься на камни без стона, но не вышло. Пока он стягивал ботинки с уставших ног, Сашка достал походную плиту, подключил баллон и унёсся к леднику за водой.

– Меня не убили культисты, не убили оборотни, не убили вампиры, но убьют мозоли, – проворчал Кирилл, разглядывая красные опухшие ступни.

– Это из-за новых ботинок, – пронёсся мимо Сашка, ставя чайник на плиту. – В поход нужно ходить в хорошо разношенной обуви.

Разношенных треккинговых ботинок у Кирилла не водилось, а простые кроссовки не подходили: недостаточно глубокий и жёсткий протектор, отчего они скользили по глине и на камнях.

– Туча зацепилась за горы и болтается туда-сюда в долине, – жизнерадостно поделился Сашка. – Перекусим и можно будет спускаться.

– По мокрым камням? – спросил Кирилл, надеясь, что в голосе не слышно отчаяния.

– Солнце всё выпарит, сухо будет.

Крепкий чай без сахара, неровно нарезанные бутерброды и по паре конфет на десерт. Одну конфетку оставили идолу в качестве подношения. Резная морда довольно щурилась. Не самое плохое место, чтобы провести тут вечность, пока не сгниёшь.

Вытянув ноги, Кирилл поднял лицо к солнцу, чувствуя, как согревается кожа. Воздух здесь был по-особенному чистый, не похожий ни на лесной, ни уж тем более на городской. Позвякивали, отгоняя злых духов, деревянные обереги, навешанные на идолов, что попадались им всю дорогу. Тело медленно расслаблялось. Натруженные мышцы, разжимаясь, отзывались лёгкой болью, что уходила вместе с усталостью. Голова освобождалась от мыслей. Уходили тревоги и заботы. Ничего более не существовало. Лишь песня ветра и тепло солнца.

Спокойствие и умиротворение.

– Ну, идём? – нетерпеливо хлопнул себя по коленям Сашка, пружинисто подскакивая на ноги.

Сашка не обманул. Уже через полчаса камни просохли, шуршали пылью и сухим мхом под подошвами ботинок. Сашка в этих местах был не первый раз и болтал без умолку, рассказывая о курьёзах, что происходили во время прошлых походов.

– Не волнуйся, я знаю лёгкий спуск!

Выбор был невелик. По крошеву из камней, что грозили в любой момент соскользнуть вниз, или по скале с небольшими отвесными участками. Сын решил, что скала куда безопаснее для новичка, и достал колья с верёвкой, предложив первыми спустить рюкзаки.

Глядя на сына, Кирилл мысленно ужасался всякий раз, когда тот, забывая о страховке и верёвке, принимался скакать туда-сюда по камням. Но высказать свои опасения вслух не решался. Двадцать лет ему не было дела до детей, если начнёт излишне опекать Сашку сейчас, то заработает новый удар по лицу.

Закончив спуск, они вышли к тёмно-синему круглому озеру, питаемому ледниками. Хотелось упасть на камни и остаться на них, но Кирилл не мог позволить себе разочаровать сына и дополз до воды. От холода сводило пальцы и ломило зубы. Зато умывание такой водой вмиг взбодрило, и, выпрямившись, он уже был готов идти дальше, когда заметил, что что-то не так.

Не умеющий сидеть на месте дольше двух секунд Сашка внезапно замер, словно настороженный зверёк. Глядя в сторону леса, он стоял на высоком валуне, не двигаясь и не издавая ни единого звука. В горах было непривычно тихо.

Вытерев лицо, Кирилл осторожно приблизился к сыну.

– Что-то не так? – спросил он.

Туча, что лютовала в долине ещё совсем недавно, разошлась, и жаркое солнце припекало открытые участки кожи. Было тихо. Казалось, даже ветер притих, едва касаясь жухлой травы и деревьев вдали. Деревянные обереги безжизненно постукивали по столбам идолов.

– Как-то тихо, – едва слышно отозвался Сашка. – Что-то случилось.

