Ксения Вавилова – Мериамос 3. Серебряная Соколица (страница 7)

– Пусть немного потомится, – вытирая руки, он сел за стол нарезать овощи на салат. – Помню, пока мы прорывались, я молился, чтобы мы не опоздали, – Вилинарий усмехнулся воспоминаниям, – а Он хлопал меня по спине и обещал, что мы успеем.

– И вы успели, – перед глазами всё расплывалось, и, моргнув, она отпустила слёзы в путешествие по щекам.

Вилинарий прикрывал отход и, несмотря на барьер, поймал несколько пуль. После, спрятавшись в сырой пещере, скрываясь от будущей стихии, Мириам плакала, уверенная, что брат поплатится жизнью за её спасение. Рядом сидел Он. Спокойный и непоколебимый.

Стоило Ему коснуться груди Вилинария, как тело вытолкнуло из себя пули, а раны стали затягиваться на глазах. Брату нужен был отдых, и он проспал несколько дней кряду, восстанавливая силы. А Мириам, впервые встретившая человека извне, не могла оторвать взгляда от аса. Черноволосый, синеглазый, он пленил её сознание рассказами о дальних странах и людях. Асы, в отличие от лэртов, и не помышляли ни о какой общей культуре, а, сбиваясь в группы, придумывали каждый своё.

– Но как вы живёте? Как договариваетесь, если у каждого своя правда? – вопрошала Мириам.

– С трудом, ошибаясь и споря, – тепло улыбнулся он. – Но только перебрав множество вариантов, мы сможем приблизиться к истине.

– Не проще ли принять одни правила для всех?

– А кто сказал, что именно эти правила будут верны?

Мириам задохнулась от возмущения. За подобное вольнодумство жрецы сурово наказывали.

Они ещё долго спорили, но куда вчерашней ученице до путешественника, что обошёл полмира.

Те несколько дней среди холодного камня, сдобренные страхом и отчаянием, стали решающими. Вернувшись на родину, Миниам уже была не та, что прежде.

В голове её поселилось опасное вольнодумство. Возможно, асы не правы, и хаос мнений приведёт их к краху, а может, позволит найти лучший путь.

Но хуже того, её сердце осталось в руках синеглазого мужчины.

Глава 6. Тишина Кайт

Тишина уже жалела, что уговорила Лису отпустить её с Ниобой на Восток. Но не имея иного способа защититься от Серых, Лиса попросту заперла её в доме. После целого лета, проведённого в четырёх стенах, Тишина согласилась бы на что угодно, лишь бы вырваться на волю. Даже подслушанный разговор между Рудом и Лисой её не остановил:

– Это плохая идея, – заметил Руд.

Он проводил в их доме так много времени, что даже странно, почему до сих пор не переехал. Причина его частых появлений – рыжеволосая художница, которая не то не замечала, не то делала вид, что не замечает его ухаживаний.

– Напротив, – Лиса в этот момент рассматривала браслет, который принёс Зэван. – Ниоба в последнее время чувствует себя всё хуже и хуже. Надеюсь, эта штука, – она покачала в руке кольцо из тёмного железа, – хоть немного поможет.

Сидящая на втором этаже Тишина затихла. Пристроившись у открытого окна, она проверяла свой тайник, в котором собирала вещи для побега. Окно находилось очень удачно над беседкой, где тётя с Рудом пили чай.

– Если отправим с ней Тиш, то убьём двух зайцев одним выстрелом. Тишина получит возможность вырваться из дома, а Ниоба – ответственность, которая не позволит впасть в уныние.

– А если в пути ей станет плохо? Тиш останется совсем одна в чужой стране! Всё равно что преподнести её Серым на блюдечке с голубой каёмочкой.

– Не останется. Я попросила Зара присмотреть за ними.

Пауза. Подобравшись, Тиш выглянула в окно. Лисара выглядела довольной, словно кошка, добравшаяся до сметаны, в то время как Руд, напротив, хмурился.

– Мне нужно пояснить, что манипулировать чувствами друга нехорошо? – осведомился он, скрестив руки на груди.

– Я поговорила с ним, – спокойно отозвалась Лиса, надевая браслет на тонкое запястье, – как вы и просили.

– Мы просили объяснить тщетность его притязаний. Если Ниоба вбила что-то себе в голову – это оттуда калёным железом не вытащить.

– С чего вы решили, что… – она щёлкнула пальцами и, странно дёрнувшись, вскрикнула, сорвала браслет с руки. – Ничего себе. Ох. Словно локтем об угол ударилась.

Помассировав руку, она продолжила:

– Я не могу запретить ему любить. Если эти двое решили развести тут театральную драму, разве могу я этому воспрепятствовать?

– Ты что, получаешь удовольствие от их мучений? – поднимая браслет, спросил Руд.

Она осуждающе посмотрела на друга.

– Нет, ты что-то задумала, – сощурился он, прижимая к груди браслет. – Думаешь, манипулируя друзьями, ты вновь сведёшь их вместе? Как по мне, им стоило бы разбежаться на максимально далёкое расстояние и перестать мучать друг друга.