– Медведь? – так же тихо переспросил Кирилл, рука сама дёрнулась к кобуре под курткой.

– Не знаю. Не должен. Мы слишком высоко, – меж светлых бровей залегла тревожная складка. – Долина хоть и Золотая, но это только осенью. А сейчас-то почему всё пожухло?

– Пойдём разузнаем, – положив руку на пистолет, предложил Кирилл и первым ступил на тропу.

– Ты что! Убери! Если тут и есть медведи, то оберег отведёт их от нас.

Но в этот раз Кирилл предпочёл не слушать сына и быстрым шагом направился к лесу.

Долина представляла собой изогнутую почкообразную тарелку с несколькими потрясающей чистоты озёрами и пучками лесов. Сашка привёл их в долину по не самой популярной тропе, и они находились далеко от палаточных лагерей.

Противоестественная тишина. Трава высохла, деревья резко лишились листвы. Не слышно ни ветра, ни птиц. Подойдя к ближайшему идолу, Кирилл сорвал бусы амулетов, разглядывая их на раскрытой ладони.

– Так нельзя! – испуганно вздрогнул сын. – Местные нам голову оторвут…

– Они мёртвые, – отозвался Кирилл и бросил бусы сыну. – Ни капли магии, видишь.

– Э, нет. Я инженер, а не маг.

– Полные магии предметы, зачастую, либо холодные, либо горячие. Чем выше концентрация, тем выше или ниже температура, а это – просто деревяшки.

Ступив на тропу, они направились вглубь долины.

Тропа вилась между озёр, перепрыгивала через бурный ручей. Кирилл прыгнул следом, и пятка заскользила на глинистом берегу. Если бы не Сашка, он свалился бы в ледяную воду.

Первый лагерь они нашли минут через десять. Даже не лагерь вовсе, а место, где туристы останавливаются во время долгого перехода отдохнуть. У деревьев стояли рюкзаки. Вокруг оставленной горелки лежали чашки и кружки.

– Не подходи, – жестом остановил сына Кирилл. – На территорию лагеря не заходи. Что ты видишь?

– А?

– Ты ведь турист, описывай, что видишь.

– Эм, – Сашка обшарил взглядом лагерь. – Газ открыт, но печка не горит. Должно быть, вышел уже весь. Чайник и посуда стоят ровно. Обычно, если все куда-то идут что-нибудь посмотреть, то у лагеря остаётся один из проводников или тот, на ком сегодня кухня. Редко бывает так, чтобы все просто взяли и ушли. Да и рюкзаки аккуратно сложены, – он сделал паузу и спросил. – А ты что видишь?

– Ушли они уже после того, как опали все листья, – ответил Кирилл. – Ушли по своей воле, без борьбы.

– Быть может, что-то случилось? Какой-нибудь магический выброс и всех эвакуировали, а мы и не в курсе, – засуетился сын, доставая телефон из кармана. – Ой.

– Что такое?

– Тут пишут, что в долине медведь, – севшим голосом проговорил он, оглядывая голый лес. – Просят воздержаться от посещения долины и…

– Я, конечно, не большой знаток медведей, но точно могу сказать, что это не медведь, – прервал его Кирилл и, поднявшись, указал в траву. – Смотри. Они сняли все магические обереги. Даже если пришёл кто-то из местных и сказал срочно эвакуироваться, едва ли они бросили бы свои вещи и эти побрякушки.

– Неважно, – отрицательно покачал головой Сашка и, осторожно подцепив отца за рукав, потянул прочь от полянки. – На подобные случаи есть правило. Мы должны добраться до ближайшего лагеря местных. Хижина волка – так мы её раньше называли.

– Волки? – хмыкнул про себя Кирилл. – Это ведь не горные создания.

Повернувшись, он пошёл за сыном, продолжая обшаривать глазами унылый пейзаж.

– А ты предпочёл бы, чтобы здесь всем заправляли какие-нибудь горные бараны?

– Ну есть же перевёртыши, обращающиеся в баранов? Почему нет?