– Сказал человек, который шесть лет наблюдал, как его возлюбленная милуется с другим, – покачала она головой. – Отчего же ты не покинул нашу компанию, когда Ник объявил, что женится на Айналис?

Шикнув на неё, Руд бросил взгляд в сторону дома. Но Айналис не было на первом этаже, потому что она сидела в коридоре второго и подглядывала за парочкой в беседке.

– От того, что она не умирала, да и мы были подростками.

– Этакий трагический герой, – с усмешкой покачала головой Лиса.

Тишине показалось, что тётя перегибает палку. Не стоит так открыто насмехаться над чужими чувствами. Руду это тоже явно не понравилось. Он смотрел на подругу из-под насупленных бровей.

– Всё это плохо кончится.

– Как знать, как знать. Может, трудности позволят им наконец разорвать эту болезненную связь или же, напротив, укрепят её, – Лиса, загадочно улыбаясь, пожала плечами. – Время покажет.

У Степи не было ни конца, ни края. Жёлто-коричневая трава тянулась до самого горизонта, упираясь в бледно-голубое небо. Кругом ни единого деревца, чтобы зацепиться взглядом. Это унылое однообразие начало раздражать уже к концу первого дня.

Одно хорошо: едва они покинули город, Ниоба заметно оживилась. На пароходе она отказалась петь офицерам, сославшись на головную боль, зато теперь не пела только ночью, вместо этого храпела из-за холода.

С пронзительным криком над головой пронеслась птица. Задрав голову, Ниоба попыталась рассмотреть её, а Тишина спросила:

– Как думаешь, это Зар?

– Не всякая встречная птица отправлена к нам Заром.

– А как проверить?

Пожав плечами, Ниоба проследила за птицей и, засмотревшись на небо, сбилась с шага. Обернувшись, Тишина невольно схватилась за нож, спрятанный под одеждой. Вдали, едва заметная на фоне жёлто-коричневой травы, двигалась одинокая фигура.

– Дорога одна, и не всякий, кто идёт по ней, идёт по нашу душу, – словно успокаивая себя, проговорила Ниоба.

Птица резко вскрикнула, пролетев над головой. Пригнувшись от неожиданности, Ниоба прикрыла голову рукой как раз вовремя, на них упал свёрток. Небольшой, размером с кулак.

– А аккуратнее нельзя?!

Обиженно вскрикнув, птица унеслась прочь, а они поспешили открыть посылку.

В ней оказались письма и немного сладостей. Тишина могла бы потешить своё самолюбие, предположив, что Зар балует её конфетами, но он слал любимые Ниобой сласти.

– Привал?

– Давай, – с готовностью отозвалась Тишина и бросила рюкзак в дорожную пыль.

Устроившись в траве, они раскрыли сумки. Тишина скучала по горячему. Даже простой кипяток мог бы её сейчас обрадовать. Но тащить с собой ещё и дрова никакая спина не выдержит. Скрестив ноги, Ниоба, привалившись к сумкам, распечатала первое письмо.

– Что пишут? – полюбопытствовала Тишина, жуя хлеб с конфетами и запивая всё это водой.

Что они будут есть, когда запасы кончатся, а Степь нет?

– Это от Лисары, – отозвалась Ниоба, не отрывая взгляда от мелких, колючих букв. – Кажется, она хочет убить Ника. Ничего нового.

Нервно хихикнув, Тишина наблюдала за лицом Ниобы. Видя, как та бледнеет, а брови взлетают вверх, сама захотела почитать.

– Что-то случилось? – потянулась она к письму. – Что-то с Лисой?

Что-то в её голосе заставило Ниобу оторваться от чтения и успокаивающе улыбнуться.

– С Лисой всё в порядке. Обострённое чувство справедливости страдает, и она злится на Ника за то, что он не желает потворствовать её прихотям, – бросив взгляд на письмо, добавила: – Хотя в данном случае, думаю, правда на её стороне. Дай мне, пожалуйста, пару минут дочитать.

Нервно кусая губы, Тишина ждала. Фигура в конце дороги, казалось, не приблизилась к ним ни на шаг, так и маячила где-то на горизонте. Едва взгляд Ниобы дошёл до конца страницы, девочка подалась вперёд и схватила её за рукав:

– Ну как? С Лисой всё хорошо? Арус её не обидел?

– Нет, – с недовольным видом она пробежала глазами некоторые строчки и, заметив напряжённое лицо Тишины, вздохнула. – Мне тоже не по нраву, что она уехала с Ником. Он мог бы и один съездить с Арусом в Империю. Тащиться с ними было совсем не обязательно.

– Ты могла бы уговорить её не ездить! Повлиять на Ника, чтобы не брал её с собой! – взорвалась Тишина, всплеснув руками и осыпая всё вокруг хлебными крошками. – Вы всегда говорите: «Ах, мне так жаль», но при этом палец о палец не ударите, чтобы изменить ситуацию!